Второго звали мистер Харкенес. Что-то в нем ей не нравилось. Он тоже был стар, но красил волосы в черный цвет, словно пытаясь скрыть свой возраст, но он был слишком худым и морщинистым, чтобы заниматься этим из тщеславия. У него были холодные глаза, узкое лицо, и говорил он странно. Он был европейцем, но не из той теплой, шумной и веселой части Европы, где жил дедушка и его семья, а из холодной, суровой и серьезной. Мистер Браунинг и мистер Гаррет лежали на носилках посреди пола, а он стоял на коленях между ними и проверял их жизненные показатели.

— Вы Целитель? — с надеждой крикнула она, перекрикивая шум двигателя.

— Что-то вроде того, дитя мое. Но не такой сильный. Пожалуйста, не мешай мне.

Мистер Харкенес был угрюм с тех пор, как она с ним заговорила. Первым делом он спросил, жива ли Джейн. Когда она ответила, что ее забрал мистер Мади, он посмотрел на нее таким суровым взглядом, словно считал ее лично ответственной за гибель ее подруги. Это было совсем несправедливо. Она убила Железного Стража, застрелила Мади и пару зомби, не дала Фрэнсису разбиться и спасла мистера Салливана от пули в затылок. Она сделала все, что было в ее силах, хотя еще даже не стала официально гримнуаром. Она бы хотела посмотреть, как этот франтоватый европеец справился бы с чем-то подобным.

Все ее друзья смотрели на разрушения, раскачиваясь взад-вперед в кузове ржавого грузовика, все, кроме мистера Салливана, который смотрел на что-то другое, на что-то вдалеке, куда мог видеть только он. Тело Делайлы было завернуто в одеяло, и он стоял на коленях рядом с ним, оберегая его. Она поклялась убить мистера Мади, но теперь поняла, что им с мистером Салливаном предстоит соревнование, кто убьет его первым. Мистер Салливан был в ярости. В кузове грузовика пахло навозом, и от этого ей стало немного спокойнее, как будто она оказалась дома. В любом случае, если Мади умрет, дедушка и Делайла будут счастливы на небесах. Может быть, они убьют его вместе. Это было бы справедливо.

Когда они проезжали мимо, им помахала группа добровольцев. Они были рады видеть кого-то живого, и это придавало им сил продолжать копать. Лэнс разговаривал с мистером Роулсом, рассказывая ему о случившемся. Судя по всему, именно мистеру Роулсу поручили приехать сюда и занять место генерала Першинга.

— Кажется, мы уже проходили через это, не так ли, мистер Тэлон, — с грустью сказал мистер Роулс, обнимая Лэнса за широкие плечи. — Только на этот раз потери были гораздо больше.

Лэнс заметил, что Фэй смотрит на него с любопытством.

— В прошлый раз, когда Империум нашел нас, они сожгли мой дом. Это было три года назад, во время нападения, когда Чернвй Джек был проклят. Исайя и Кристофер были среди рыцарей, которых прислали нам на подмогу, — объяснил он. — Мы выследили их и перебили всех до единого, но при этом потеряли нескольких хороших людей.

— Бедная Джейн, такая добрая и наивная. Она вызвалась остаться и ухаживать за Першингом. Я говорил ей, что это слишком опасно. Першинг вечно попадал в неприятности. И вот к чему это привело. А моя внучка так привязалась к этому парню, — пробормотал мистер Харкенес, тыча пальцем в живот мистера Гарретта. — В девочке никогда не было здравого смысла...

Фэй разозлилась. Мистер Гарретт был очень хорошим человеком. Он был без сознания, и ей захотелось заступиться за него.

— Джейн очень любит Дэна. — Харкенес фыркнул. — А этот болван говорил мне, что защитит её, что с ней ничего не случится. Много от вас толку.

Генрих сидел напротив мистера Харкенеса, свесив одну ногу с края стола. Когда он поднял голову, Фэй увидела на его лице выражение, очень похожее на то, какое было у него, когда он выстрелил ей в сердце из своего "Люгера". Его голос звучал совершенно бесстрастно.

— Повтори это ещё раз, scheißkopf[10], и посмотрим, что будет.

— Хватит, Кристофер, — рявкнул мистер Роулс. — Эти рыцари и так через многое прошли. Мистер Харкенес нахмурился и вернулся к работе. — Они не виноваты в том, что ваша внучка пропала.

— Мы вернём её, — поклялся Лэнс. Генрих и Фрэнсис кивнули, и Фэй последовала их примеру. Салливан по-прежнему смотрел в пустоту.

— К сожалению, на кону стоят дела поважнее, чем жизнь одного-единственного Гримнуара, — сказал мистер Роулс. — Генерал Першинг держал меня в курсе ситуации с "Гео-Тел". Мы должны найти последний элемент, пока не стало слишком поздно... Вы были людьми Першинга. Кому он доверил информацию о местонахождении? — Никто не ответил. Фэй огляделась. Она знала ответ, но не думала, что ей стоит говорить. — Послушайте, я знаю, что он держал это в секрете. Генерал был параноиком, и не без причины, но теперь его нет. Старейшины послали меня занять его место, а это, поверьте, очень серьёзная задача. Я служил под его началом ещё до того, как вы все родились. Я был молодым солдатом "Буффало" под его командованием ещё до того, как нас обоих завербовало Общество. Я скорблю о его утрате не меньше, чем все остальные, но вы должны понимать, насколько важно это устройство.

— О, мы понимаем, — ответил Фрэнсис, указывая на выжженную землю вокруг. Даже канюки не кружили в небе, потому что всё мёртвое было слишком обугленным, чтобы его можно было съесть.

Мистер Роулс искренне рассмеялся.

— Это? Фрэнсис, мой мальчик, это пустяки. "Гео-Тел" проложил путь через Сибирь, который ты даже представить себе не можешь. Я был одним из рыцарей Нью-Йорка, и мы были так близки, — он соединил большой и указательный пальцы, — к тому, чтобы потерять всё восточное побережье. Когда было много разрозненных и неизвестных частей, план Першинга имел смысл, но теперь осталась только одна. Самая важная миссия всего Общества найти её.

— И уничтожить, — добавил Лэнс.

— Конечно. Старейшины были глупцами, когда думали, что смогут сохранить его и, возможно, когда-нибудь использовать сами. Надо было разбить его вдребезги еще в 1908 году. Если генерал доверился кому-то из вас, мы должны об этом знать. От этого зависит весь мир.

Грузовик подъехал к краю зоны взрыва. Черный пепел остановился, образовав идеально ровную линию. С одной стороны была смерть, а с другой, желтая летняя трава, казалось бы, ни в чем не повинная. По обеим сторонам дороги, ведущей к городу, стояли полицейские машины. Солдаты спешили убрать с дороги деревянные баррикады, а водитель кричал, что нужно отвезти выживших в больницу.

Грузовик тронулся с места. Перед ними проехала полицейская машина и включила сирену. Репортеры пытались сфотографировать их, когда они проезжали мимо, но Гримнуары не поднимали головы. Все молчали, и Фэй хотела поднять руку, но передумала. Генерал Першинг точно указал ей, где искать Саутэндера.

— Единственное, что стоит между Председателем и самым смертоносным из когда-либо созданных устройств, это один-единственный Гримнуар, который, возможно, даже не знает, что все его старые соратники убиты. Мы должны добраться до него, пока не стало слишком поздно, — умолял мистер Роулс. — Вы не предаете генерала, вы выполняете его последнюю миссию.

Салливан начал смеяться. Сначала это был тихий смешок, но потом он перешел в раскатистый хохот. Он сидел в кузове грузовика, и рессоры заскрипели под его весом, когда он повернулся.

— Вы все слишком гордые, — сказал он, вытирая глаза рукавом. — Почти такие же самодовольные, как Председатель.

— Першинг рассказал тебе? — недоверчиво спросил мистер Роулс.

— Потому что он знал, что никому больше нельзя доверять. Да, я знаю, как найти Боба Саутэндера.

— Тогда ты должен нам рассказать.

— Першинг поручил мне задание. Я намерен его выполнить. Я найду Саутэндера и последний фрагмент. Это мой долг. Не твой.

— Ты не справишься в одиночку. Ты просто обезумел от горя, сынок, — сказал мистер Роулс.

— Может быть. Но это ничего не меняет.

— Если Председатель узнает, где он, он натравит на тебя свою Железную Гвардию, — холодно сказал мистер Харкенес.