— Донован мёртв, — сказал он, его голос был хриплым. — Нашли его в подвале, за ящиками с вином. Видать, так перенервничал, что сердце не выдержало. Скончался до того, как мы его вытащили. Лежал, глаза вытаращенные, весь синий.

Я вздохнул, чувствуя странное облегчение. Убивать его не хотелось — слишком много крови и так пролилось, — но допросить было бы полезно.

— Мне же лучше, — буркнул я. — Руки марать не придётся.

Карим покачал головой:

— Жирдяй сам себя наказал, — сказал он, глядя в окно, где виднелись огни порта. — Страх — плохой советчик. Жаль, не допросили его.

Шарик подпрыгнул, ткнув лапкой в воздух, его шляпа съехала набок.

— Да плевать! — заявил он, его голос скрипел от восторга. — Главное, остров наш! А теперь где тут сокровища? Я чую золото, сундуки, монеты! Ведите меня!

Я закатил глаза, уже привыкнув к его жадности, но не успел ответить — в гостиную вошёл маг, тот самый стихийник с мыса. Он выглядел потрёпанным: мантия висела лохмотьями, волосы прилипли ко лбу, а руки дрожали, но он поднял их в жесте сдачи и шагнул вперёд.

— Сдаюсь, — сказал он, его голос был слабым, но в нём звучало благоговение, особенно когда он посмотрел на Шарика. — Я всё расскажу. Только… как вы создали голема⁈ Это же утерянное знание! Возьмите меня в ученики!

Шарик выпятил пузо, его глаза засветились так ярко, что казалось, они осветят всю комнату.

— Меня создали еще в древности, дуралей! Ваши недоучки ничего сейчас не умеют, кроме как жертвы приносить! — заявил он, гордо задрав подбородок. — Я великий Шарик, мастер магии! А это мой друг и ученик, чуть менее великий, чем я, — Эридан. Тебе придётся ответить на наши вопросы, а потом я подумаю!

Маг моргнул, потом кивнул так быстро, что я подумал, он себе шею свернёт.

— Согласен, — выпалил он. — Я всё знаю про Орден, про их планы на юг, про их лидеров. Расскажу все!

Я хмыкнул, глядя на Шарика. Похоже, этот голем и правда оказывает на магов волшебный эффект — один взгляд, и они готовы петь, как птицы. Если так пойдёт, он и впрямь соберёт свой орден. Шарик сиял, как начищенная монета, наслаждаясь своим триумфом, и я не стал его перебивать — пусть кайфует.

— Веди его к Джону, — сказал рыжему. — Пусть присмотрит за ним.

— Итак, давайте посмотрим что у вас есть, миссис Донован, — сказал я. — Всё, что связано с делами.

Она кивнула и повела нас в кабинет — небольшую комнату с дубовым столом, заваленным свитками. Там она начала раскладывать документы: контракты с купцами, списки грузов, карты торговых путей. Я не всё понимал, но видел, что она знает своё дело — каждая бумага была подписана, каждый счёт проверен. Карим, заглядывая через моё плечо, присвистнул.

— Целая сеть. Все таки Южная артель качала золото из половину юга!

— Теперь это наше золото, — буркнул я, глядя на миссис Донован. — Подготовьте отчёт к утру.

— Сделаю, — ответила она, её голос был твёрдым. — Я хочу, чтобы всё работало. Для города и для моих сыновей.

К утру остров был полностью наш. Порт гудел — наши матросы охраняли причалы, склады ломились от товаров, а форт занял наш гарнизон. Миссис Донован принесла отчёт, как обещала, и уже готовила новые контракты, чтобы наладить торговлю с соседними островами. Я велел ей не перерабатывать — не хватало ещё, чтобы она свалилась от усталости. Золото Донована — сундуки монет, слитков и драгоценностей — мы нашли в подвале, там же, где он умер. Шарик чуть не захлебнулся от восторга, прыгая вокруг, но я запретил ему тащить всё в свою «коллекцию».

Через день мы покинули остров, оставив гарнизон из полусотни человек. Эскадра двинулась дальше — к острову Хирмана, последнему из четверки. Я стоял на палубе «Морской ведьмы», глядя на горизонт, где проступали очертания острова, но картина была не радужной. Нас ждала большая эскадра — не меньше двадцати кораблей. Сам остров выглядел как крепость: стены форта тянулись вдоль берега, башни с баллистами возвышались над ними.

— Вот это заварушка нам предстоит, — сказал Эллехал, подойдя ко мне. Его обычная ухмылка сменилась хмурым взглядом. — Ох и умоемся мы кровью, штурмуя такие укрепления.

— Посмотрим, — ответил я, сжимая топор. — Они думают, стены их спасут. Ошибаются.

Шарик прыгнул на борт, его голос скрипел от предвкушения.

— Ну что, дуболом? — сказал он, ткнув меня лапкой. — Готов опять всё разнести⁈ Я уже чую, как мы их размажем!

Я ухмыльнулся, глядя на крепость. Эта крепость падёт, как всё, что вставало на моём пути. Надо только найти слабое место.

Мы встали на рейде, держась на границе видимости вражеской эскадры. Остров Хирмана возвышался впереди — тёмный силуэт с зубчатыми стенами форта и башнями. Двадцать кораблей его флота выстроились полукругом, их паруса были свёрнуты, но это была видимость спокойствия. Наш план был прост: дождаемся ночи, затем десант на трех кораблях уходит от основной эскадры, огибает остров и высаживается в разных точках. В этот момент Джон отвлечёт врага атакой. Если всё сработает, мы окажемся внутри их укреплений раньше, чем Хирман поймёт, что к чему.

Вечер опустился тяжёлым покрывалом. Небо затянули плотные тучи. Ветер усилился, завывая в снастях. Я стоял на палубе «Морской ведьмы», глядя, как матросы суетятся у мачт, кораблей предназначенных для десанта. Джон подошёл ко мне, его шляпа была надвинута на глаза, но ухмылка выдавала предвкушение.

— Повезло с погодой, — хмыкнул он, кивнув на небо. — Облачность и достаточно ветрено. Вас видно не будет, даже если Хирман выставит дозорных на каждом метре берега.

— Надеюсь, — ответил я. — Если заметят раньше времени, будет жарко.

— Не заметят, — сказал Джон, хлопнув меня по плечу. — Чёрные паруса это прекрасный трюк. Главное, не шумите там, пока мы не начнём.

Я кивнул, глядя, как матросы крепят свёрнутые чёрные паруса на три выбранных корабля. Мы взяли их заранее, зная, что ночью светлые паруса выдадут нас с потрохами. Тёмная ткань сольется с ночным небом, делая корабли почти невидимыми. Матросы работали молча, только скрип канатов и шорох парусов нарушали тишину.

Когда солнце окончательно скрылось, я собрал команду. Шарик, как всегда, скакал рядом, его шляпа съехала набок, а глаза светились от восторга. Эллехал и Карим ждали у борта, готовые отправиться на свои корабли. Я открыл ящик, где лежали наши «бомбы» и вручил одну Эллехалу и одну Кариму.

— Не уроните, криворукие! — рявкнул на нас Шарик, но тут же хихикнул. — Ща такое устроим, Хирман локти кусать будет!

Эллехал ухмыльнулся, убирая сверток в сумку.

— Главное, чтоб мы сами не поджарились, — сказал он. — Эти штуки выглядят так, будто готовы взорваться от одного взгляда на них

— Не взорвутся, — буркнул я, хотя сам проверял их дважды. — Шарик обещал, что проблем не будет.

— Они активируются магией! Без команды не взорвутся, — голем улыбался.

Карим, молчавший до этого, кивнул, его глаза блестели в темноте.

— Пора, — сказал он тихо. — Всем удачи и повеселимся!

Мы погрузились на корабли, я махнул Джону, стоявшему на мостике «Морской ведьмы». Он поднял руку в ответ. Через два часа он начнёт атаку на флот Хирмана, отвлекая их на себя.

Корабли отчалили, чёрные паруса поймали ветер, и мы скользнули в темноту, уходя от эскадры. Ночь и правда была такой тёмной, что хоть глаз коли. Тучи закрыли звёзды, море сливалось с небом, и только слабый плеск волн выдавал наше движение. Я стоял у борта, вглядываясь в силуэты вражеских кораблей. Их фонари горели, как жёлтые пятна в ночи, качаясь на мачтах.

Мы отошли от острова, держась подальше от вражеских дозоров, и начали обход. Ветер гнал нас вперёд, а я смотрел на берег, где смутно виднелись скалы и полоска пляжа между ними. До высадки оставалось немного, напряжение росло с каждой минутой. Команда молчала, только шёпот ветра и плеск воды нарушали тишину. Я чувствовал, как сердце бьётся чаще. Это был не страх — азарт, предвкушение настоящего боя.