– У меня сегодня свадьба, – Ширан пожал плечами, отбросил одеяло, подхватил невесту и понёс в душ. – Разве это не повод радоваться?

Ирис обняла его за шею.

– Повод. Для тех, кто любит радоваться. А ты, наоборот, любишь унижать, доминировать, воевать и…

Запнулась. Отстранилась и взглянула в его лицо:

– Ты радуешься приближающейся войне, да?

Он поставил девушку на деревянную полированную решёточку, прижал к себе, открыл вентиль. Усмехнулся, запрокинув лицо под струи.

– Д-да, – признался сквозь зубы, снова посмотрев на неё. – Ты меня уже неплохо знаешь, верно?

– Тебе нравится противоборство? Нравится побеждать, но не сама победа, а…

– Да, – он наклонился и заткнул ей рот поцелуем.

«Я не должна быть послушной, – вдруг поняла Ирис. – Он говорит, чтобы я была послушной, но на самом деле он хочет не этого. Ему нужна борьба, он наслаждается ей, самим процессом «побеждания», а вовсе не победой. Он – человек войны, а не мира».

Когда они спустились в обеденный зал, там уже всё было накрыто к завтраку. Длинная скатерть урывала стол, между колонн потрескивали жаровни на витых латунных ножках.

– Мы кого-то ждём? – удивлённо спросила Ирис.

– Меня.

Принцесса резко обернулась. Из колонн вышла улыбающаяся Эстэль в нежно-голубом платье с изумрудными вставками. Золотистые кудри были собраны в высокую причёску, зафиксированную сапфировой заколкой. Дочь герцога Исольва опустилась в реверансе, неглубоком, подобающем её статусу.

– Доброе утро, Ваше Высочество!

Пальцы Ирис стиснули вышитую салфетку. Принцесса попыталась заставить себя улыбнуться:

– Доброе утро, Эстэль. Прошу вас, присаживайтесь.

– Вы прекрасно выглядите, Ваше Высочество, – промурлыкала дочь Исольва.

Ширан вежливо отодвинул ей стул и сел сам. Они принялись есть.

– Знаете, я так рада, что мы с вами породнимся! – нежно улыбнулась Эстэль, хлопая глазками. – Его Светлость предложил быть мне свидетельницей с вашей стороны. Надеюсь, вы не против?

Ирис метнула взгляд, словно дротик, в сторону Ширана. Он издевается?

– Боюсь, это невозможно, – улыбнулась в ответ не менее мило, – я обещала уже это почётное место другой.

– Елисель? – утонил герцог невозмутимо.

– Разумеется.

– Боюсь разочаровать вас, Ваше Высочество, но госпожа Елисель не сможет присутствовать на нашей свадьбе: она уехала ранним утром на завод.

У Ирис дрогнули губы.

– Благодарю за завтрак, – выдохнула она резко. – Распорядитесь отнести меня в комнату. Так много подготовки ещё, а аппетита совершенно нет!

– Позвольте, я вас довезу? – мило прочирикала Эстэль.

– Нет, – вырвалось у Ирис, но принцесса тут же смягчила рычание вежливым: – Поручим слугам хлопоты слуг.

Ширан поднялся и выкатил коляску с невестой в коридор. Сел перед невестой на корточки, опершись о подлокотники.

– В чём дело, Ирис? – спросил мягко.

От гнева у неё дёргались губы.

– Ты серьёзно? – прошипела она. – Твоя любовница станет подружкой на моей свадьбе?

– Твоя будущая невестка, – спокойно возразил он.

– С которой ты спал!

– Которую ты сама мне подложила.

– Это неважно! Я передумала! Я не выйду за тебя замуж и…

Ширан вытащил невесту из коляски, закинул на плечо и поднялся в комнату. Сел в кресло и посадил к себе на колени.

– Ирис…

– Женись на Эстэль! А я стану её подружкой. Вот так!

В голосе девушки зазвенели слёзы. Глаза Ширана полыхнули золотом. Он их закрыл.

– Ирис, ты же понимаешь, что госпожа эль Диар не может быть свидетельницей на свадьбе дочери короля?

Ирис зажмурилась, но слёзы всё равно вырвались из-под ресниц и побежали по щекам.

– Я не хочу, чтобы Эстэль была…

Он стал целовать эти слёзы, эти ресницы, гладить её волосы и… сдался.

– Хорошо. Не будет. Объясни, что не так. Ты ревнуешь?

– Нет, – прорычала она. – Вовсе нет! Мне противно смотреть на неё. Она… она… мы поссорились. Она наговорила мне гадостей. Она…

Всхлипнула и уткнулась в его плечо. Ширан снова погладил её волосы.

– Ты же волновалась, чтобы я её не убил. А сейчас переживаешь, что не убил.

– Это другое, – снова всхлипнула Ирис. – Я не желаю ей смерти. Мне её жалко. Но я не хочу её видеть. Тем более, на моей свадьбе, и тем более – свидетельницей.

– Я поищу другую свидетельницу. Однако вам с Эстэль нужно будет помириться, Ирис. Она станет женой твоего брата и короля.

– Но не моей свидетельницей!

– Хорошо. Не будет. Обещай, что помиришься с ней?

Ширан попросил мягко, но Ирис почувствовала в его интонации приказ. И герцог всё ещё не открывал глаз.

– Я сделаю вид, что мы не ссорились, – буркнула сердито, – но просить прощения точно не буду. И подругами мы не станем.

– Хорошо, – шепнул он.

Весь день заняло приготовление к свадьбе. Модистка крутилась вокруг Ирис, подшивая и утягивая платье. Парикмахер, ювелир, много-много знакомых лиц из другой жизни. Воздух вокруг гудел от их шепотков. Эстэль не было, и Ирис тихо радовалась отсутствию соперницы. Пыталась разобраться в собственных эмоциях, но их было слишком много, и все противоречили друг другу.

«Я предаю Эйва» – в ужасе думала она.

«Он запомнил, что я люблю вишнёвые ткани… Так странно, что Ширан запомнил это…»

«Став моим мужем, Ширан будет претендовать на трон? Да? Ведь да? Он же сказал, что будет королём! А Дайн? Как же Дайн?»

«Какой нежный муар! Как жаль, что мне нельзя танцевать…»

И ей до дрожи на коленках захотелось на бал, и чтобы Эйв, хохоча, снова начал выделывать нелепые па и…

«Стоп! Нельзя об этом! Я разнюнюсь»

Ирис закрыла глаза, попыталась упорядочить хаос из мыслей. Итак, став её мужем, Ширан поднимется на ступень к трону. Она может этому помешать? Да. Может в решающий момент отказаться выходить замуж?

И тогда?

Тогда он швырнёт её в застенки, превратив снова в игрушку, в вещь, с которой можно делать что угодно. И никто из герцогов и именитых людей королевства не вступится, а Эйв… вряд ли Эйв сможет помочь, даже если в итоге победит.

Если она так поступит, что будет дальше?

Дайн всё равно под Шираном, и герцог мурен так или иначе возьмёт власть в свои руки. И убьёт Эйва. Подошлёт наёмных убийц или ещё как-то, но точно убьёт.

Не вариант.

У неё только один выход: покориться. Стать женой, заслужить уважение и что там ещё… Ирис распахнула глаза и посмотрела на своё отражение. Бледная. Голубоватые тени под глазами. Вишнёвое платье, жемчужинки в волосах, на груди, в прорезях рукавав. Лиф из нежного-нежного кружева, тоже вишнёвого.

«Ширан ужасен для меня, – подумала она. – Для Эйва. Для Дайна. Но не для Мурсии. Для моего королевства он – благо. Если мне удастся уговорить Эйва отступиться, отречься, то они с Лисей смогут куда-нибудь уехать и жить как обычные люди. Как брат и хотел. Южный герцог станет регентом при Дайне. И останется только одна проблема: я и Ширан. Но это проблема маленькая. Я научусь с ней справляться. А демоны и ирбисы – проблема большая».

Она думала об этом всю дорогу, пока экипаж вёз её в столицу. Думала под редкие приветственные выкрики толпы. Думала, пока её коляску двое дюжих мужчин вносили в храм.

Внутри их ждали все семь герцогов, с семьями и свитой. И король. Дайн, раздутый, располневший и важный, в короне, специально ужатой ювелиром под голову монарха, кивнул сестре.

– Ирис, я рад приветствовать тебя, – произнёс, надувая и без того толстенькие щёчки.

Видимо, ему казалось, что так он выглядит царственнее.

– Благодарю, Ваше Величество, – наклонила голову Ирис.

– Ширан сказал, что ты лишилась ног? Да? А это излечимо? Но я вижу, что ноги-то у тебя есть. Танцевать ты тоже не сможешь?

– Боюсь, что нет, – ответила принцесса.

Дайн с любопытством посмотрел на ноги сестры, скрытые подолом платья.

– Ну ладно, мы тогда потанцуем без тебя. Ты же не обидишься?

Ирис раздвинула губы в улыбке: