Октябрь выкрасил городок Чародол во все оттенки серого. Серые тучи висели над серыми черепичными крышами, а мокрый асфальт отражал серое небо. Воздух пах мокрым камнем и пережаренными каштанами с лотка на углу. Даже магические фонари, что обычно подмигивали прохожим золотистыми искрами, сегодня горели тускло — как будто устали верить в собственное волшебство.

Алекс устало шагал по брусчатке, чувствуя, как промозглый ветер залезает под воротник пальто и путается в его темных волосах. Совещание с начальником, Эдуардом Магистровичем, оставило во рту привкус пепла и разочарования.

«Нам нужна синергия астральных потоков!» — до сих пор звенел в ушах его самодовольный голос. Алексу же нужна была всего лишь чашка горячего черного кофе в его любимом месте.

Алекс свернул на рыночную площадь и тут же чуть не угодил в эпицентр локальной катастрофы.

— Седьмая, твою деревянную душу! Оставь лужу в покое!

Дворник дядя Толя, красный от натуги, дирижировал своим своенравным рабочим коллективом. Из дюжины магических метел прилежно трудилась от силы одна. Остальные устроили настоящий балаган.

— А ну вернись, пернатая твоя погибель! — орал дворник метле, которая азартно гонялась за нахохлившимся голубем, игнорируя россыпь листьев.

Другая, под номером семь, с упорством маньяка пыталась вымести воду из лужи, поднимая фонтан грязных брызг. Еще две лениво тыкались друг в друга черенками, словно бодающиеся козлята.

— Разошлись, бестолочи! — рявкнул дядя Толя. — Это вам не танцплощадка!

Алекс обогнул поле битвы. Очередное доказательство, что магия — не панацея, а часто просто головная боль. Но все это было неважно. Впереди, в знакомом переулке, его ждало убежище. Кофейня «Уютный гримуар». Его личный островок здравомыслия, где пахло не корицей от заклинаний, а перемолотыми кофейными зернами и старой бумагой. Мысль об этом согревала лучше любого пледа.

Он свернул в переулок, уже предвкушая, как толкнет тяжелую дубовую дверь... и замер.

На месте его кофейни было что-то невообразимое.

Словно кто-то чихнул радугой прямо на фасад. Цвет сахарной ваты, кричащий и неуместный, бил по глазам. Из огромных, сияющих чистотой окон, на него таращились кексы с нарисованными глазками. А над дверью, где раньше висела знакомая кованая вязь, теперь красовались золотые завитушки: «Сладкая Фантазия».

Алекс снял очки и протер их мокрым рукавом. Может, это дурацкая иллюзия? Нет. Розовое чудовище никуда не делось, оно сияло посреди серой улице как оскорбление всему мирозданию.

Его кофейня. Его убежище. Его крепость. Исчезла.

Онемение сменилось яростью, захлестнувшей его ледяной волной. У него отняли его место. Единственное место в Чародоле, где он чувствовал себя в своей тарелке. И заменили этим... этим кондитерским недоразумением.

Дождь усилился. Капли барабанили по капюшону, стекали по лицу. Алекс стоял под серым небом, промокший и злой, и смотрел на безвкусную вывеску. Его день, и без того паршивый, только что был окончательно и бесповоротно уничтожен.

Гнев — отличный мотиватор. Он заглушил холод и заставил Алекса действовать. Кто бы ни стоял за этим розовым вандализмом, Алекс должен был высказать ему все, что думает. Он решительно толкнул дверь, над которой весело звякнул маленький колокольчик, и шагнул в другой мир.

Если снаружи был взрыв цвета, то внутри бушевал настоящий ураган. Стены были выкрашены в нежный персиковый оттенок, с потолка свисали гирлянды из бумажных фонариков, а воздух был таким густым от запаха ванили и свежей выпечки, что его, казалось, можно было резать ножом. Вдоль одной стены тянулась витрина, заставленная пирожными всех мыслимых форм и оттенков: лимонные тарты, мятные эклеры, шоколадные кексы, увенчанные шапками крема. Все было ярким, уютным и до тошноты жизнерадостным.

За прилавком стояла девушка. Она была под стать своему магазинчику — светлые волосы собраны в небрежный пучок, из которого выбивались короткие завитки, глаза цвета крепкого чая и яркий кардиган, который выглядел так, будто его связала очень оптимистичная бабушка. Незнакомка протирала стеклянную банку и, заметив Алекса, одарила его такой лучезарной улыбкой, что у него на мгновение свело скулы.

— Добрый день! — пропела она. — Чем могу помочь?

Прежде чем Алекс успел выдать свою гневную тираду, что-то у его ног хрюкнуло. Он опустил взгляд. Прямо на него смотрела пара умных поросячьих глазок. На полу, на мягком клетчатом коврике, сидел мини-пиг. Самый настоящий. Розовый, с деловитым пятачком.

— О, еще один мокрый и недовольный, — проворчал мини-пиг с отчетливым похрюкиванием. — Хозяйка, у нас сегодня аншлаг.

Алекс замер. Свинья. Говорящая. Это было уже слишком даже для Чародола. Он медленно поднял глаза на улыбающуюся девушку, ожидая хоть какого-то объяснения.

— Ой, не обращайте внимания, это Борис, — беззаботно махнула она рукой. — Он сегодня не в духе. Дождь действует ему на нервы.

Алекс сглотнул. Весь его заготовленный гнев куда-то улетучился, оставив после себя лишь глухое ошеломление.

— Здесь... раньше была кофейня, — наконец выдавил он, цепляясь за последнюю ниточку реальности.

— Была! — радостно подтвердила девушка. — А теперь здесь мы! Гораздо лучше, правда?

Он оглядел приторно-сладкий интерьер.

— Сомнительно. У вас найдется что-то столь же банальное, как черный кофе? Или все напитки тут делаются из радужной пыльцы и слез единорога?

Его сарказм, казалось, отскочил от ее улыбки, не оставив и царапины.

— У нас есть кое-что получше! — она с энтузиазмом развернулась к сверкающей кофемашине. — «Кофе для Концентрации»! Он помогает собраться с мыслями и прогоняет осеннюю хандру.

— Он просто черный? Без сиропа, без взбитых сливок, без магических искр?

— Абсолютно черный, как ночь в безлунную погоду! — заверила она, ловко управляясь с аппаратом. — Но сварен с особой любовью.

Пока она готовила кофе, ее взгляд упал на витрину.

— А к нему вам просто необходим кекс «Анти-Ворчун». Он с шоколадной крошкой. Помогает взглянуть на мир под другим углом.

«Анти-Ворчун», — мысленно передразнил Алекс. Какая нелепость. Но спорить с этой девушкой было все равно что пытаться спорить с солнечным зайчиком. Бессмысленно и утомительно. К тому же, он был голоден, а кекс, надо признать, выглядел аппетитно.

— Ладно, — сдался он. — Давайте ваш кофе... для концентрации. И этот... кекс.

— Отличный выбор! — просияла она, упаковывая его заказ в бумажный пакет с нарисованным на нем улыбающимся облачком.

Расплатившись и забрав свой пакет, Алекс попятился к выходу, чувствуя себя так, словно сбегал с места преступления.

— Заходите еще! — крикнула ему в спину девушка.

— Непременно, — буркнул он себе под нос, понимая, что это самая большая ложь, которую он говорил за весь день.

Вывалившись обратно под серый дождь, он плотнее закрыл за собой дверь. Звон колокольчика затих, отрезая его от мира ванили, говорящих свиней и невозможного оптимизма. Алекс побрел по улице, сжимая в руке бумажный стаканчик. Он еще не знал, что именно купил, но отчетливо понял — этот кофе был не так прост.

Вернувшись в свой серый куб офисного пространства, Алекс почувствовал себя так, словно вынырнул из красочного сна в унылую реальность. Здесь не было запаха ванили, только остывший пластик и легкий коричный привкус от магического кулера в углу. Он со вздохом опустился в свое кресло.

На столе его ждал бумажный стаканчик с нелепым логотипом и пакетик с еще более нелепой улыбающейся тучкой. «Кофе для Концентрации». Алекс хмыкнул. Обычный офисный автомат тоже выдавал нечто под названием «Эликсир Бодрости», но на деле это была просто горькая бурда, зачарованная на поддержание температуры.