— Сколько человек в банде? — спросил один из местных.

Мелвин Первис сделал паузу.

— Я не жду, что там будет банда. Только она.

В комнате воцарилась тишина. Обычно не требуется тридцать семь человек с винтовками и дробовиками, чтобы справиться с одной женщиной, будь она хоть грабительницей банков, хоть кем-то еще. Все поняли, что это значит, одновременно, но никто не хотел об этом говорить. Наконец тот же местный медленно поднял руку.

— Значит, у нее сильные способности?

— Да, Макки. Так и есть, — ответил Первис. — Она Громила и Активная. Пожалуй, самая крутая из всех, о ком я слышал. — Макки опустил руку. Море синих и коричневых мундиров переглянулось, кто-то ворчал и ругался. — Да, да, я знаю. Слушайте, ребята, когда я пришел сюда, я попросил ваших командиров собрать самых крепких. Я знаю, что вы все справитесь, но если кто-то хочет уйти, в этом нет ничего постыдного.

— Так вот зачем он здесь? — спросил Макки, который каким-то образом стал главным среди военных, указывая на Салливана, который пытался остаться незамеченным в дальнем углу комнаты.

— Он со мной, — ответил Первис. — Мы позволим Салливану делать свою работу, и никому из вас не придется иметь дело с маленькой леди, которая может швыряться в вас автомобилями. У вас есть возражения?

— Он убийца, — заметил Макки.

— Непредумышленное убийство, — поправил его Салливан, впервые за все время заговорив. — И я уже отсидел свой срок. Дж. Эдгар Гувер говорит, что я исправился.

Больше вопросов не последовало. Кто-то кашлянул. Первис скрестил руки на груди и ждал до счета "десять". Никто не встал, чтобы уйти.

— Хорошо. Мы попытаемся взять ее живой. Мои люди пойдут первыми вместе с Салливаном. Остальные останутся снаружи и отведут в сторону зевак. Стрелять только в том случае, если она перейдет в активное состояние.

 — И не промахивайтесь, — посоветовал агент Коули.

Они должны были выдвинуться через несколько минут, и Салливан чувствовал, что в комнате царит нервозность, напряжение нарастает. Это немного напомнило ему о Первой мировой войне, о тех ужасных секундах перед тем, как раздастся свисток и они выпрыгнут из относительно безопасных грязных окопов и с криками бросятся под пулеметный огонь, навстречу колючей проволоке и кайзеровским зомби.

***

Джейку Салливану позвонили из Вашингтона за две недели до этого и приказали явиться к специальному агенту Мелвину Первису в Чикаго. Это задание подвернулось как нельзя кстати. Его обычный бизнес, частная детективная деятельность, пришел в упадок, и ему приходилось время от времени подрабатывать охранником, выступая в роли грубой силы во время забастовок рабочих. Ему это не нравилось, но одной лишь выдающейся работой на жизнь не заработаешь. По крайней мере, ему не приходилось никого калечить. Одна его репутация удерживала бастующих от беспорядков. Никто не хотел связываться с Тяжеловесом, особенно с тем, кто отсидел срок в Роквилле.

На государственной службе платили едва ли больше, чем в частном секторе, но, что еще важнее, это было последнее из пяти заданий, на которые он согласился после досрочного освобождения. Начальник тюрьмы апеллировал к его патриотизму, когда передавал предложение, сказав Салливану, что это будет шанс снова послужить своей стране. Это показалось ему забавным, ведь в тот момент его единственным желанием было выбраться из этой адской дыры. Он уже однажды служил своей стране, и у него остались шрамы в память об этом.

Как и было оговорено, все до единого Магики, в поимке которых он участвовал, были убийцами. У Джейка еще оставались какие-то принципы.

И эта женщина не была исключением, хотя он с удивлением узнал, что когда-то был с ней знаком. Услышав имя цели, а затем и узнав о чудовищных преступлениях, которые она совершила, Салливан был ошеломлен. Он до сих пор не мог представить себе Далилу хладнокровной убийцей, но за шесть лет человек может сильно измениться. Сам он точно изменился.

***

Салливан неловко ерзал на заднем сиденье "Форда", наблюдая за тем, как очередной дирижабль приближается к станции. Первис и Коули сидели впереди. Шел сильный дождь, поднимая туман над тротуаром и создавая ореолы вокруг каждого уличного фонаря.

— Кажется, это она, — сказал Коули, не отрываясь от руля. Его "Томпсон" лежал на сиденье рядом с ним, и он ритмично постукивал пальцами по деревянному прикладу.

— Информатор сказал, что она прибудет на восьми пятнадцати, — сказал Первис, сверяясь с карманными часами. — Должно быть, опаздывает из-за погоды.

— Так вот как вы ее нашли, — сказал Салливан, не удивляясь. Много лет назад его самого сдали. — Понятно.

— Мне это не нравится, — сказал Коули. — Вокруг слишком много людей, если она перейдет в режим Активности. Было бы безопаснее проследить за ней до какого-нибудь тихого места.

— Мы уже это обсуждали. Мы не можем рисковать и упустить ее. Она должна была приехать сюда, чтобы выполнить задание для Торрио. Вы хотите, чтобы такая, как она, работала на Безумного Ленни?

Салливан просто слушал. Стратегия была не его коньком. Он просто делал то, что ему говорили. Никто не ждал от Тяжеловеса ума, поэтому Джейк понял, что жизнь становится проще, если держать язык за зубами. Но если бы решение зависело от него, он бы согласился с планом Коули. Не то чтобы магики и так не навлекли на себя достаточно проблем из-за нескольких плохих парней. Последнее, что им было нужно, это истории в газетах о том, как Громила отрубила головы нескольким агентам ФБР на глазах у всех.

— Ты готов, Салливан? — спросил Пёрвис, открывая дверь под проливной дождь.

— Да, — пробормотал он. — Знаешь, это в последний раз. Такова была договорённость. После этого я свободный человек. Я никому ничем не обязан.

— Это не по моей части, — ответил старший агент, прежде чем выйти из машины и захлопнуть за собой дверь. Другие полицейские на улице увидели Пёрвиса, и стражи порядка тоже начали выходить из своих машин.

— Пусть лучше держит этих быков на поводке, а то дело может принять скверный оборот, — сказал Салливан, доставая из кармана пачку сигарет. — Сэм, у тебя есть зажигалка?

— Ты же знаешь, что есть, Салливан. — Коули обернулся и щёлкнул пальцами. На кончике его большого пальца появилось пламя. — Вот уж не думал, что Бог одарит меня хоть капелькой Силы, а волшебную зажигалку даст тому, кто не курит. Он усмехнулся. Коули был из тех, кто не курил, — странное сочетание для Факела.

Салливан закурил.

— Ирония судьбы.

Он сделал затяжку. Салливану нравился этот агент. Коули был неприметным и избегал всеобщего внимания, в отличие от Первиса, который его искал. Они уже работали вместе, и Салливан знал, что агент компетентен.

— Знаешь, лучше бы твой босс не видел, как ты это делаешь. Я слышал, что Дж. Эдгар не любит магию.

— Многие ее не любят. — Коули развернулся и открыл дверь. — Нам лучше идти. — Он вышел из машины, прихватив с собой "Томпсон".

Салливан вздохнул. Коули был самым слабым из магов, обладавших лишь проблеском природной Силы, но даже это могло разрушить карьеру человека в определенных кругах. Он надвинул шляпу на глаза и приготовился, чувствуя Силу, заключенную в его груди. Чтобы накопить столько Силы и при этом держать ее под контролем, требовалась немалая практика. Он активировал небольшую ее часть и почувствовал, как меняется его тело. На мгновение ему показалось, что мир вокруг него задрожал. Заскрипели рессоры "Форда". Он хрустнул костяшками пальцев, ощупывая "Шип" и осторожно проверяя, как на него действует гравитация.

С сигаретой, свисающей с нижней губы, он открыл дверь и медленно выбрался с заднего сиденья. Джейк Салливан был крупным мужчиной и носил большой пистолет. Он потянулся назад и достал с заднего сиденья длинный чемодан. Черная холщовая сумка была огромной, и он держал ее в одной руке.

Коули посмотрел на него, с его шляпы-федоры стекали капли дождя, и указал на чемодан.