Эта история была знакома всем авильцам. Десять лет назад она круто всколыхнула общественность. Все империи Эстена бросились укреплять защиту своих замков, боясь потерять членов монарших семей, которые были, по сути, источником магии для своих подданных. Да-да! Вот, где никогда не случиться бунта! Хочешь, чтобы в твоих жилах текла магия, уважай избранных создателями этого мира. Холь их да лелей! Как-то так.

В общем, император с императрицей Авилы горевали по полной. Мало того, что их единственную шестнадцатилетнюю малышку похитили страшные твари, так ещё и второй принц оказался среди заражённых.

В тот день система карательных мер рухнула под силой отеческой любви. Что сказать? Когда твой отец — император, твоя защита безусловна, чтобы ты не натворил, или чтобы с тобой ни случилось. Миры разные, а произвол везде одинаков. Хотя, отмену казни Кира у меня язык не поворачивается назвать «произволом», но для других людей, родные которых без суда и следствия умерщвлялись после нападения демонов прямо на месте, со мной бы не согласились.

Впрочем, сейчас не об этом.

Герцога Кира Маккея и других укушенных поместили в специальные комнаты. Их «накормили», запустив в своеобразные камеры животных. Стали изучать. По мере исследований выяснили, что жажда крови не так страшна, как все считали, попав на первую волну лютого голода… назову их «новообращёнными». Так вот! Жажду можно контролировать уже через неделю нормального питания. Жажда сбавляет обороты и количество требуемой «молодому» организму крови. Была доказана сохранность интеллекта, а так же то, что укус моих «вампиров» не заразен так, как укус демонов.

В общем, местные учёные пробежались по «вершкам» и не стали углубляться в своих изучениях, довольные сверх меры, что ненаследный принц Авилы может жить дальше.

— Доказали, что укушенные не ядовиты, а все продолжают шарахаться от них.

— Люди, — просто объяснила Алетра, снисходительно хмыкнув. — Двадцать лет их заставляли верить в кардинально отличную от этой картину. Да и прорывов с того времени почти не было, чтобы твои «вампиры» своей массой подтвердили обратное. В основном, после укуса маги становятся нелюдимыми, избегают общества. А ещё среди укушенных за десять лет не появилось ни одного, у кого родился ребёнок. Дети для нас — благословение богов. Их отсутствие — плохой знак.

— Да?

— Да. Даже нашему принцу пришлось покопаться в своём весёлом прошлом, чтобы отыскать уже подросшего наследничка. — Джассан хитро улыбнулась.

— Да уж, — я присела на свободную кушетку и вытянула ноги, хмурясь от мыслей.

«Настойку от залёта можно было не пить. Зря гадостью травилась».

— Когда император Григор уступил трон Салазару, наследный принц решил пожалеть своего брата и отпустить его… в академию. Приглядывать за герцогством, которое тебя боится, не очень привлекательно. Насколько я знаю, Кир был очень рад. Некоторые даже поговаривают, что это он сам потребовал своей отставки герцога. — Глаза Алетры увеличились в размере. Целительница огляделась, нагнулась ко мне и доверительно прошептала. — Говорят, что император Салазар таким образом отдал брату долг жизни. Ведь, если бы не Его Высочество Кир… демоны укусили бы наследного принца!

— Угу, — протяжно пропела я, наконец, пристраивая ранее полученный пазл информации туда, куда ему место. — Теперь понятно.

— Как-то так…

— Ладно. С этим разберёмся чуть позже. Вернёмся к моему вопросу. Ты так и не ответила.

— Плохое зрение? — Целительница недоумённо свела брови в одну монобровь. — Встречается очень редко. Обычно успешно лечится магией света, но… бывают такие формы, когда даже магия не способно помочь при ухудшении зрения.

— И что? И как? — от нетерпения заёрзала на попе. — Как вы помогаете больным? Да ответь уже, пожалуйста. Придумали вы очки или нет?

— Очки? — Моя собеседница всё больше терялась. — Что это? Не слышала о таком изобретении.

— Ууу…

— Для больных со слабым зрением обычно прописываются пенсне. Размер и силу оптики определяет целитель.

«Пенсне», «оптика»! Мне хотелось кричать от счастья.

— Мы сдвинулись с мёртвой точки! Давай своё пенсне. А ещё… скажи, во сколько раз можно увеличить силу оптики?!

Джассан достала из выдвижного ящика аналог современных очков.

— Ох, Алетра! — Я счастливо пожала непонимающей ничего целительнице руку. — Тебя мне сами Боги послали! Мы с тобой столько дел наворотим!

А дальше пришло время Джассан охать и ахать.

Я взяла лист и ручку и принялась рисовать микроскоп, по ходу объясняя, для чего он нужен, и что и как у него устроено.

Через полчаса лекции, на которой я могла выдавать лишь примитивные знания в строении микроскопов, картина кардинально изменилась.

— Верин! — восхищение светилось в глазах целительницы. Алетра схватила меня за руки и чувствительно сжала пальцы. — Это тебя мне Боги послали! Я сейчас же свяжусь с моими наставниками! Ты знаешь… знаешь, какие перспективы у нас впереди!? Ты… Ну, почему ты выбрала боевой, девочка!?

Я с довольной физиономией пожала плечами.

— Да какая разница? У меня на Родине говорят: «Талантливый человек талантлив во всём»! Не переживай, целительница. Всё будет!

Оговорка про Родину, за которую я тут же дала себе мысленный подзатыльник, прошла мимо осознания Алетры. Джассан рассматривала рисунок с биологическим микроскопом, который я нарисовала в разрезе, отобразив три положенных сменных окуляра.

Брюнетка что-то бормотала себе под нос, уходя в сторону кабинета.

Я расслабленно улыбнулась, переводя взгляд на пациента Алетры.

Пристальное внимание уже не спящего больного оказалось неожиданностью. По внутренним ощущениям не особо приятной.

Цепкий взгляд брюнета с длинными чёрными волосами пробирал до позвоночника.

Пяти секунд хватило, чтобы осознать, что мне пора уходить, если я не хочу очередного знакомства. Но окончательно разморозил меня браслет.

Артефакт на руке завибрировал, выдавая мыслеобраз: «Опоздание на отработку!»

Я кивнула парню на кушетке и выскочила из целительного корпуса.

Лайза и Эллен встретились мне по пути в ректорат. Уж не знаю, где девчонок носило, но они опаздывали на отработку так же, как и я. Спросить о причине не удалось. Дверь в ректорат открылась, являя нам ректора, имеющего недоброжелательный облик.

— Опоздание. Вы хотите, чтобы я продлил вам повинность?

Я удивлённо моргнула, затормозив в полуметре от первого из выживших укушенных.

«Что опять не так?»

Маккея моё выражение лица почему-то выбесило ещё больше.

— Не надо делать такой вид, адептка Джером. Понимаю, что с курсом боевиков общаться куда приятнее отработки, но хоть бы совесть со своими подружками поимели. Не под моим же окном!!

Обернувшись на соседок по комнате, оценила их смущённый, немного виноватый вид.

«Ясно, почему они опоздали. Небось с Мариэлем и его оборотнями знакомились поближе. Собственно, почему нет? Признание самой большой буки академии польстит любой девушке… Хотя нет. Не самой, — я вернула внимание отчитывающему почему-то именно меня ректору. — Самая большая бука — вот эта».

— Я могу внести конструктив относительно вашей, согласитесь, немного странной претензии, господин ректор?

Моя вежливость вызвала у Кира оскомину. Бедолага так сильно стиснул челюсти, что мне уже второй раз за время нашего знакомства стало жалко его клыки.

Посчитав молчание за знак согласия, принялась своеобразным образом оправдываться… в моём агрессивно-прямом стиле.

— Во-первых, ваши окна ничем не хуже всех остальных окон академии. — Глаза вампира угрожающе сузились. — Я ещё не закончила. Это только «во-первых», уважаемый ректор Маккей.

«Главное, больше не бузить, как в прошлый раз вышло с запретом на выход из академии. Не передави, Веруня. И на личности не переходи. Этого буку надо приручить, а не положить на лопатки! Хотя… на лопатки я бы…»