Серые глаза удивлённо взглянули на неё. Баэрд осторожно взял её руку, коснулся губами пальчиков:

– Ирис, этот день был лучшим в моей жизни, – сказал просто и прямо. – И вы – лучшая девушка из всех, которых я видел. Я подожду здесь, пока вы побудете у подруги, а потом отвезу вас во дворец. Или куда скажете.

Ирис покачала головой:

– Нет. Пожалуйста. Мне бы этого не хотелось. Или вы боитесь, что я убегу?

– Хорошо.

Он вернулся в лодку. Ирис проследила взглядом, как лебедь поплыл по каналу, и позвонила в электрический звонок.

Баэрд в неё влюблён, это очевидно. И можно было бы использовать его чувства, но… Ирис вдруг стало жаль этого странного человека и его странную, такую простодушную и почтительную любовь. «Он не швырнул бы меня на пол тронного зала, – вдруг подумалось ей. – И не стал бы брать против воли… Наверное».

Или нет. Может быть, Баэрд просто боится герцога, а не будь его хозяином Ширан – как знать…

– Ты будешь идиоткой, если поверишь кому-то из мужчин, – пробормотала она, вгоняя ногти в ладони.

– Простите? – удивился седоусый консьерж, бесшумно открывший двери.

– Я к госпоже Елисель. Мы разучиваем одну пьесу, – мило улыбнулась Ирис.

Елисель дома не оказалось, и принцесса, забрав с постели одеяло, уютно устроилась на диване, завернувшись и подложив подушечку под голову. Эх, если бы… Если бы Ширан не нависал над ней падающей скалой, если бы Пьерин не имела своих политических амбиций на неё, а Кьярваль не хотел устранить врага её руками…

– Какая же ты счастливая, Лиса, – прошептала Ирис и провалилась в сон.

Разбудила её Елисель.

– Ты ненадолго или насовсем? Потому что если насовсем, то спи. А если заглянула, то часа через два смеркаться будет. Тогда дома поспишь.

Ирис села, щурясь и моргая.

– Есть хочешь?

– Я поела.

– А вот я – прям жуть как!

Лися забралась на подоконник с ногами, развернула бумажный свёрток, который держала в руках, и принялась жадно поглощать сосиски, заедая их кусками ржаного багета.

– Так что ты решила? Со мной или замуж за Кьярваля и жизнь в золотой клетке?

– Замуж за Кьяра я не пойду.

– Отлично!

– Я убью Ширана и буду жить с тобой.

Елисель подавилась и закашлялась. Уставилась на гостью.

– Ты сдурела? Йотпов объелась или что?

Ирис вздохнула. Она так и думала, что Лися отнесётся к её идее критично.

– Закрой окно, – попросила тихо. – Я не уверена, что нас не подслушают.

И, когда окно было закрыто и занавешено, продолжила:

– Ты думаешь, я очень хочу сражаться с ним? Я не мстительна, Лися. Я просто хочу жить, понимаешь? Жить и не вздрагивать от каждого шороха. Не бояться и не ждать, когда появится его пёс, и я снова окажусь в плену. Ты не знаешь, что это такое. Ты не знаешь, кто такой Ширан. Он демон. Полудемон, но это неважно.

– Ну да, ну да. Как же. Слышала. Эйв тоже… – язвительно начала было студентка, но Ирис горячо перебила:

– Да, Эйв тоже! Потому что он сражался под его командованием, он знает: если Ширан что-то решил, его ничто не остановит. И время не смягчит.

Елисель снова села на подоконник и скрестила руки на груди:

– И поэтому вы хотите убить герцога Ширана. А чем вы тогда лучше его, простите? Ты вот уверена, что Эйв сможет лучше управлять государством? И что он в состоянии защитить Неприветливые острова от напора демонов?

– Ты не понимаешь…

– Нет, Ирис, это ты не понимаешь. Вы можете уехать. Далеко, на север континента. Ну не идиот же Ширан, не побежит он за вами. Ты говоришь: просто жить. Ну вот там и жить просто. Но вы ради самих себя готовы провалить всё королевство. Пожертвовать им, сотнями и тысячами людей. Беги, Ирис, беги. Смени внешность, имя, выйди замуж за обычного человека. Нормального. И Ширан тебя не найдёт. И с Мурсией всё хорошо будет.

«Как у неё всё просто, – с горечью подумала Ирис. – Женись. Кто меня замуж возьмёт, безродную бесприданницу?» И всё же в словах Елисель была и правда. Жестокая правда человека, который никогда не сходил с ума в плену у Ширана. Вот только спорить с ней не имело смысла. Ирис вздохнула:

– Ты знаешь что-нибудь о демонах? Я про их силу. Ну, например, про их умение исцелять или создавать сны…

Елисель задумалась:

– На Южном континенте нет королевств, только княжества.

– Разве у них там не империя? До изгнания же у нас империя была…

– Нет. Семь княжеств. Я думаю, они планируют вернуть свои земли, а потому в память об уничтоженной династии… может быть… хотя не знаю, почему они не организовали на Южном континенте новую империю. Может, просто не разберутся, кто старший. Исцелять могут не все демоны, со снами вроде тоже особый дар. Они могут вынести практически любую боль. И регенерация у них сильная, вроде всё восстанавливается и заживает…

Ирис невольно вспомнила виденный сон про мать Ширана. Её пытали, дико, жутко пытались много лет, а она всё исцелялась и исцелялась… Ад на земле.

– Они способны выходить из своего тела и входить в тело другого существа. Это называется одержимость…

– Я знаю, – прошептала Ирис.

– Способны ходить по миру духов и управлять миром силы. Правда, последнее не совсем исследовано…

Что из этого умеет Ширан? На что он способен? Он ведь полудемон, значит, не на всё?

– У тебя есть какие-то книжки об этом?

Елисель взъерошила неотросшие волосы, криво усмехнулась:

– У меня? У меня нет. А вот в университетской библиотеке есть. Пойдём.

– А не поздно?

– Мне выдали ключ от лаборатории. Профессору физики понравились мои работы. Библиотека вроде на ночь не закрывается.

На улице ветер разыгрался ещё сильнее. Злобно ударил в лицо дождём, и девушки вымокли насквозь, пока отыскали свободного лебедя. Ирис трижды пожалела было, что не согласилась с великодушным предложением Баэрда, но потом подумала…

... Ширану незачем знать, что его игрушка побывала в университете. Вряд ли возможно было догадаться, для какой цели, но Ирис так дико боялась герцога, что он представлялся ей вездесущим, всемогущим и всезнающим.

Университет располагался в драконическом здании, нанизывающим низкие тучи на копья множества шпилей. Впрочем, Ирис тотчас поняла, что это была псевдодраконика. Все знают, что в эпоху драконов и демонов замки и дома сооружались из камней, которые худо-бедно шлифовали. Стены же университета краснели вполне современным кирпичом.

Елисель своим ключом открыла низкую чугунную дверь, и девушки прошли по узкой лестнице, резко пахнувшей какими-то спиртами.

– Ты можешь меня оставить и идти спать. Тебе же завтра на учёбу…

– Не неси чушь. А если несёшь, хоть не расплёскивай.

Лися заглянула в расстроенное лицо подруги и смягчилась:

– Эй, не унывай. Работай, сколько тебе будет нужно. Я всё равно планировала проторчать полночи за книжками. Не всё ли равно, дома или тут?

Библиотека находилась на втором этаже и оказалась двухэтажной, с балконом по периметру стены. Её освещали газовые светильники: электричество было слишком ненадёжным и пожароопасным, даже хуже, чем масло или свечи.

– Тебе вон в ту дверь. Там – исторические хроники. Осторожнее, могут быть мыши, ну и вообще... У тебя перчатки есть?

Ирис кивнула. Какая же дама рискнёт выйти из дома без перчаток? Ну, конечно, если её не схватили и не тащат в замок Неупокоенных душ, предварительно изнасиловав. Хотя… мама бы наверняка сказала, что даже в этом случае уважающая себя принцесса прихватит ридикюль, перчатки, вуаль и носовой платок. От этой язвительной мысли Ирис едва не расхохоталась в голос. Сердце истекало едкой ядовитой желчью.

Она открыла грязную от времени деревянную дверь. Та истошно заскрипела.

Историческое отделение поразило Ирис затхлыми запахами. На полках дощатых стеллажей царил беспорядок, было чувство, будто увесистые, распухшие фолианты просто покидали кое-как, освобождая место в элегантном, просторном первом зале для более модных трудов по техническим наукам.