Дер Гройц задумчиво кивнул, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

— Десант — это рискованно, да и стена там. Представь, сколько нужно людей, чтобы ее штурмовать? Они просто не дадут столько высадить.

Гарвок, выслушав всех, кивнул, соглашаясь с предыдущими ораторами. Он провёл мозолистой рукой по карте, останавливая палец на небольшом острове Донована, который казался менее устрашающим по сравнению с громоздким и укреплённым островом Хирмана.

— Я предлагаю начать с острова Донована. Он меньше, слабее укреплён, и его гарнизон не так многочислен. Если мы захватим его первым, то получим плацдарм — базу, с которой можно будет двинуться на Хирмана. Взять его остров штурмом с ходу — это самоубийство. Потребуется огромное количество людей и кораблей, чтобы пробить такие укрепления. А у нас, при всём нашем преимуществе, нет бесконечных ресурсов.

Шарик, сидевший на краю стола и болтавший своими короткими ножками, не выдержал и влез в разговор, подпрыгнув от нетерпения:

— Да у вас же есть Эридан! Он магией разнесёт этот форт к чертям! Один взмах руки — и стены в пыль!

Гарвок скептически хмыкнул, бросив взгляд на меня, а затем на Шарика:

— Не всё так просто, малыш. Каменные стены — это тебе не деревянные корабли. Даже огненные шары не пробьют такую толщу. Магия хороша, но против крепости Хирмана она не поможет.

Карим подался вперёд. Его глаза блеснули, когда он стукнул кулаком по столу:

— А если не разносить всю стену, а взорвать её часть к херам собачьим? Магией, рвануть участок, а потом десантом прорваться внутрь.

Я заинтересованно прищурился, переведя взгляд на Карима, а затем на карту:

— То есть ты предлагаешь сделать отвлекающий манёвр с одной стороны, а с другой высадить десант, взорвать стену, чтобы ее не штурмовать и войти в город?

Карим кивнул, его бледное лицо оживилось от энтузиазма:

— Именно. Пока их флот будет занят на юге, мы подкрадёмся с севера, где они меньше всего ждут. Зачем изобретать то, что давно изобрели? Нас больше, а это значит, что мы можем просто устроить прорывы в нескольких местах. Эллехал поведёт один отряд, я второй, Эридан третий, а джентльмены, — его рука указала на Джона и Гарвока, — устроят морской бой, отвлекая таким образом противника.

Все за столом переглянулись, и в воздухе повисло молчаливое согласие. План был прост, но в этой простоте таилась сила. Хаузенхоф кивнул, пробормотав что-то о слаженности действий, а Гарвок хлопнул ладонью по столу, явно довольный перспективой морской схватки.

Дер Гройц, однако, прервал всеобщее воодушевление, подняв практичный вопрос:

— А чем взрывать будем? — Его взгляд, как и взгляды остальных, почему-то остановился на мне и Шарике.

Я пожал плечами, а Шарик, не теряя времени, гордо выпятил своё круглое брюшко:

— Это ко мне! Мы с Эриданом всё сделаем. Бомбы — моя специальность!

Оставшееся время перед походом прошло в лихорадочной подготовке. Корабли снаряжали запасами стрел для баллист, горючей смесью и другим потребным для войны. Корабелы и матросы строили большие, десантные лодки. Корабли потащат их на буксире за собой, а потом мы высадимся на них.

Я же, под чутким руководством Шарика, занялся изготовлением бомб. Точнее, он командовал, а я старался не испортить дело.

Мы расположились в небольшой мастерской. Передо мной лежали металлические заготовки — полые шары, которые предстояло превратить в смертоносное оружие. Шарик, зависнув над столом, тыкал своими короткими лапками в формулы, которые я должен был вырезать на поверхности.

— Накладывай печати! Да рисуй правильно, что за каракули! — ворчал он, пока я, стиснув зубы, выводил сложные магические символы. — Это не просто взрывчатка, а настоящее искусство!

— И как это работает? — спросил я, пыхтя над сложными каракулями. Вырезать их оказалось той еще проблемой.

Шарик закатил глаза, будто я был безнадёжен, но всё же снизошёл до пояснений:

— Артефактеую магию гномы использовали, в основном, для горных работ. Наносишь формулы на заготовку, помещаешь внутрь горючее вещество, а потом активируешь. Кислород вокруг сгорает, происходит объёмный взрыв, и всё в радиусе разносит в щепки. Понял?

Я покивал, хотя в голове всё ещё был туман. Магия гномов, да ещё и с такими эффектами, звучала как нечто бредовое. Но Шарик, похоже, знал, о чём говорил, так что я просто следовал его указаниям, надеясь, что в нужный момент эти штуки сработают как надо.

Через неделю все было готово и эскадра из сорока кораблей, нагруженных боеприпасами и людьми, выдвинулась с острова дер Гройца. Двадцать кораблей мы оставили для охраны тыла — никто не исключал, что противник может ударить по нашим базам, пока мы будем заняты штурмом.

Путь к острову Донована — Румиле — занял четыре дня благодаря попутному ветру. Когда на горизонте показались очертания острова, мы начали выстраиваться в боевой порядок, но едва мы приблизились к Румиле, нас ждал неприятный сюрприз. Из-за скал вынырнула эскадра — десять кораблей, небольших, но странно оснащённых. На палубах каждого виднелись массивные конструкции, похожие на огромные кристаллы, окружённые металлическими кольцами. Они мерцали зловещим голубым светом, и даже с расстояния я почувствовал, как по коже пробежал холодок.

— Магические концентраторы! — прошипел Шарик, зависнув рядом со мной. Его голос дрожал от злости. — Ох, и худо же нам придётся!

Ночь была тёмной, безлунной, только звёзды слабо мерцали над головой, отражаясь в чёрной воде. Маскировка Шарика работала как надо — слабое дрожание воздуха вокруг нас скрывало лодку от чужих глаз. Я греб тихо, стараясь не плескать вёслами. Крайний корабль их флота был уже близко. Его тёмный силуэт вырисовывался на фоне моря, а кристалл усилителя на палубе слабо светился.

Шарик сидел на носу, его круглая каменная тушка покачивалась в такт моим гребкам. Его светящиеся глаза блестели от предвкушения, и он не удержался от комментария.

— Ща повеселимся, дуболом, — шепнул он, оскалившись в своей кривой ухмылке. — Представь, как эти мокрые крысы будут орать, когда мы их поджарим!

— Главное, чтоб нас не поджарили, — буркнул я, не отрывая глаз от корабля. — Ты уверен, что твоя маскировка держится?

— Обижаешь! — фыркнул он, ткнув лапкой в воздух. — Я великий Шарик, мастер магии! Нас даже дракон не увидит, если я не захочу!

Я хмыкнул, но спорить не стал. Шарик был наглым, но своё дело знал. Мы подплывали всё ближе, и я уже различал фигуры часовых на палубе. План был прост и надежен: подобраться к кораблю, захватить его и с помощью усилителя разнести остальной флот Донована в щепки. Если всё пойдёт гладко, мы перевернём игру в нашу пользу.

Но тут всё пошло наперекосяк. На корму корабля, который мы выбрали своей целью, вышел матрос — здоровый детина с гальюнной доской в руках. Он явно собирался облегчиться, не подозревая, что к кораблю плывут гости. Уложил доску на перила, он зевнул, потянулся, а потом замер. Плеск вёсел, хоть и тихий, он все-таки услышал. Здоровяк сосредоточился, прищурился, вглядываясь в темноту и заметил лодку. Его глаза округлились, челюсть отвисла.

— Эй, ты чего пялишься? — сказал я, буднично, словно мы тут чай пьем, а не корабль их захватываем. — Не обращай внимания. Мы мимо проплываем и иди делать свои дела с другого борта. Совсем уже стыда нет.

— Мы путешествуем. Путешественники мы, — добавил Шарик, растянув рот в улыбке, от которой у любого бы мурашки побежали. Его светящиеся глаза мигнули.

Матрос вытаращил глаза ещё сильнее, если это вообще было возможно. Доска выскользнула из его рук, с громким плюхом рухнула в воду, а он, вместо того чтобы промолчать, заорал во всю глотку:

— Нападение! Нападение!

— Да ё-моё, — вздохнул я. — Это всё из-за тебя, Шарик. Говорил же, не скалься!

— А чего я⁈ — возмутился голем, подпрыгнув на месте. — Это ты плескался, как кит! Я тут ни при чём!