— Что ты сделала? — в ужасе прошептал второй бандит, смотря на ящик.

Я не сделала ничего. Это сделала моя метка. Она была... ключом? Антенной? Целью?

Из пролома в стене, ведущего вглубь холма, донесся шорох. Не человеческий. Что-то большое, плоское и бесшумное выползло из темноты. Оно было размером с телегу, его тело напоминало помесь паука и ската, а множественные глаза светились болезненным зеленым светом. Тенеполз. Иномирное существо, которого я встречала лишь в учебных манускриптах Храма. И оно смотрело прямо на меня. Вернее, на мой бок, где горела метка.

Так вот для чего им «Безмолвный Взгляд»! Не как яд для людей. Как приманка или компонент для... этого!

Тенеполз издал беззвучный, пронзающий разум визг. От него заломило в висках, и на мгновение мир поплыл. Бандиты позади меня закричали — уже не от боли, а от чистого ужаса. Они бросились бежать к выходу.

У меня не было времени на благородство. У меня было только одно преимущество — метка, которая, видимо, и привлекла это чудище. Значит, я и была главной мишенью.

«Моргус! Большая, уродливая мушка! Нужна помощь!»

Я метнулась в сторону, уходя с линии атаки чудовища. Оно двинулось за мной, его плоское тело скользило по камням с пугающей скоростью. Один из его щупалец, похожий на хлыст, просвистел в сантиметрах от моего лица, оставив на стене глубокую борозду, покрытую слизью.

Я обнажила «Отзвук». Клинки взвыли в унисон, чувствуя не-плоть и не-магию существа. Я бросилась вперед, пытаясь поразить один из его светящихся глаз. Лезвие скользнуло по хитиновому панцирю, едва оставив царапину. Черт! Оно было практически невосприимчиво к физическим атакам!

Тенеполз снова испустил ментальный визг, на этот раз целенаправленно в меня. Боль пронзила череп, затуманивая зрение. Я отступила, натыкаясь на разбитые ящики. Еще один такой удар — и я стану легкой добычей.

И тут снаружи донесся яростный, знакомый клич. И не один.

В проеме в стене, залитые лунным светом, стояли Дориан и Амон. Дориан с обнаженными клинками, его алая личина пылала в ночи как сигнальный огонь. Амон — с руками, сложенными в сложную боевую руну, его лицо было искажено не гневом, а холодной концентрацией.

— Отрабатываю сверхурочные, как видишь! — крикнула я им, отскакивая от очередного удара щупальца. — Присоединяйтесь, веселье только начинается!

Дориан с рыком ринулся в бой, его клинки, усиленные яростью и силой алых узоров, наконец-то пробивали хитин. Амон остался у входа, его пальцы выписывали в воздухе сложные узоры, и воздух вокруг тенеполза сгущался, замедляя его движения.

Я оказалась в центре странного треугольника: я, отвлекающая чудище своей меткой, Дориан, крушащий его грубой силой, и Амон, сковывающий его магией. Мы не были командой. Мы были тремя хищниками, случайно оказавшимися у одной добычи. Но, черт возьми, это работало.

И пока мы сражались, я не могла отделаться от мысли: иномирцы не просто хотели сорвать помолвку. Они охотились за чем-то... или за кем-то. И моя внезапно проявившаяся метка, похоже, сделала меня их главной целью. Моя скромная мечта о свободе внезапно обрела новый, весьма тревожный оттенок.

Бой с тенеползом напоминал попытку разрушить скалу, танцуя вокруг нее с двумя иголками. Мои клинки оставляли на его хитиновом панцире изящные царапины, в то время как Дориан в своей манере пытался проломить ему череп, словно дверь в цитаделю. Его алая личина пылала так ярко, что в подземелье стало почти светло, а его светлые волосы были мокрыми от пота. Он рубил с яростью, в которой было что-то отчаянное, будто он пытался доказать что-то не только чудищу, но и самому себе. Или своему брату.

Амон, тем временем, стоял в стороне, его лицо было бледным и сосредоточенным. Его пальцы выписывали в воздухе сложные руны, и воздух вокруг тенеполза сгущался, становясь вязким, как смола. Чудище замедлялось, его щупальца двигались все тяжелее.

— Можешь ли ты сделать что-то более разрушительное, братец? — прокричал Дориан, отскакивая от удара хвоста. — Или твои трюки годятся лишь для того, чтобы замедлить его?

— Разрушение — это грубо, — холодно отозвался Амон, не отрывая взгляда от цели. — А грубость ведет к ошибкам. Я создаю возможности. А ты, как хороший тупой инструмент, должен ими воспользоваться.

Я в этот момент едва увернулась от щупальца, которое пронеслось в сантиметре от моего лица.

— Эй, семейная терапия потом! — крикнула я, перекатываясь под брюхом тенеполза и нанося удар «Тихого Шёпота» в основание одного из его глаз. Клинок, наконец, вошел в плоть, и чудище взревело — на этот раз не ментально, а физически, издавая звук, похожий на скрежет камней. — Сейчас есть более насущная проблема!

Моя метка на боку пылала огнем. Она явно была тем, что привлекало тенеполза. Каждый раз, когда я приближалась, он становился агрессивнее, словно пчела, видящая угрозу своему улью. Это давало нам тактическое преимущество — я могла управлять его вниманием, — но и делало меня главной мишенью.

— Араш! — крикнул Амон, и в его голосе впервые прозвучала не холодная расчетливость, а напряжение. — Его ядро! В центре спины! Оно защищено, но если мы скоординируем удар...

— Я отвлеку его! — отозвался Дориан. — Араш, приготовься!

Он снова ринулся в атаку, на этотпрямо на передние конечности чудовища, привлекая весь его гнев на себя. Тенеполз, разъяренный, сосредоточился на нем, оставляя спину открытой.

— Теперь! — скомандовал Амон.

Я не стала ждать второго приглашения. Я рванулась вперед, используя замедление, созданное Амоном, чтобы взобраться на скользкую спину тенеполза. Он брыкался, пытаясь сбросить меня, но я вонзила клинки в хитин, используя их как якоря.

— Держись! — крикнул Дориан, продолжая уворачиваться от яростных атак.

Я доползла до центра, где под слоем хитина слабо пульсировало синеватое свечение. Ядро. Я подняла «Отзвук», собираясь нанести удар, но в этот момент тенеполз издал особенно мощный ментальный визг. Боль пронзила мой разум, затуманив зрение. Моя рука дрогнула.

И тут я увидела его. Небольшой, почти незаметный шрам на хитине прямо над ядром. Форма... форма была знакомой. Серебристый цветок, точь-в-точь как мой. Только старый, зарубцевавшийся.

Это не была случайная охота. Это было... отмщение? Наследственная вражда? Что связывало это существо с моей меткой?

У меня не было времени на раздумья. Я собрала волю в кулак и со всей силы вонзила «Отзвук» в центр шрама. Лезвие вошло глубоко, встретив сопротивление, а затем провалилось во что-то мягкое. Ядро треснуло с звуком бьющегося стекла.

Тенеполз издал последний, пронзительный вопль и рухнул на пол, его тело начало быстро разлагаться, превращаясь в черную слизь и пар.

Я спрыгнула с его спины, тяжело дыша. Подземелье наполнилось зловонием, но тишина после грохота боя была почти оглушительной.

Дориан стоял, опираясь на клинки, его грудь вздымалась. Он посмотрел на меня, и в его желтых глазах читалось не привычное высокомерие, а нечто похожее на уважение.

— Неплохо... для твоих методов, — выдохнул он.

— Спасибо, что заметил, — проворчала я, вытирая слизь с лица. — В следующий раз предложу ему чаю, может, он сам развалится.

Амон медленно подошел к тому, что осталось от тенеполза. Он наклонился, изучая исчезающие останки.

— Любопытно, — произнес он. — Его физиология не соответствует ни одному известному виду. И его связь с тобой... — Он поднял на меня взгляд, и в его стальных глазах горел тот самый научный интерес, который я так хорошо знала. — Твоя метка. Она активировала устройство иномирцев и привлекла это существо. Ты не просто цель, Араш. Ты... ключ.

— Ключ к чему? К большему количеству уродливых тварей? — я фыркнула, но внутри похолодела. Его слова подтверждали мои самые тревожные догадки.

— Возможно, — он выпрямился. — Иномирцы не просто пытаются сорвать помолвку. Они охотятся за чем-то, что связано с тобой. Или с твоим... происхождением.