— Это моя мать.

Ощущение надвигающейся беды становится только сильнее. Карета останавливается, и Аарон резким движением открывает дверь.

Все так быстро происходит.

Горячий воздух накатывает удушливой волной. Наполненный пылью, запахом цветов, а еще… гнили. Так смердит тьма, и этот запах раскаленным клеймом впечатывается в моем сознании.

— Опасность! — вырывается из меня то, о чем кричит мой каждый орган чувств. Но Аарон уже и так это знает. Все его тело напряжено, словно готовясь к прыжку. Сила его дракона вибрирует в окружающем пространстве огненным маревом.

Но остановить беду он не успевает.

Женщина поднимает руку, и я замечаю в ней нож. Видимо, в складках платья не было видно. Резким движением делает надрез на ладони и опускает обе руки. Земля начинает мелко дрожать. Вибрация передается и мне, только усиливая тревогу.

А в следующую секунду начинается прорыв.

Темный портал расползается во все стороны, поглощая разбегающихся в панике людей. Они увязают в черной жиже, падают в нее, не в силах выбраться. Я едва не валюсь на пол, когда карета резко приходит в движение, увозя меня прочь. Теряю происходящее из виду.

— Стой! — кричу кучеру, и экипаж почти сразу замирает. Вот только явно не из-за моего приказа. Просто две другие кареты столкнулись и теперь преграждают путь. Не обойти, не объехать.

Тут же вылезаю и оборачиваюсь, пытаясь оценить размер воронки. Намного больше, чем в Тарвелисе. В ней тонут деревья, торговые палатки, даже дома. Портал разрастается, жадно поглощая пыльную землю и мостовую.

В голове бьется лишь одна мысль: нужно его закрыть. На матовой черной поверхности появляются огромные пузыри, а следом из черной жижи выползают первые Измененные. Воздух наполняется криками боли, страха, отчаяния. Точно ножом по нутру полощут.

Все происходящее — мой самый страшный кошмар.

Савир соврал. Нападение началось на неделю раньше. Разумеется, мы и без письма находились в боевой готовности. И минуты не проходит, как драконы взмывают в небо, готовясь отразить нападение. Все эти дни они готовили атакующие заклинания и сейчас огонь падает в воронку сплошной стеной.

От запаха гари, паленой плоти и крови меня начинает мутить. Перевожу взгляд на замок — сейчас весь город стекается туда сплошной рекой. Ищут спасения. Я должна быть среди них. Уходить в безопасное место. Этого ждет от меня Аарон. Да я и сама себе не прощу, если с ребенком что-то случится.

Но вместо этого я смотрю на черный зев портала и понимаю: огненная магия не способна с ним справиться. Не способна закрыть. Не способна уничтожить кристалл, что остался по ту сторону и подпитывает воронку.

И если оставить все как есть, то уже через час улицы столицы будут забиты монстрами. А если вся та несметная армия сумеет прорваться, то уже к рассвету от Дарассара останутся лишь безжизненные руины.

Боги, и как тут поступить?

Все мои размышления считаные секунды длятся, но и это непростительно много. Мой взгляд вдруг цепляется за женщину, бегущую с ребенком на руках. Из ее груди рвется крик, наполненный отчаянием. Все внутри переворачивается, когда я вижу несущегося за ними Измененного. Длинные когти царапают булыжники мостовой, и от этого звука у меня волосы на затылке дыбом встают.

Я, не задумываясь, выпускаю сгусток светлой энергии, что попадает точно в цель. Монстр спотыкается и несколько метров летит кубарем. Замирает, врезаясь в стену дома.

— В замок! Скорее! — кричу я женщине, что замедляется, рассматривая поверженного Измененного во все глаза. Она тут же ускоряется, прижимая к себе ребенка, но натыкается на затор. Помогаю им перебраться через перевернутые кареты.

Перевожу взгляд на небо. Ко мне быстро приближается дракон, и в моей груди словно струна натягивается. Аарон. В его чувствах столько решимости и желания защитить… должно быть, в замок отнести меня собрался.

Но происходит вовсе не это.

Волна горячего воздуха окатывает меня, когда он возвращается в человеческую ипостась. Быстрым шагом идем друг к другу навстречу. Мое сердце больно сжимается, когда вижу его суровое лицо. Губы плотно сжаты, брови сведены в одну линию.

Ничего хорошего это точно не значит.

— Воронка не может быть закрыта огнем, — говорит он без предисловий, снимая свой китель. Накидывает его мне на плечи. — Но огонь открывает проход для нас. На ту сторону.

Он смотрит в мои глаза, и я без лишних слов понимаю, что он уже все для себя решил.

Такое чувство, что меня в бушующее море бросили. И теперь я изо всех сил барахтаюсь, пытаясь уцепиться хоть за что-то. Смотрю на Аарона в ответ, а в груди звенящей струной натягивается страх.

— Аарон… я могу закрыть воронку, — выдавливаю я. — Я справлюсь, вот увидишь.

Мне хочется плакать, но глаза остаются сухими, воспаленными. Точно песка насыпали.

— Я не сомневаюсь, котенок. Но это ничего не изменит. Они вернутся завтра, послезавтра, в любой другой чертов день. Будут брать город за городом. Ослаблять, пока у нас не останется ресурсов себя защитить. Нам повезло, что все так сложилось. Нужно покончить с воронками сейчас, пока у нас достаточно сил. И тогда все, что останется — укрепить границы.

В самый первый раз, когда он упомянул уничтожение кристалла, я знала, что так и будет. Боялась себе признаться, но знала — где-то глубоко внутри. И сейчас моя душа на части разрывается.

Боги, как мне страшно. Голова кружится, земля уходит из-под ног, а в горле ком встает. Я должна верить в Аарона. Но…

— Это целая армия, — звонко отвечаю я. — Ты не был там! Я была.

— Это наш шанс, — жестким голосом говорит он. Рвано выдыхает. — Мне некогда спорить, котенок. Люди гибнут. Мне нужна твоя помощь. С тобой будут два дракона — я доверяю им как себе. Они будут тебя охранять. Если через десять минут я не вернусь, то ты закроешь воронку. Договорились?

— Закрою? — неверяще переспрашиваю я. — Запереть тебя там?

— Это не все. Если ты почувствуешь по нашей связи, что произошло что-то плохое, то закрывай немедленно.

Нет, нет, нет…

Я буквально чувствую, как кровь отливает от лица.

— Должен быть другой способ…

— Оля, послушай, — нетерпеливо чеканит он, обхватывая мое лицо ладонями. — Я хочу, чтобы ты мне доверяла. Я люблю тебя. И сделаю все, чтобы вернуться. К тебе и нашему малышу.

Смотреть в его синие глаза становится просто невыносимо. Мне хочется вцепиться в его рубашку. Устроить истерику и не отпускать. Но я не могу. Не могу поддаться панике. Не могу подвести его. Особенно сейчас, когда на кону не только наши жизни, но и благополучие всей Саарвинии.

— Обещай мне, Оля, — приказывает он, нежно поглаживая мое лицо большими пальцами. Только сейчас осознаю, что по щекам катятся горячие слезы. От контраста между его трепетными прикосновениями и жесткими интонациями, в моей груди что-то сжимается.

— Я люблю тебя, Аарон, — хрипло отвечаю, глядя в его глаза. — Пожалуйста, возвращайся.

Мимолетный поцелуй обжигает губы. А через пару мгновений мой истинный уходит прочь, жестами отдавая приказы. В нашем направлении пикируют два дракона, и в одном из них я узнаю Элавира, что охранял шатер Владыки в военном лагере.

Снова перевожу взгляд на Аарона, и ноги словно к земле прирастают. Смотреть на его удаляющуюся спину просто невыносимо. Запрещаю себе думать, что это может быть последний раз, когда…

Резким движением вытираю слезы. Закрываю глаза руками, чтобы в них не попала пыль, когда в лицо мне бьет очередной поток горячего воздуха. Дракон Аарона отталкивается с такой силой, что земля дрожит. Направляется к центру воронки.

Ее края продолжают разрастаться во все стороны, поглощая Дарассар. Медленно, неотвратимо. Перехожу на магическое зрение и несколько секунд разглядываю темное плетение. Осознаю, что черная жижа — на самом деле защита. Огонь на короткое время уничтожает ее, позволяя использовать проход в обе стороны.