София

Покачиваясь, мое тело восхитительно ныло, и легкая улыбка тронула мои губы при воспоминании о Майлзе, пожирающем мою киску. Насколько по-другому все могло бы быть, если бы он не добрался до меня до того, как таблетки подействовали.

Укол раскаяния пронзил меня при воспоминании о том, как я проглотила таблетки с водкой. О чем я только думала? При ясном свете дня я знала, что не хочу умирать, но в тот момент мне хотелось, чтобы все прекратилось. Я просто хотела, чтобы сумасшедшая карусель моей жизни перестала вращаться на несколько минут, чтобы я могла вздохнуть свободно.

Это было импульсивное решение. С каждой таблеткой, которую я запихивала в рот, меня охватывало облегчение оттого, что все скоро закончится, но сейчас, лежа здесь с болью между ног и колотящимся о ребра сердцем, я была чертовски благодарна за то, что жива и дышу.

Открыв глаза, я моргнула, прогоняя сон. Я заснула с Майлзом, свернувшимся калачиком вокруг меня, наши обнаженные тела прижимались друг к другу, и я верила, что с этого момента все будет по-другому. Мое сердце ушло в пятки от пустоты рядом со мной. Несмотря на то, что я была рада, что мне не удалось покончить с собой, я не была уверена, смогу ли смириться с его отказом во второй раз.

Не тогда, когда мои чувства к нему были сильнее, чем когда-либо.

Тихий стук, стук, стук компьютерной клавиатуры достиг моих ушей, и я повернулась лицом туда, где на другой стороне бункера находился компьютер. Майлз сидел за столом одетый, сосредоточенно нахмурив брови, пока его пальцы порхали по клавиатуре.

Я наблюдала за ним несколько минут, не решаясь встать с кровати на случай, если меня встретят холодно. В моей голове прокручивались образы прошлой ночи. То, как перекатывался его пресс, когда он входил в меня. Покалывание, которое оставляли его губы, когда он целовал мое тело. Его проколотые соски.

Стук прекратился, и Майлз поднял голову, поймав мой пристальный взгляд. — Мне и так нелегко сосредоточиться, когда я знаю, что ты голая под этими простынями, малолетка. Так смотреть на меня вообще не в помощь.

Обычной язвительности в его тоне не было, и уголки его губ приподнялись в легкой, ласковой усмешке. Напряжение, скопившееся в моем теле, немного ослабло. Может быть, в конце концов, все было бы по-другому.

Я приняла сидячее положение, стараясь, чтобы простыня прикрывала грудь. — Что ты делаешь? — спросила я.

— Пытаюсь вытащить нас отсюда к чертовой матери, — ответил он и быстро добавил: — Не потому, что я не хочу быть запертым здесь с тобой. Я бы просто предпочел, чтобы мы были заперты дома, чтобы я мог трахать тебя в каждой комнате.

Трахаться во всех комнатах дома?

Да, пожалуйста.

Прежде чем я успела сказать ему, что полностью согласна с этим предложением, он продолжил печатать. — Ты сегодня хорошо себя чувствуешь? — спросил он.

— Ты имеешь в виду, тебе нужно спрятать все острые предметы и лекарства? — пошутила я, пытаясь пролить свет на ситуацию, когда чувство вины захлестнуло меня, когда я услышала беспокойство в его голосе. — Боюсь, тебе придется потерпеть меня еще день.

Он резко встал и в четыре больших шага оказался рядом со мной, усевшись на кровать и обхватив мой подбородок большим и указательным пальцами. — Не делай этого, Софи. Не шути. Ты понятия не имеешь, как я был чертовски напуган прошлой ночью. Я думал, что потеряю тебя.

Боль в его глазах опустошила меня, и я протянула руку, чтобы обхватить его щеку. — Прости, что заставила тебя пройти через это. И прости, что так легкомысленно отношусь к этому, я просто не хочу, чтобы ты волновался. Я в порядке, на самом деле, я чувствую себя лучше, чем когда-либо.

Он прижался своим лбом к моему, его темные глаза заглядывали мне в душу. — Я сказал тебе прошлой ночью, что не тебе нужно извиняться. Я никогда не должен был так относиться к тебе. Мне чертовски жаль, Софи. Ты можешь простить меня?

Я погладила его по щеке. — Мне нечего прощать, Майлз.

Его глаза закрылись, когда он уткнулся носом в мою ладонь. Когда они снова открылись, в них было облегчение. — Пообещай мне, что ты больше никогда не причинишь себе вреда. Пообещай, что, если ситуация станет невыносимой, ты поговоришь со мной.

— Я обещаю, — прошептала я, зная, что это обещание я никогда не нарушу.

Несколько напряженных секунд он не двигался, но выдерживал мой пристальный взгляд, как будто убеждал себя, что может доверять моему обещанию. Когда прошло еще несколько секунд, он коснулся своими губами моих в целомудренном поцелуе, прежде чем отстраниться. — Спасибо.

К моему большому разочарованию, Майлз больше не трахал меня. Он вернулся к компьютеру, сказав мне, что полон решимости найти способ обойти систему безопасности, которую установил его друг Эш, и вытащить нас к чертовой матери из бункера.

Я занялась приготовлением завтрака для нас обоих из разнообразных консервов, хранящихся на мини-кухне, которая, на удивление, оказалась не такой уж ужасной. После я прибралась, застелила постель и приняла душ, и все это в то время как Майлз продолжал стучать по компьютеру, бормоча проклятия и угрожая живьем содрать шкуру с Эша и Кая за их коварный план.

Хотя я не возражала против того, чтобы меня заперли в бункере — в конце концов, он выполнил то, что задумал Кай, даже если я чуть не покончила с собой в процессе — я была более чем готова вернуться домой. По крайней мере, тогда у меня было бы чем себя занять.

Проходил час за часом, и, несмотря на то, что я изо всех сил старалась не показывать свою скуку, Майлз уловил это. Он встал, его позвоночник хрустнул, когда он потянулся, и подошел к тому месту, где я сидела на диване, пытаясь, но безуспешно, почитать книгу по управлению бизнесом, которую я нашла в бункере.

— Тебе скучно, — заявил он, забирая книгу у меня из рук и бросая ее на столик перед диваном.

— Нет, я в порядке.

— Лгунья, — он приподнял бровь, пристально глядя на меня, пока я не расплылась в улыбке.

— Ладно, может быть, мне немного скучно. Но я не хочу отвлекать тебя.

— Мне нужен перерыв. Я не знаю, какого черта Эш натворил, но я ничего не добьюсь, обходя его охрану, — он ухмыльнулся, увидев пустое выражение, без сомнения, написанное на моем лице. Я знала, как работать с компьютером, но открыть вкладку в режиме инкогнито было пределом моих технических знаний. — Хочешь сыграть в игру? — добавил он.

— Игру?

— Да, ты знаешь. Что-нибудь, что двое или более людей делают для развлечения.

Я бросила подушку, которая лежала рядом со мной на диване, и он с легкостью поймал ее. — Я знаю, что такое игра, я просто не ожидал, что ты скажешь, что ты хочешь поиграть. Какую игру ты имел в виду, в прятки?

Он фыркнул. — Забавно. Умеешь играть в шахматы?

Прежде чем я успела ответить, он пересек небольшое пространство, подошел к шкафу и вытащил коробку. Подойдя к столу, он поставил ее на место и снял крышку, обнажив сложенную доску и связку шахматных фигур.

Я не смогла сдержать вырвавшийся смешок. — С какой стати в этом бункере шахматная доска? Я действительно не могу представить, чтобы ты с Каем прятались здесь и играли в шахматы, пока на вас нападают.

Майлз начал вытаскивать фигуры и расставлять доску. — Кай понятия не имел, как играть. Это была идея Тео. Несколько лет назад им с Дэнни пришлось прятаться на явочной квартире. Они застряли там на целую неделю и чуть не убили друг друга от скуки. Когда Тео вышел на свободу, он поклялся убедиться, что в каждом из наших убежищ есть шахматная доска на случай, если он когда-нибудь снова застрянет в одном из них.

У меня отвисла челюсть, и я усомнилась, не почудилось ли мне то, что он сказал. Он никогда открыто не говорил о Тео в таком тоне, по крайней мере, не со мной. Всякий раз, когда упоминалось его имя, Майлз обычно замолкал.

Словно спохватившись, вспышка сожаления промелькнула на его лице, прежде чем снова исчезнуть. Решив не придавать этому большого значения, я прошаркала вперед, чтобы перегнуться через стол.