Мои слова были прерваны, когда он схватил мое лицо одной рукой, его большой и указательный пальцы впились в мои щеки. — Никогда, и я имею в виду, никогда не упоминай имя другого мужчины, когда мой член в твоей руке. Особенно эта пизда.

Его глаза сверкнули яростью, и мои щеки запылали. — Я просто имею в виду… У меня нет опыта. Я не хочу тебя разочаровывать.

— Ну, ты же знаешь, что они говорят. Практика совершенствует, и я более чем рад, что ты попрактиковалась на мне, — ответил он, его гнев сменился весельем, когда он отпустил мое лицо.

— Держу пари, что так и есть, — ухмыльнулась я, прежде чем опустить губы.

Я осторожно провела языком по щелочке на кончике его члена, соленая предварительная сперма попала на мои вкусовые рецепторы и вызвала слюноотделение во рту. Я крепче сжала его ствол и облизала вокруг пирсинга, позволяя себе привыкнуть к металлическому обручу, прежде чем открыть рот и всосать весь кончик.

— Черт возьми, вот так, — прошипел Майлз, откидывая голову на спинку дивана.

Моя уверенность росла, я медленно двигала рукой вверх и вниз по его стволу, посасывая и облизывая его кончик, его член становился толще под моей ладонью. Когда он запустил руку в мои волосы, я опустила рот, вбирая в себя больше его, пока пирсинг не коснулся задней стенки моего горла.

— Полегче, Софи, — процедил он сквозь зубы, когда я прижалась к нему, и он нежно потянул меня за волосы, чтобы оторвать от своего члена. — Потребуется время, чтобы привыкнуть к пирсингу. Действуй медленно.

Благодарность захлестнула меня. Когда я делала Оуэну минет, он был груб и постоянно засовывал свой член мне в горло, по-видимому, наслаждаясь тем, что я давлюсь. Он кончил быстро, и я была рада, что все закончилось, и совершенно не торопилась делать это снова. К счастью, я порвала с ним прежде, чем он успел попросить меня сделать это во второй раз.

Найдя ритм, мой рот скользил вверх и вниз по члену Майлза в такт моей руке, и с каждым разом я вбирала его длину чуть глубже в свой рот, останавливаясь, когда чувствовала, что меня вот-вот стошнит.

Рука Майлза крепче сжала мои волосы, и по мере того, как я ускоряла движения, его стоны и проклятия становились все громче. Моя киска болела сильнее, чем когда-либо, и я сжала свою гладкую сердцевину, надеясь найти хоть какое-то облегчение, но не получила его.

— Ты собираешься быть хорошей девочкой и проглотить мою сперму? — прошипел Майлз, запуская вторую руку в мои волосы, чтобы присоединиться к другой. Я кивнула, не отрывая своего рта от него. — Не могу дождаться, когда трахну тебя в рот на глазах у толпы, малолетка. Они все будут смотреть, как ты берешь мой член, как жадная маленькая шлюшка.

Срань господня. Возможно ли было испытать оргазм только от слов и образов? Потому что я была уверена, что вот-вот кончу, основываясь исключительно на мысли о том, что мы будем на сцене в «Экзотике».

— Блядь, Софи. Я собираюсь кончить, — проворчал Майлз, его бедра покачивались, пока я дрочила и сосала. — Только не глотай сразу, я хочу увидеть свою сперму у тебя во рту.

От еще одного поглаживания и щелчка по его кончику теплая соленая сперма взорвалась у меня во рту. Я не смогла удержаться от того, чтобы слегка захлебнуться, отчего немного его спермы потекло по моему подбородку.

Схватив меня за волосы, он оторвал меня от своего члена. — Покажи мне, — приказал он, его глаза ярко горели от обожания. Я открыла рот, позволяя ему увидеть, как его сперма покрывает мой язык, и в течение нескольких долгих секунд он мог только смотреть. — Боже, это горячо, — сказал он, отпуская мои волосы. — Теперь глотай.

Я сделала, как он велел, боль между ног стала невыносимой, когда густая жидкость потекла по моему горлу. Когда полностью проглотила, я вытерла рот пальцем, прежде чем всосать его в рот и дочиста облизать, Майлз все это время наблюдал за мной.

— Что бы ты хотел делать дальше?

Он наклонился и схватил меня, заставив взвизгнуть, когда он притянул меня к себе на колени. — Кажется, я что-то говорил о том, чтобы перекинуть тебя через колено и шлепать твою прекрасную задницу.

София

Когда Майлз закончил со мной, все мое тело болело, но наилучшим из возможных способов. Кто знал, что секс может быть таким чертовски потрясающим?

Как и угрожал, он перекинул меня через колено, чередуя шлепки по заднице и траханье пальцами, пока я не кончила ему на руку. После он заставил меня оседлать его на диване, его рот оставил еще больше следов на моей груди, когда я кончила на его член.

Думая, что он насытится, я позволила ему отнести меня в маленький душ, где он прижал меня к кафелю и трахал до тех пор, пока у меня почти не подогнулись колени.

Лично я не могла придумать лучшего способа провести день; это уж точно лучше, чем молчание или споры, которые у нас всегда возникали, когда мы находились в одной комнате дольше нескольких минут.

Как бы сильно я ни хотела верить, что между нами что-то изменилось, и что Майлз решил больше не бороться со своими чувствами ко мне, я не могла избавиться от маленького укола сомнения, поселившегося в моем мозгу.

Время от времени, особенно после того, как он довел меня до оргазма, в его глазах вспыхивало чувство вины, исчезавшее так же быстро, как и появлялось. Я надеялась, что ошибаюсь, но не могла отделаться от мысли, что, как только мы вернемся к реальности, он снова станет тем бессердечным ублюдком, которым я знала его с той минуты, как он снова появился в моей жизни.

Остаток вечера прошел в семейном блаженстве. Я предложила приготовить ужин — макароны с сыром, которые, как я узнала, Майлз любил, только не консервированные, — пока он вернется к работе над взломом системы безопасности. Только он больше времени тратил на расспросы о моем кулинарном хобби, чем на саму работу.

Когда с ужином было покончено и мы убрались на кухне, мы сыграли еще одну партию в шахматы, на этот раз задавая друг другу беззаботные вопросы вроде: «Кто твой любимый мультяшный персонаж?» и «Если бы ты мог побыть противоположным полом на один день, что бы ты сделал?»

Ему потребовалось целых пять минут, чтобы перестать смеяться после того, как я сказала ему, что если бы я была мужчиной, то провела бы весь день, вращая своим членом, как вертолетом. Это был первый раз, когда я услышала, как он смеется так искренне, так беззаботно, и я не могла удержаться, чтобы не уставиться на него.

Он был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо знала, когда на его плечах не лежало бремя всего мира.

Конечно, он победил, в результате чего я снова стояла на коленях и сосала его член. У меня не было никаких жалоб, по крайней мере, когда он толкнул меня на спину, раздвинул мои ноги и стал пожирать мою киску, как изголодавшийся мужчина.

Измученная, я едва могла держать глаза открытыми. Майлз отнес меня в постель, укрыл одеялом, прежде чем поцеловать в макушку и сказать, что собирается предпринять последнюю попытку взломать систему безопасности, прежде чем закруглиться.

Не успела моя голова коснуться подушки, как я уже заснула.

Мучительные стоны вырвали меня из моих грез. Сбитая с толку, я открыла глаза и обнаружила, что Майлз спит, лежа на боку лицом ко мне, его черты лица купались в мягком свете, исходящем от его компьютера в другом конце бункера.

— Нет, пожалуйста, — простонал он.

Его брови были сурово сдвинуты, как будто он испытывал агонию. Я замерла, неуверенная, стоит ли мне пытаться разбудить его, когда его тело дернулось и он перекатился на спину.

— Я... никогда не имел в виду... — продолжил он, теперь корчась во сне.

Что никогда не имел в виду?

Я приподнялась на локте, все еще не уверенная, стоит ли его будить, но мое решение было принято, когда он прижал руку к своей обнаженной груди и застонал: — Тео… Мне очень жаль.

Мое сердце разбилось, когда я поняла, что ему снится его кузина, и я подумала, что это было в первый раз. Нерешительно я протянула руку и положила ладонь на его руку.