Маг ухмыльнулся, видя эффект.

— Интересно! — крикнул он. — Но примитивно! Ломай!

Он начал заряжать следующий удар. Его наемники, оправившись, приготовились ринуться в пролом.

У меня не было выбора. Мой барьер был ребенком, учащимся ходить. Его сила была в тонкости, в гармонии, а не в грубом противостоянии.

Я отступила вглубь пещеры, к диску. Я не могла активировать его снова — не хватило бы сил. Но я могла использовать сам принцип. Резонанс.

Я положила руку на стену рядом с диском, на сложный узел переплетающихся линий, который, как я чувствовала, отвечал за связь с внешним миром. Я не пыталась создать новую силу. Я направила в узел все свое отчаяние, свою ярость, свою волю к защите. Я не пела колыбельную. Я кричала беззвучный призыв о помощи к самой горе.

И гора ответила.

Сначала — тихий гул, исходящий от самого камня. Потом — легкая дрожь под ногами. Наемники снаружи замерли в нерешительности, а маг прервал заклинание, оглядываясь.

И тогда с потолка у входа в пещеру с грохотом обрушился пласт скальной породы. Камни, пыль, щебень — все это с громовым раскатом завалило вход, отрезая нас от внешнего мира и погребая заживо двух передовых наемников.

Грохот стих. Снаружи доносились приглушенные крики и ругань. Они не могли пройти. По крайней мере, не сразу.

Я стояла, прислонившись к стене, и тяжело дышала. Я не управляла горой. Я лишь... попросила ее о помощи. И она помогла. Ценой нашего заточения.

Моргус подошел ко мне и прижался.

Шумно... Но тишина теперь наша.

— Да, малой, — прошептала я, глядя на завал. — Теперь наша. Но мы в ловушке.

Я обернулась и посмотрела на диск и на стены, покрытые письменами. У меня не было выбора. Пока они будут разбирать завал, мне нужно было учиться быстрее. Гораздо быстрее. Мне нужно было найти в этих символах не просто защиту, а выход. Или оружие.

Игра в прятки закончилась. Начиналась настоящая война. И мой единственный союзник был из камня и древней кости.

Тишина после обвала была оглушительной. Воздух в пещере стал спертым, наполненным известковой пылью. Снаружи доносились приглушенные удары и голоса — они пытались разобрать завал. У нас было время. Но не бесконечное.

Я подошла к груде камней, перекрывшей вход. Плотно. Очень плотно. Пробиться снаружи будет сложно, но не невозможно для мага с командой землекопов. Пробиться изнутри... в одиночку, без инструментов, было бы самоубийством.

Заперты,— констатировал Моргус, постукивая клювом по камню.Как птенцы в гнезде, когда приходит змея.

— Не совсем, — ответила я, отряхивая пыль с плеч. — У птенцов нет библиотеки и артефакта инопланетной цивилизации. Начнем с главного — проверим запасы.

Воды оставалось на два дня, если экономить. Еды — кусок вяленого мяса антилопы. Положение было хуже, чем я думала.

Моргус, чувствуя мое беспокойство, беспокойно захлопал крыльями.

Я могу улететь. Найти еду. Принести.

Я посмотрела на узкую щель у самого потолка, в которую едва проникал свет. Он мог пролезть. Но риск был огромным.

— Нет. Там маг. Он почует тебя и сбросит с неба заклинанием. Мы вдвоем в этой западне. И вместе будем искать выход.

Я подошла к черному диску. Он молчал. Прикосновение не вызывало видений — лишь слабый, едва уловимый отклик моей метки. Моих сил не хватало для полноценного общения. Нужно было искать ответы иначе.

Я вернулась к стенам. Теперь я искала не абстрактные символы гармонии, а конкретные указания. Карты. Схемы. Упоминания других выходов, потайных ходов. Любую надежду.

Часы сливались в сутки. Я спала урывками, просыпаясь от каждого громкого удара снаружи. Они работали методично, не спеша. Осада была вопросом времени.

На второй день заточения я нашла нечто интересное. В дальнем углу пещеры, за скелетом грифонихи, был высечен не узор, а рельеф. Изображение самой горы Черный Пик в разрезе. И внутри нее... не одна пещера. Целая сеть ходов, напоминающая пчелиные соты. И один из ходов вел вниз, глубоко под гору, к подземной реке, обозначенной волнистой линией.

Вода. Спасение.

Но как до нее добраться? Вход в эту сеть должен был быть где-то здесь.

Я обыскала весь зал, каждый сантиметр стен и пола. Ничего. Ни скрытых дверей, ни люков. Отчаяние снова начало подкрадываться, холодное и липкое.

В отчаянии я снова подошла к скелету грифонихи. Я положила руку на ее череп, не ожидая видений, просто ища утешения.

...вспышка. Не образ, а знание, влитое прямо в разум. Карта пещеры с горящей точкой — там, где лежал скелет. Ощущение нажатия, поворота...

Видение исчезло, но знание осталось. Механизм. Здесь, под костями.

Я осторожно, с почтением, отодвинула костяные останки в сторону. Под ними был не просто каменный пол. Круглая каменная плита с едва заметным швом. В центре — углубление в форме... не ключа. Лапы. Лапы грифона.

Я посмотрела на Моргуса. Он понял без слов. Он подошел и осторожно поставил свою мощную, покрытую чешуей лапу в углубление. Он нажал.

Раздался тихий скрежет. Плита повернулась на несколько градусов и опустилась вниз, открывая темный, уходящий вниз проход. Пахнущий сыростью и... водой.

Я не могла сдержать смех, гортанный и нервный. Выход. Он был здесь все это время. Защищенный не магией, а простым, гениальным механизмом, требующим присутствия грифона.

Умная мать,— мысленно констатировал Моргус с одобрением.Хорошая тайна.

— Очень хорошая, — согласилась я, зажигая импровизированный факел из обрывков плаща и смолистых веточек. — Идем. У нас есть река.

Я бросила последний взгляд на пещеру, на стены, на диск. Я не прощалась. Я знала, что вернусь. Но сейчас нужно было выжить.

Спуск был крутым и опасным. Лестницы не было — лишь естественная расщелина в скале, по которой приходилось карабкаться. Воздух становился все более влажным и прохладным. А потом я услышала это. Сначала — шепот. Потом — настоящий гул. Вода.

Мы вышли в огромный подземный грот. Посередине него, сверкая в свете факела, струилась подземная река, широкая и быстрая. Берега были усыпаны гладкой галькой. Это было спасение. Вода означала жизнь. А река... река могла куда-то вести.

Я подбежала к воде и зачерпнула пригоршню. Чистая, ледяная. Я пила, не обращая внимания на холод, чувствуя, как жизнь возвращается в мое тело.

Именно тогда я заметил нечто странное. На противоположном берегу реки, там, где должен был быть каменный тупик, зиял еще один проход. Искусственный. Обрамленный каменными блоками с теми же знакомыми серебристыми узорами.

Это была не просто пещера. Это был комплекс. И библиотека с грифонихой была лишь его преддверием.

Сзади, сверху, донесся громкий раскат, а затем triumphant крик. Они пробились. Они в пещере.

У меня не было времени на раздумья. Я потушила факел, погрузив грот во тьму, которую нарушал лишь слабый свет мха на стенах.

— В воду, малой, — прошептала я Моргусу. — Тише, чем тень.

Мы вошли в ледяную воду. Течение было сильным, но не смертельным. Я, держась за гриву Моргуса, позволила ему буксировать меня к тому загадочному проходу на другом берегу.

Выбравшись на противоположную сторону, я обернулась. В грот через проход, который мы покинули, уже проникал свет факелов. Голоса стали громче.

— Никого! — прокричал кто-то. — Но здесь есть еще один ход!

Маг, должно быть, вошел последним. Его голос прозвучал властно и раздраженно:

— Ищите! Она не могла испариться!

Я не стала ждать, пока они найдут способ перебраться через реку. Я нырнула в новый проход, ведя Моргуса за собой.

Это был не грубый туннель. Это был коридор. Стены были гладкими, отполированными, и на них горели те же серебристые узоры, что и в библиотеке, но здесь они светили ровно и постоянно, освещая путь.