А потом я вернулась домой.

Я не знаю, что будет дальше. Я не знаю, как сложится наша жизнь в этом тесном, шумном, обыкновенном мире. Будут трудности, которых я сейчас даже не могу вообразить. Но я знаю одно, твёрдо, как не знала ничего никогда: что бы ни случилось, мы встретим это вместе. И этого достаточно. Этого хватит на целую жизнь. На две жизни, если уж говорить честно. На мою прежнюю и на ту, что начинается сейчас, с этого стука в дверь, с этого тёплого вечера, с этой руки в моей руке. Я так долго искала дорогу домой. А оказалось, что дом не там и не здесь. Дом там, где он. Где те, кого я люблю. И эту простую вещь я везла через два мира, через грань, через смерть и возвращение, чтобы наконец понять.

И сказка пришла за мной следом.

Постучала в мою дверь.

И осталась.

Навсегда…

…Много позже, в другой стране, в старых хрониках одной давно исчезнувшей династии, историки найдут странную, обрывочную запись.

О наследном принце, который на пороге великого правления вдруг удалился от мира и пропал бесследно, не оставив ни могилы, ни мощей.

О дочери опального министра, которую вели на казнь и которая, помилованная, прожила долгую тихую жизнь, вырастила младшего брата, была дружна с великой целительницей своего века и, как говорили, до старости иногда останавливалась под цветущими вишнями и улыбалась чему-то, чего никто не понимал.

О придворной шаманке, что однажды ночью исчезла из своего дома, оставив пустым нетронутое ложе, и которую больше никто никогда не видел.

И о низкорождённой травнице Чхве Суён, в чьих жилах, как выяснилось, текла кровь древнего рода, что стала опорой нового двора, и чьё имя народ поминал добром ещё сотни лет.

Историки спишут эти записи на легенды. На вымысел. На сказки, которые любил тот наивный век.

И только в одной маленькой квартире, в шумном городе далёкого будущего, на полке у окна будет лежать рядом с засушенным пучком горьких пряных трав старая серебряная брошь в форме хризантемы.

Знак двери, которая однажды открылась.

И любви, которая прошла сквозь неё.

Конец.

¹Хвансэн (환생) перерождение, новое рождение души; в финале метафора того, что любовь и встреча двух душ способны повториться и сбыться даже вопреки границам миров и времён.