Мы подходим к барной стойке, но тут не протолкнуться. Правда два парня тут же освобождают для нас места. Мы забираемся на стулья, и тут до нас доходит плачевность ситуации.

Они не просто так уступили. Они хотят… пообщаться с нами.

– Девочки, давайте знакомиться, – начинает первый.

Тот, что теперь стоит рядом со мной. Он выглядит взрослее нас, наверное, старшекурсник. У него широкая улыбка, слишком белые зубы. Но всё равно симпатичный. Второй тоже явно старшекурсник. Он уже выпытывает у Яны какой коктейль она будет пить.

– Смотрю на тебя и не могу понять, ты новенькая? – продолжает тот, что взял в оборот меня.

– Да, – выдавливаю я нехотя.

– Я – Сергей, а это Андрей. Мы с магистратуры.

– Алёна.

– А я – Яна.

Подруга переводит на меня взгляд и делает большие глаза. Только я не понимаю, что она вкладывает в это движение. Пора бежать? Или может наоборот намекает, что неплохо мы тут устроились, нашли компанию сразу.

Парни… не кажутся опасными. Вроде улыбаются, расслабленные и довольные. Заказывают нам коктейли. Я пробую. Оказывается не так уж и противно. Алкоголь практически не чувствуется. Напротив, сладкое что-то, как сок.

Старшекурсники говорят что-то об учёбе, о факультете, я особо не вслушиваюсь, потягивая коктейль и понемногу расслабляясь.

Может быть, не все здесь такие уж ужасные? Нормальные парни, весёлые.

Потом за первым следует второй коктейль.

Я чувствую глупую, пьяную улыбку на своём лице и не могу её стереть. Я даже смеюсь какой-то непонятной шутке, которую толком и не слышу. И вправду идея выпить была не такой уж и плохой.

Я допиваю второй коктейль. Помещение клуба начинает медленно вращаться. Пол уходит из-под ног, а грохот музыки будто оборачивается ватой.

Тревога бьётся где-то глубоко внутри, но тонет в этой липкой, сладкой апатии.

Так. Хватит. Это, наверное, было лишним. Я ведь не хотела терять рассудок…

– Может пойдём за столик? – наклоняется Сергей, и его рука внезапно устраивается на моей талии.

Ладонь чужая, влажная, она обжигает через ткань платья, и меня буквально передёргивает. По телу пробегают мурашки. Вот только они совсем не похожи на те, что вызывает у меня Ярослав. Это прикосновение… оно другое.

Грубое, собственническое, и… пустое. В нём нет того заряда, той адреналиновой силы, что исходит от Тормасова. Когда Ярослав прикасается ко мне, это как удар током. В его грубости есть первобытная сила, которой хочется подчиняться. Рядом с Тормасовым я задыхаюсь от его близости, и все мысли крутятся только вокруг того, чтобы он подтянул меня к себе поближе…

Ладонь же Сергея вызывает только один импульс – оттолкнуть его и бежать.

– Нет, спасибо, нам вроде и тут хорошо, – пытаюсь мягко высвободиться, но его хватка лишь усиливается.

– Тише, тише, – его голос становится приторно-сладким, но в нём слышится сталь. – Не будь занудой. Я просто хочу поговорить, а здесь не слышно.

Его пальцы с силой давят на меня. А через миг он подтягивает меня к себе, снимая с барного стула. Я упираюсь ладонями в его грудь. Меня окутывает его запахом. Чужеродным, пропитанным алкоголем и сигаретами. Подташнивает.

И ноги… я едва стою на них.

– Яна… – слабо выдыхаю и оборачиваюсь.

Она вскакивает с места, но Андрей удерживает её, заслоняя собой. Я вижу, как её глаза расширяются, как она выкрикивает что-то. Мы сталкиваемся взглядами всего на миг, а потом она исчезает в толпе, и мой шанс на спасение обрывается.

Сергей уже тянет меня через танцпол куда-то. Я пытаюсь упираться, но мои туфли скользят по полу. Паника нарастает, сдавливая горло.

– Покажу тебе кое-что интересное, Алёнушка, – шепчет мне на ухо Сергей, будто бы продолжая уговаривать, хотя ответ ему явно уже не требуется.

Он открывает дверь в затемнённую вип-зону, вталкивает меня внутрь и поворачивает ключ в замке.

Щёлк.

Теперь мы отрезаны от всего клуба.

– Вот и отлично, – поворачивается ко мне. – Теперь мы можем познакомиться… поближе.

Я инстинктивно отступаю назад, натыкаюсь на кожаный диван и заваливаюсь на него. Сердце колотится так громко, что кажется перекрывает шум музыки.

Я одна. Я в ловушке.

Сергей делает шаг вглубь помещения и направляется ко мне. Неукротимо приближается, и я невольно начинаю дышать быстрее. В голове стучит паника, но у меня нет сил на то, чтобы встать и бежать. Боюсь, что просто завалюсь на полпути к двери.

Всё моё тело ощущается, как размякшая губка. И осознание собственной никчёмности бьёт меня по голове.

Какая же я дурочка! Ну зачем я пила эти коктейли? Нужно было остановиться на первом, а лучше… лучше вообще не прикасаться к алкоголю!

Мне надо… надо как-то сказать Сергею, что я не хочу знакомиться с ним ближе, что меня такое не устраивает. Но в голове какая-то каша. Мысли прыгают, как резвые попугайчики по комнате.

И тут же перед глазами встаёт лицо Ярослава. Не знаю, почему он. Но сейчас до ужаса обидно, что он не появился на этой проклятой студенческой вечеринке. Если бы он был рядом… я бы точно не попала в такую ужасную ситуацию. Он бы не дал.

Ярослав был бы со мной. Пускай, чтобы поиздеваться или показать, как сильно я попадаю под его власть. Но с ним я бы чувствовала совершенно другое. Не этот безумный страх, а… желание. Неправильное, отвратительное, но… Это было бы оно.

Сергей садится. Я тут же отодвигаюсь. На это меня ещё хватает. Вот только его мой побег не останавливает. Он придвигается ещё ближе, его бедро прижимается к моему. По телу ползут липкие мурашки.

Я снова еду по дивану дальше, пока вдруг не понимаю, что уже упираюсь в подлокотник. Дальше бежать некуда. Клетка захлопнулась. Это конец моего приключения.

Сердце сжимается в груди.

– Ты такая красивая, знаешь? – дыхание Сергея с примесью алкоголя обжигает щёку. – Такая… напряжённая. Давай я помогу тебе расслабиться…

– Я хочу уйти, – хрипло и неуверенно произношу я. Голос дрожит, выдавая мой страх. Соберись, Алёна, скажи твёрже: – Отстань… отстань от меня.

– Чего ты боишься? – нагло улыбается он, и его рука опускается мне на колено. Пальцы сжимаются на моей коже, и я чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. – Нам же будет вместе хорошо. Просто развлечёмся.

Его ладонь тяжёлым, чужим грузом лежит на мне. Я чувствую каждую подушечку его пальцев, и меня от этого передёргивает. Пошлое, грязное прикосновение. Открытое предложение. Развлечься…

И тут сквозь стук в ушах, сквозь мутную картинку перед глазами, сквозь тошнотворное ощущение... я неожиданно слышу что-то чужеродное. Оглушительный грохот.

Вздрагиваю и пытаюсь сфокусировать взгляд на новой вводной данной. Что изменилось в этом полутёмном помещении? Дверь! Кто-то сорвал замок и стоит теперь в проёме, заливаемый светом.

Сердце подпрыгивает в груди. Я сразу понимаю, кто это. Внутри мгновенно всё перестраивается, каждая клеточка теплеет, всем сознанием я чувствую накатывающее облегчение. Он пришёл.

Не знаю, как Ярослав узнал, что я здесь, но он пришёл. Он спасёт.

Тормасов стоит спиной к безумному ритму клуба, лицом повёрнут к нам. Его взгляд быстро оценивает обстановку. Скользит по мне, по моей позе, по руке Сергея на моём колене. И всё. Больше ничего не нужно.

Я даже не успеваю моргнуть. Ярослав, как разряд молнии, взрыв чёрной, немой ярости. Он рычит. Низким, животным звуком, от которого по телу бегут ледяные мурашки.

Два шага. Его кулак со всей силой обрушивается на лицо Сергея. Тот издаёт короткий, захлёбывающийся звук. Падает с дивана на пол. Ярослав бьёт его ногой, и я слышу хриплый, булькающий стон где-то под столом.

– Сука… – одно только слово Ярослава, которое доносится до меня сквозь звуки чужой боли.

Я во все глаза смотрю на него и не могу пошевелиться. Вот так просто. Вломился и… решил мою проблему. Даже не спрашивая, а нужна ли мне помощь. Он всё понял по моему виду, понял по моим глазам.