То, что было в такси, оказывается только скромной прелюдией к тому, что разворачивается прямо сейчас. Напор у Томасова сумасшедший. Будто он голоден. Будто мы с ним встретились после длительной разлуки, и он никак насытиться не может мной.

Чёрт, а если Тихон дома? А вдруг он здесь с Яной? Не хватало, чтобы нас увидели.

Я пытаюсь прислушаться к шуму квартиры, но не слышу ничего, кроме стука наших сердец, бьющихся с какой-то безумной космической скоростью. Яр не даёт мне никакой возможности отстраниться от него.

Я чувствую его дикое возбуждение, чувствую, как он подталкивает меня бёдрами, имитируя поступательные движения, и ничего не могу с собой поделать. Я едва соображаю. В голове только одна жажда.

Ярослав подхватывает меня под ягодицы. И поднимает наверх. Я обхватываю его талию ногами, а руками вцепляюсь в его плечи. Он тянет меня за собой, не прерывая поцелуя.

Нельзя ему это позволять. Чёрт, он же только с больницы!

Упираюсь и разрываю с трудом этот безумный, глубокий, ненасытный поцелуй.

– Ярослав, тебе нельзя…

Пытаюсь возмутиться, но он только тянется и снова обхватывает мои губы, снова целует, не давая возможности закончить фразу.

Не могу ему сопротивляться. Не могу свои желания затолкнуть куда-то поглубже, когда они лезут так же активно, как и у него. Они рвутся из меня с жарким, хриплым стоном прямо ему в рот.

Представляю, как мы с ним поговорим. Он хотел меня украсть сегодня от брата, получив от него по корпусу и по голове. Может быть даже второй раз бы драка была… И все это ради того, чтобы снова добраться до моего тела?

Невыносимый просто! О чём он только думает? Неужели все его мысли находятся в штанах? И слово в подтверждение моих мыслей, мы уже оказываемся в спальне. А следом Яр заваливает меня на кровать.

Наконец-то мои губы на мгновение освобождаются от его твёрдых и неумолимых губ. Только дыхание бы ещё восстановить для полного комплекта…

Толстовка улетает в сторону. Следом за ней – джинсы. Я и опомниться не успеваю, как лежу перед раздевающимся Яром уже без ничего. Он даже нижнее бельё снял так быстро и ловко, что я даже не успела сообразить.

– Пиздец, ты красивая, – вздыхает он, пожирая меня взглядом.

– Стой! Нам бы…

– Я всё купил, – подмигивает мне.

Достаёт из карманов своих джинсов целую россыпь… презервативов. Закидывает ко мне на кровать. Да тут штук десять, не меньше! Эм… это вот совсем не то, о чём я подумала. Но что сказать… какой предусмотрительный, однако.

Зато сомнений в его намерениях никаких не остаётся.

И хоть между ног уже все влажное от накатывающего предвкушения, я всё-таки хотела понять несколько вещей. И самая главная из них – кто мы друг другу? После этой драки, после его слов, что он «подонок, «неадекват», «придурок», «псих»… Сам ведь себя нарёк такими нелицеприятными словами…

Яр срывает с себя джинсы вместе с боксерами. Ай, блин, готовый. И совершенно не стеснительный. Ни капельки. Стоит с таким гордым видом, будто хочет, чтобы я тоже его рассматривала в ответ.

Но я так не могу. Неловко, блин.

– Стой, – отодвигаюсь от наступающего на меня Яра, двигаясь по кровати выше. Он ползёт на коленях уже за мной. – Как насчёт разговора?

– Не могу думать, Тенёчек, – признаётся он. – Хочу тебя так, что все мысли о том, как бы войти в тебя и трахнуть. Глубоко… Жёстко… И может сразу несколько раз.

Он подтягивает меня к себе за бёдра, не позволяя убежать от него, и впивается в грудь. Ммм… Я хотела сначала всё прояснить. Но чёрт… Почему я тоже не могу сосредоточиться? Искуситель. Наглец.

– Яр… Просто скажи… Ах…

Его пальцы проникают в меня. Он медленно движется, заставляя меня выкинуть всё из головы, заставляя меня думать только о своих собственных ощущениях. Его губы и язык на моей коже, описывают вершинки полушарий, кусают. Его рука творит беспредел внизу, доводя меня до пика блаженства.

Я быстро приближаюсь к краю. Ведь возбуждение накатило ещё в такси, а потом долгая поездка в ожидании этого момента…

– Что тебе сказать? – выдаёт он хрипло через целую вечность.

Накрывает меня своим телом сверху. Горячий, желанный. Перемещается на мою шею, а вместо пальцев уже чувствую его твёрдость внизу. Невольно вжимаюсь в него сильнее, желая получить то, что он готов мне подарить.

К чёрту уже эти глупые разговоры. Рядом с ним мозг отказывает.

– Скажи, что ты хочешь… от меня… – выдыхаю через силу.

Мои бёдра полностью раскрыты для него. Я жду не ответа, я жду его действий. Хочу уже получить это ощущение наполненности им. Хочу снова пережить эти волшебные минуты единения. Невероятные, непередаваемые ощущения…

Но Яр замирает. Он буквально застывает на полпути к цели. Едва успевает начать, распирает всего чуть-чуть, но мой вопрос его останавливает. И я уже жалею, что вообще что-то там бормотала. Он прав. Сейчас не время. Потом всё обсудим.

Вцепляюсь в его плечи пальцами, дёргаюсь под ним, пытаясь добиться своего.

– Яр… Пожалуйста… Я хочу…

– Нет, я отвечу, – вздыхает он и упирается своим лбом в мой.

Молчит. И я тоже уже замираю, не понимая, чего от него ожидать. Непредсказуемый. Сколько раз мы взаимодействовали, сколько раз общались, я никогда не знала, чего ждать от него.

Накричит, поцелует, сожмёт до боли, погладит до приятных мурашек…

Вечная русская рулетка с Тормасовым.

Эмоции на грани. Желания на пределе. Яркие чувства, но до самого дна. Словно я с ним иду по краю пропасти без страховки, без гарантий. Совершенно не представляя, чем закончится это захватывающее приключение.

– Я хочу, чтобы ты была моей девушкой, Алёна, – вдруг выдаёт Тормасов, гипнотизируя меня своими тёмными глазами.

– Девушкой?

Я изумлённо смотрю на него, а этот гад не даёт мне и секунды подумать над его ошарашивающей фразой. Он двигает бёдрами, проникая в меня глубже. Ах чёрт. Я стону, прикрывая глаза.

Но потом вспоминаю о том, что у нас тут ещё и диалог какой-то ведётся.

– Да, хочу, чтобы у нас всё было по-серьёзному, – продолжает он.

И вместе с тем заполняет меня полностью собой. На секунду застывает, давая мне время на передышку. Думать и чувствовать одновременно – та ещё задачка. Но я пытаюсь. То, что он говорит – это что-то странное. Ведь всё время было только «не влюбляйся», «просто секс», просто «игрушка», а не вот это вот.

– Ты правда этого хочешь? – шепчу я, открывая глаза и смотря на него в упор.

– Да. И если ты откажешь, я буду тебя пытать, – произносит с серьёзным видом. И для убедительности делает один жёсткий глубокий толчок. У меня уже не стон вырывается, а вскрик наслаждения. – Пытать так, что добьюсь от меня «да».

– Не дождёшься, Яр. Это просто секс, – парирую я.

– Ну тогда держись, Тенёчек. Буду всю ночь тебя «пытать». Уверен, что к утру ты сломаешься. Станешь моей.

Я смеюсь сквозь пробивающиеся на глазах слёзы. Поверить не могу. Меня распирается от эмоций. Он всё-таки вылез из своей скорлупы, сломал стену между нами, потому что… понял, что хочет быть со мной.

Я ведь чувствовала это. Чувствовала, но всё равно одёргивала, чтобы не разочаровываться, если ошибаюсь. Но я была права. У него есть ко мне что-то. И это не только про физическое желание.

– Ну так что, Тенёчек? Пытка или добровольная сдача мне?

– Пытка, – усмехаюсь я, а Яр цокает языком.

Он накрывает мои щёки ладонями и стирает слёзы, а следом нежно целует в губы.

– Что ж… Твой выбор. Но знай, что я никогда не сдаюсь.

И «пытка» начинается…

Ярослав Тормасов

Тенёчек бунтует, повторяя мне в лицо мои же слова. «Это просто секс». Нет, это уже давно не просто. Это стало чем-то серьёзным намного раньше. И хорошо, что мне хватило ума это всё наконец-то осознать.

Я вжимаюсь пальцами в бёдра Алёны и яростно начинаю двигаться. Желание такое сильное, что не могу сейчас притормозить, не могу сейчас быть нежным. Может во второй раз, когда утолим первый голод? Потом. Всё потом.