Саутандер покачал головой, глядя на Барнса с раздражением, которое говорило о том, что у парня есть своя история и что он не помогает донести мысль до слушателя. Старый пират снова повернулся к Салливану.

— Я мог бы заставить этих людей говорить целый день. Большинство из нас так или иначе пострадали от рук Председателя, так что не беспокойтесь о преданности моих людей.

— Так вы и набираете людей? Тех, кто ненавидит Империум?

— Кое-кто. Здесь рады любому, кто готов выступить против Империума. Мне все равно, делает ли он это ради денег, из мести или просто потому, что любит все сжигать. У меня тут сборище неудачников, дезертиров и изгоев. Все, что мы захватываем, я делю поровну со своими людьми, и мы продаем это в оставшихся Вольных городах или там, где есть спрос. Поймите меня правильно. Деньги можно заработать, но гораздо приятнее отбирать их у подонков. Любой корабль Империума на воде или в небе, который отправляется куда-либо без усиленной охраны, моя добыча, где бы он ни находился на границе. Они годами охотились за нами, но мы слишком умны и успели наставить им синяков под глазами. — Салливан оглядел комнату.

— У вас что, тридцать человек? Чего вы хотите добиться?

— О, мы не сдадимся, пока не умрем или пока не перебьем их всех, мистер Салливан. — Саутлендер говорил тихо, но Салливан чувствовал, что за этими спокойными словами скрывается сталь. — Всех до единого.

— ВСЕХ ДО ОДНОГО! — хором взревели все в комнате, стуча кружками, топая ногами и ударяя прикладами винтовок по полу.

Салливан решил, что эти пираты ему нравятся.

Флагманский корабль Империума "Токугава"

Хотя "Токугава" вполне мог защитить себя, он не был военным кораблем. Это был скорее плавучий дворец. Мади был поражен роскошью судна, когда впервые поднялся на борт, и даже спустя пару дней он все еще находил для себя что-то новое. Большая часть корабля еще не была отделана, поскольку председатель поручил своим любимым мастерам завершить отделку, но комнаты и открытые пространства уже поражали воображение. Там были дорожки, выложенные черной плиткой, на которых с любовью были высажены растения и даже деревья. Это был бы достойный корабль для величайшего из ныне живущих людей.

Другого такого дирижабля не было. Все три гигантских корпуса были почти полностью заняты конструкциями и постройками. Верхняя часть "Токугавы" была похожа на традиционный корабль: плоская, с выступающими конструкциями, некоторые из которых были размером с четырехэтажное здание. Первый и второй корпуса располагались бок о бок, между ними находились все двигательные и силовые установки, а третий корпус был равномерно смещен вниз. Все три корпуса были наклонены под углом, а носовая часть почти соприкасалась с кормовой, так что корабль имел форму клина, а задняя часть была почти открытой и оснащалась мощными пропеллерами. Это было величайшее из когда-либо созданных судов.

Экипаж состоял всего из трехсот человек, которых специально отправили в Мичиган, чтобы забрать "Токугаву" и доставить его домой. Когда они прибудут в Японию, экипаж будет полностью укомплектован, и председатель сделает этот корабль своим новым мобильным командным центром.

Тренировочное додзё располагалось в самом низу корабля, под третьим корпусом, чтобы ничто не мешало обзору. Деревянный пол был отполирован до блеска, и он все еще чувствовал запах лака и опилок. Через открытые бронированные ставни в стеклянные стены проникал солнечный свет, и казалось, что отсюда виден весь Тихий океан. Потолок был высотой в тридцать футов, а додзё сто футов в длину и восемьдесят футов в ширину.

Двадцать человек собрались, чтобы посмотреть, как он тренируется. Сражаться с Железным стражем было большой честью. Среди солдат даже ходили слухи, что если ты сможешь ранить одного из них, председатель лично тебя благословит. Правило номер один: уважай силу.

Мади широко расставил ноги, деревянный меч в его руке был расслаблен и готов к бою.

— Еще раз, — скомандовал он.

Он сражался сразу с шестью членами экипажа. Все они были добровольцами, надеявшимися произвести впечатление на Железную Гвардию. Четверо из них были имперскими морскими пехотинцами, на которых был изображен один кандзи, но это не мешало им быть выносливыми бойцами. Двое были Активными, один Факелом из команды по устранению повреждений, а лейтенант, отвечавший за безопасность, был Массивом, как и его бывший наставник Рокусабуро. На самом деле Мади беспокоился только из-за него.

Морские пехотинцы бросились в атаку, а Факел кружил вокруг, выискивая момент для выстрела. Мади расправился с первыми двумя противниками быстрыми ударами, быстрее, чем мог уследить глаз, и одного из них сбил с ног с такой силой, что почувствовал, как ломаются кости. Второй едва не задел его краем меча, но Мади ударил его волной Силы, и упавший морской пехотинец взмыл в воздух. Массив замахнулся, но Мади увернулся с ловкостью человека, который вполовину меньше его, и, прежде чем меч успел вернуться в руку, наложил на него несколько дополнительных гравитационных заклинаний. Лейтенант крякнул, пытаясь поднять катану, которая теперь, казалось, весила сотню фунтов, и Мади ударил его таким ударом, что даже его сверхплотное тело раскололось бы почти пополам.

Тот, кого Мади подбросил в воздух, рухнул на пол, и Факел охватил его пламенем. Мади нырнул в огонь и перекатился, чувствуя, как жар обжигает кожу, но магические кандзи защищали его. Когда Мади поднялся, Факел отпрянул, но Железная Гвардия была слишком быстра, и удар его боккена по голени Факела был слышен, наверное, на другом конце корабля. Факел рухнул на пол, и Мади пнул Активного босой ногой. Он отдернул ногу, чтобы не убить никого из команды по устранению повреждений на корабле, заполненном водородом, но мужчина все равно пролетел десять футов.

Мади крутанул меч в руке и оглядел поле боя. Все было кончено за пять секунд. Все его противники были повержены, но большинство из них были достаточно сильны, чтобы подняться на ноги и поклониться. Факел, прихрамывая из-за сломанной лодыжки, пытался сдержать слезы и даже успел низко поклониться, но тут же упал лицом вниз. Не упал только тот, у кого была сломана ключица, и даже Мади не мог его за это винить.

— Целительница! — рявкнул он. Один из солдат, наблюдавших за происходящим, толкнул блондинку-Гримнуар на деревянный пол. Ее привели в порядок, накормили и переодели в белое кимоно. По крайней мере, на нее было приятно смотреть. Азиатские женщины, это конечно, хорошо, но на его вкус они слишком худые. — Исцели их. — Она замешкалась, но один из охранявших ее солдат хорошенько шлепнул ее по затылку. Она опустила усталый взгляд и принялась за работу. Так-то лучше. Он повернулся к толпе. — На этот раз восемь человек!

Раненых подняли с пола, чтобы освободить место для новых бойцов. Морские пехотинцы подобрали упавшие боккены, а двое взяли с подставки бо. Хорошо. Теперь они используют стратегию.

— Еще раз!

Десять секунд спустя все они были повержены. Один из них так сильно ударил его концом посоха в губу, что прокусил ее до крови, после чего сломал ему руку и телепортировал его в другой конец комнаты. Мади отвлекся на дрожь в корпусе дирижабля. Они меняли курс. Солнце в иллюминаторе сместилось. Они поворачивали на юг.

— Хороший удар, — сказал он молодому человеку, которого поднимали с пола его товарищи. Мади поклонился, и по улыбке морского пехотинца понял, что тот запомнит эту честь на всю жизнь. Через мгновение появился член экипажа в синей форме с сообщением. Мади прочитал его, слизывая кровь с зубов. Был найден последний фрагмент "Гео-Тела". К острову приближались военно-морские силы. Он был прямо у них под носом, как и эти мерзкие Гримми. Подводная лодка с Теневой Гвардией была готова к высадке, как только Искатели определят точное местоположение. Мади выругался себе под нос. Так и знал. Он лично нашел все остальные фрагменты. Последний должен достаться ему, а не какой-то слащавой Теневой Гвардии.