А нас ожидаемо встретил Вениамин Серафимович. Майор уже предупредил нас. И нам его было достаточно! Хоть как, помощник градоначальника, пусть и не самый важный. Значит, администрация города на нас внимание обратила, и она как бы сохранила лицо. И гнев более высоких лиц, если что, не падёт на них.

— Господин помощник! — Коста во весь голос подал колонне команду «Стой! Смирно!» и чётким строевым шагом подошёл к Вениамину Серафимовичу. Само собой, и ладонь приложил к каске. — Запасная центурия Седьмого легиона прибыла для проведения благотворительного вечера. Докладывает центурион Коста Онассис!

Тут помощник подал руку Косте, и тот его пожал.

— Что же, центурион, Мы рады видеть Вас и воинов Седьмого легиона. Проходите в здание. Будем слушать музыку!

Тут Костя громко скомандовал «Центурия, вольно! Разойтись!», и бойцы легиона на самом деле слегка разошлись в стороны, а потом небольшими группами направились ко входу в биржу. Там их уже встречал и сам Даниил Милославович, и его полицейские.

Тут меня сразу же окружили и тётя Юлия, и мои помощники и помощницы, и все вместе повели ко входу. Все формальности были соблюдены, и далее нам надо было расслабиться. Конечно, никто не собирался устраивать из встречи с бойцами болгарского ополчения большой праздник. Поэтому в Розовом зале, уже почти полном, тоже собрались люди попроще. Ну, к сожалению, я в городе мало кого знал, тем более, важных лиц, и скоро, так и не познакомившись ни с кем из них, придётся уехать. Правда, особо и не стремился…

А так, лично мне бы хватило членов кружка любителей моей музыки и футболистов. Они тоже начали проходить в зал.

— Добро пожаловать, князь Борис! — встретил меня майор. — Вы уже во второй раз в Одессе, и сейчас находились почти три недели, а Вас в городе почти никто не видел!

Тут я просто улыбнулся:

— Да, вот, пока никак не получалось, Даниил Милославович. Но сейчас, думаю, что всё-таки отдохну и душой, и телом. Хотя, знаете, уже третий месяц, как уехал из дома, и всё равно всё ещё в Одессе.

А далее нас поспешили окружить уже Абрам Самуилович с семейством и Григорий Фёдорович, тоже явно в окружении семьи. Да, я сразу же узнал её дочку Ларису, и мы встретились взглядами и даже улыбнулись друг другу. И Бабели, всё семейство — и Исаак Моисеевич, и Эстель Давидовна, и Руфина с Сарой были, просто они стояли немного в отдавлении. Хотя, и Антоний нас встретил. Ну, он сразу же уединился с Аркадием. Я не знал, что за дела у них, но это меня не так сильно и касалось. Ну, теперь у них и моих дел полно было, вроде, и немалые подвижки там имелись.

— Здравствуйте, Мириам Ицхаковна! — тепло поздоровался я с женой Абрама Самуиловича. — Давно не виделись! Всё вспоминаю Ваш дом, но побывать никак. Вроде, и нахожусь в Одессе, но и в город вырвался в первый раз. И на море ещё не был!

— Ну, успеете ещё, Борис. А так, наш дом всегда открыт для Вас и Ваших друзей. Может, когда-нибудь и Ваша тётя Арина заедет, и Ваша сестра Александра? Будем рады!

— Ну, если они будут в Одессе, тем более, вместе со мной, то, думаю, что обязательно заедем. Мне у вас понравилось.

Далее я поспешил поздороваться с Бабелями. Хоть как, старые знакомые. Так и у Сары, при виде меня, глаза засверкали как звёзды.

— Здравствуйте, Исаак Моисеевич, Эстель Давидовна. Как приехали в Одессу, так больше с вами и не встретились. Рад встрече с вами. Надеюсь, что и вам сегодняшний вечер понравится!

Далее мне пришлось отвлечься на Петра Петровича, а затем тётю Юлию, собравшуюся заняться женщинами легиона. Да, надо было начать и музыкальную часть, так и переодеть женщин. Хоть мужчины оставались в военной форме, но всё лишнее требовалось снять. Хотя, этим уже занимался Коста. А Пётр Петрович, как Глава Одесского музыкального общества, должен был открыть бал.

И он и начал, и торжественно:

— Дорогие гости! Разрешите начать наш сегодняшний бал с представления князя Бориса Куракина! Да, мы все знаем, что он юн, но князю, к сожалению, рано пришлось повзрослеть. Теперь князь Борис является куратором Седьмого легиона, воинов которого мы сегодня все увидели во всей красе, и талантливым композитором, сочинившим немало прекрасной музыки. Воины легиона получили ранения при защите Плевны и находились в нашем городе на лечении. И наш сегодняшний Благотворительный бал посвящается доблестным защитникам Отечества! Разрешите его открыть!

После аплодисментов собравшихся, радостный композитор торжественно обьявил:

— Бал объявляется открытым!

Да, а ведь это и для меня первый взрослый бал! И где я не бедный родственник, а вполне уважаемый князь!

Глава 26.

Бал, бал, бал!

Тут я немного осмотрелся. Конечно, прямо уж людей с улицы в Розовый зал не пустили, но явно собрались и не такие уж важные лица. Но и людей побогаче явно хватало. Может, и представители дворянства прибыли? Имелись и военные, правда, больше молодых лет и не таких больших чинов. Вообще, в зале больше собралась молодёжь. И прибытие членов кружка и футболистов ещё больше омолодило его состав. Так что, получился молодёжный бал, но уже вполне официальный. А что касалось финансовых вопросов, то, главное, всё же не сбор денег, а требовалось соучастие людей. Хотя, я собирался напомнить собравшимся о местном госпитале.

А далее, как и положено, прозвучал «Боже царя храни». Да, давно, ещё с весны, я не слышал гимн нашей империи! Но и некому было его исполнять. У нас в Плевне и музыкантов не было. Далее певец Сергей Янковский исполнил, в сопровождении оркестра, «мои» «Дунайские волны». Правда, пока, хоть и прозвучал настоящий вальс, так никто и не начал танцевать. И полонез не исполнили. Но бал всё же благотворительный. Тут не до разных условностей. Так что, опять прозвучала «моя» музыка, уже «Балканские горы». Вообще-то, как раз и в тему. Ведь война идёт именно за Дунаем, ещё и средь Балканских гор. Да, всё как положено.

И тут в Розовый зал начали возвращаться бойцы легиона. Ну, на мужчин мало кто обратил внимания. Вообще-то, по сравнению с российскими военными, их форма отличалась сильно в лучшую сторону. Она была строгой, без излишеств, но привлекательной. И вряд ли кто скажет что против? Всё же легион отдельное воинское подразделение, не совсем российское, и уже успел показать себя. И форму может одеть такую, как скажет его куратор, то есть, я!

Но женщины легиона сразили всех наповал! Хоть их и было немного, лишь около двух десятков, и то на бал постарались взять всех, кого смогли, но сейчас они сразу же бросились в глаза. Все были одеты в длинные бальные платья разных цветов, и из хороших тканей, само собой, нового фасона. Ещё и туфли, и украшения на них, хоть и не такие дорогие, виднелись. Да, трофеи от турок, и мы сами немного купили, именно для них. И все наши красавицы нисколько не уступали барышням самого высшего света. Конечно, дорогих украшений, как у них, они не имели. Но девушки и так сверкали, как бриллианты, и они и сами являлись самыми дорогими бриллиантами на свете! Где я найду таких бесстрашных и верных помощниц?

Но среди них имелся и ярчайший бриллиант! Да, и тётя Юлия выглядела на все сто! И многие мужчины сразу же кинули взор на неё. Тем более, тут многие знали, что она как бы и одесская. Ну, если училась в здешнем институте благородных девиц, то да!

И тут опять слово взял Пётр Петрович:

— Дорогие гости! Мы хотим предложить на ваше внимание новое произведение князя Бориса. Хотя, он сам скажет!

И тут я, само собой, толкнул небольшую речь:

— Дорогие гости бала! Сразу же хочется вспомнить наших русских воинов, сейчас ожесточённо сражающихся с османами. Судя по новостям, они, и вместе с воинами болгарского ополчения, изо всех сил бьются с ними и под Плевной, и на Шипке. И Его Величество Александр Николаевич давно находится в Действующей армии и прикладывает множественные усилия для освобождения Болгарии от ига турок-османов. Но хочется вспомнить и о наших женщинах — и русских, и болгарских. Они нетерпеливо ждут возвращения наших воинов, в том числе и Её Величество Мария Александровна. И сейчас я прошу у вас разрешения представить на ваше внимание вальс, посвящённый Её Величеству. Да простит она меня за самовольство, но я осмелился назвать это произведение «Вальсом империатрицы». Хотя, Её Величество уже прислало телеграмму, что согласна на это название. И прошу вас разрешить начать танец женщинам, воинам нашего Седьмого легиона. С разрешения Её Величества…