Наш план был дерзким еще и потому, что мы решили не тратить время на шлюпки. Джон предложил разогнать корабли и влететь на берег, спрыгивая с бортов по верёвкам. Это было быстрее, чем возиться с лодками, и давало шанс застать врага врасплох. Матросы уже готовили канаты, привязывая их борту, а рулевой сжал штурвал, прищурившись в темноту.

— Готовимся, — сказал я тихо, и команда оживилась, проверяя оружие. Я чувствовал, как корабль набирает скорость, волны бились о нос, и берег приближался.

Шарик вдруг подскочил ко мне, его глаза сверкнули, как два фонаря.

— Эй, Эридан, а хочешь ещё сильнее корабль разгоним? — спросил он заговорщически, явно получая удовольствие от ночной авантюры.

Я прищурился, глядя на него. Этот мелкий всегда выкидывал что-то неожиданное.

— Можно, — сказал я. — Что предлагаешь?

— Заставлять я тебя не буду, сам сделаю, а ты смотри, — ответил он, его голос дрожал от восторга. Шарик отступил на шаг, сложил лапки, и я увидел, как между ними загорелся слабый свет. Он забормотал нараспев заклинание, его слова звучали как шёпот ветра, а свет стал ярче, сгущаясь в полупрозрачный шар. Затем он подбросил его вверх, и с лёгким хлопком шар взмыл над палубой, завис на миг и взорвался потоком ветра, ударившим в паруса.

Кратковременный, большой мощи порыв ветра хлестнул по парусам. Корабль швырнуло вперёд, как камень из пращи. Хорошо, я успел крикнуть команде: «Держитесь!» — и все вцепились в канаты, борта и мачты, иначе половина полетела бы за борт. Корабль буквально взлетел над волнами, нос задрался, и мы понеслись к берегу с такой скоростью, что вода шипела под килем. Я ухватился за поручень, чувствуя, как сердце колотится от смеси восторга и страха. Шарик, стоя у мачты, хохотал, его шляпа чудом держалась на голове.

— Вот это я понимаю, дуболом! — заорал он, перекрикивая ветер. — Летим, как драконы!

— Ты псих, мелкий! — рявкнул я, но не смог сдержать ухмылку. Этот голем умел удивить, и сейчас его магия дала нам шанс ворваться на берег быстрее, чем Хирман мог ожидать.

Впереди уже темнели джунгли — густая стена пальм и лиан, едва различимая в ночи. Корабль нёсся к песчаной полосе.

Я стиснул зубы, готовясь к удару. Ветер ревел, паруса трещали, и вдруг — хруст и скрежет. Корабль врезался в берег с такой силой, что палуба задрожала. Нос пропахал песок, корабль накренился набок, проскользив почти до самых джунглей, и замер, завалившись на правый борт.

— Вперёд! — скомандовал я, хватая канат. Матросы бросились к бортам, перекидывая верёвки через край. Я спустился первым, чувствуя, как песок хрустит под сапогами, и махнул остальным.

Но мы не успели скрыться в джунглях как с берега раздался истошный крик:

— Нападениеее! — вопил чей-то голос, хриплый от паники. Я оглянулся и увидел дозорных — человек пять, с факелами, бежавших от скал к джунглям. Они заметили нас слишком поздно, но их крики уже всполошили солдат на стене.

В небо взлетела вспышка света — магическая ракета, яркая, как солнце, осветила пляж. Со стен форта, возвышавшихся в двух сотнях метров, выстрелили баллисты. Огненные копья со свистом пронеслись над пляжем и вонзились в корабль. Дерево вспыхнуло. К нашему счастью, почти все уже спрыгнули.

— К джунглям! — крикнул я, рванув вперёд. Команда бросилась за мной, перепрыгивая через камни. Позади ещё несколько болтов ударили в корабль и в песок. Для нас сейчас главное — уйти с открытого пространства.

Мы ворвались в джунгли, и тьма сомкнулась над нами. Лианы цеплялись за ноги, ветки хлестали по лицу, но я не сбавлял темп и тут, почти нос к носу, мы столкнулись с врагами. Десяток солдат Хирмана, в лёгких доспехах и с короткими мечами, выскочил из зарослей. Их глаза расширились, когда они увидели нас, но отступать было поздно.

Впервые за долгое время я достал свои топоры. Рукояти легли в ладони, как старые друзья, и я почувствовал, как адреналин хлынул по венам. Я рванул вперёд, и началось веселье.

Первый солдат успел поднять меч, но я отбил его удар левым топором, а правым рубанул по плечу. Он рухнул с воплем, а я уже повернулся к следующему. Враги кричали, пытаясь окружить нас, но моя команда не отставала. Шарик, прыгая рядом, швырял мелкие огненные искры, что жгли врагов, заставляя их отступать.

Я двигался, как хищник, преследуя добычу. Один враг попытался ударить меня копьём, но я перехватил древко, рванул на себя и врезал ему локтем в лицо. Другой бросился бежать, но я метнул топор — клинок вонзился ему в спину, и он упал в траву. Адреналин гнал меня вперёд, кровь стучала в висках, и я чувствовал себя живым, как никогда.

Баллисты продолжали стрелять со стен, я слышал свист болтов, но они падали далеко позади, врезаясь в деревья или песок. Потом они стали и вовсе бесполезны, потому что не опускались ниже.

— К стене! — крикнул я, выдергивая топор из очередного врага. Команда рванула за мной, пробираясь через заросли. До стены оставалось всего ничего — тёмная громада уже виднелась сквозь листву.

Внезапно в стене открылись ворота, которые я до этого не заметил, и оттуда нам навстречу выскочил многочисленный отряд пехоты.

— Твою мать, — выругался я, понимая, что не успеваю добежать к стене.

Эллехал сжимал свёрток с бомбой, вертя его в руках, будто пытался разглядеть в темноте её начинку. Глиняный сосуд, обмотанный верёвкой, выглядел безобидно, но он знал, какая сила в нём таится — и какая опасность. Ему не нравилось, что эти штуки срабатывали только по команде Эридана. Один промах, одна ошибка или что случись с Эриланом и всё пойдёт прахом. Это было ненадёжно, но другого выхода не было. Приходилось рисковать. Он бросил взгляд на море, где бой уже разгорелся. Огненные стрелы с эскадры Джона и ответные залпы эскадры Хирмана освещали горизонт. Горящие стрелы прочерчивали небо, оставляя дымные следы. Боэлья, как и обещал, вёл флот в атаку, сковывая врага и давая им шанс пробраться к крепости незамеченными.

— Ну, держись, Хирман, — пробормотал Эллехал, пряча свёрток за пояс. Полоса пляжа была уже совсем близко.

И вдруг — грохот. Противоположная сторона крепости вспыхнула оранжевыми вспышками. Эллехал замер, его сердце пропустило удар. Это был Эридан. Его отряд уже добрался до берега и, судя по всему, угодил в засаду. Баллисты стреляли не переставая.

— Эридан успел раньше! — крикнул Эллехал бойцам, его голос дрожал от азарта. — Не будем заставлять его ждать, парни! За мной!

Он схватился за верёвку, свисавшую с борта, и спрыгнул первым на пляж. Его отряд последовал за ним — они двигались быстро, без лишнего шума. Вражеских патрулей здесь не оказалось, и Эллехал мысленно поблагодарил удачу. Дозорные, видимо, рванули к порту, где гремел бой Боэльи, или к другой стороне крепости, где Эридан уже разносил всё в щепки. Это дало им возможность добраться до стены незамеченными.

Они преодолели пляж за минуту, прижимаясь к земле, чтобы не попасть под свет редких факелов на зубцах. Стена была близко — массивная, сложенная из серого камня, с трещинами, поросшими мхом. Эллехал остановился у её основания, где тень была гуще всего, и махнул отряду, чтобы рассредоточились. Его пальцы нащупали свёрток за поясом. Бомба казалась тяжёлой. «Разнесёт полстены, если Эридан не облажается,» — сказал голем. Эллехал надеялся, что мелкий не преувеличивал.

Он присел, оглядев стену. Камни были неровными, с щелями. Выбрав широкую трещину на уровне груди, он осторожно воткнул свёрток, убедившись, что тот держится крепко. Затем отступил, махнув отряду, чтобы укрылись. Они нырнули в небольшую канаву у края джунглей, поросшую травой и корнями. Эллехал достал сигналку, созданную Шариком специально для этой ночи. Он сжал ее в ладони, чувствуя лёгкое тепло, и прошептал:

— Ну, Эридан, не подведи.

Он подбросил шар вверх, и тот взмыл с громким свистом, оставляя за собой серебристый след. В небе сигналка лопнула, вспыхнув белым светом, который на миг осветил стену и джунгли. Это был сигнал для Эридана — знак, что бомба на месте и готова. Эллехал замер в канаве, прижавшись к земле, его глаза не отрывались от стены. Секунда прошла. Другая. Третья. Сигнала от Карима все не было, а их уже начали искать.