«Ёлки-иголки… — я тяжко вздохнула, первой шагая по широким коридорам академии, — во что я влезла!? Заступница, которую замуж зовут только потому, что чувствуют вину и жалость…»

Когда мы вошли в вотчину целительницы Джассан, Кир уже был тут. Ректор разговаривал с Алетрой, то и дело наклоняясь к воплощённому в жизнь рисунку, который я нарисовала два дня назад.

Миниокуляр! Аппарат у техников-артефакторов получился на загляденье всем!

Кстати, сконструировавший это великолепие мужчина тоже был здесь. Кто? Джеймс Норманн — декан артефакторного факультета.

Ещё из деканов был Ксандр Саливан. Заведующему целительным направлением в академии новый агрегат местной медицины был интересен, как никому другому.

— О! А вот и наша умница! — воскликнула Джассан, подлетая ко мне за пару секунд.

«Тааак… и какой мы расы? Точно не просто маг».

С мысли меня сбило предложение продемонстрировать работу наведённых друг на друга линз. Пока наставники академии только структуру листа бумаги успели изучить, да стебель растущего на подоконнике целительской цветка.

Мои девочки притихли вместе с остальными.

Прежде чем начать, спросила о способах забора крови у Алетры. Когда получила ответ, выдохнула с облегчением. В руки мне выдали знакомую иглу. Отличие с нашего вакутейнера было только в том, что вместо пластмассовой части «шприц» имел аккуратную стеклянную ёмкость и кнопку, открывающую механизм вакуумной тяги. Не надо ничего тянуть. Всё работает на магии. Просто песня, а не «шприц»!

Я посмотрела на ректора. Это был первый раз с момента, когда я вошла в целительской, хотя он постоянно пытался поймать мой взгляд.

— Присядете? Я возьму у вас кровь для сравнительного анализа. Лера Джассан?

— Да, милая?

— Вы возьмите у кого-нибудь из деканов. Чтобы сравнительный анализ состоялся, необходимо два объекта для изучения.

— Конечно, солнце!

Такой возбуждённой Алетру я ещё не видела, хотя она буквально горела работой.

От прикосновения пальцев с кожей Кира подушечки пальцев закололо. Я сконцентрировалась на работе, чувствуя, как горят щёки. Это оказалось не так просто, как я думала.

— Верин? — едва слышный шёпот ректора поднял все волоски на моих руках. — Всё нормально?

Введённая в вену игла подала сигнал, зажигая стеклянную кнопку алым цветом.

Я нажала на артефакт, запуская удивительный для жительницы Земли процесс работы.

Смешно то, что сейчас мне было не до восхищений!

— Дда. — Противная обида, как видно, не чужда никому. Не только экспрессивная молодёжь горазда на раздражительные выпады в сторону своего обидчика. Я, дама довольно приличного возраста, тоже оказалась подневольна эмоциям, пробудившимся от удушающего чувства вселенской несправедливости.

«Нет, ну почему всё так!? Я была уверена, что нравлюсь ему. Или это снова были лишь мои домыслы?»

— Верин?

Я вытащила иглу, игнорируя очередное привлечение моего внимания.

— Готово. Сейчас посмотрим.

Капнув на стекло каплю рубиновой крови Маккея, проделала то же самое с кровью добровольца — Ксандра Саливана. Декан целителей с таким восхищением следил за каждым движением Джассан, что его порыв помочь становился понятен без слов.

На предметный столик пошёл сначала образец крови Саливана. Как я и думала, кровь магов отличалась от крови землян.

Это было что-то! Эритроциты, лейкоциты и тромбоциты здесь не перемещались хаотично. Плазма имела невероятную, доселе невиданную мной структуру, напоминающую нейронную сеть головного мозга. Миллионы тысяч лучей скреплялись друг с другом, заставляя все частицы крови двигаться в странном порядке. Создавался эффект «копошения», только упорядоченного. А ещё был свет. Возникли подозрения, что этот свет имеет магическую природу.

«Естественно! Где бы я такое увидела на Земле?!»

Я быстро сделала записи в блокноте, позабыв, что нахожусь в комнате не одна. Хотя, надо отдать должное наставникам академии и моим соседкам, вели они себя так тихо, что было слышно, как муха ползёт по стеклу окна. Утрирую, конечно, тем не менее.

Образец крови Маккея сменил стекло с кровью Саливана.

— Отойдите… Мне нужен свет, — буркнула недовольно и приложилась глазом к миниокуляру. — Ого!

Эритроцитов у вампира почти не наблюдалось. Зато магия… вместо чистых световых линий Саливана, у Кира были прочные чёрные нити.

«Батюшки! Конечно, они разные. Как небо и земля! Доказать в ненаучном мире расу вампиров будет легче лёгкого! Если разновидности рас на Земле определялись фенотипичными отличиями, то тут, на Эстене, блестящее доказательство внутреннего порядка станет главной причиной признания вампиров! Магия, чтоб её!»

— Потрясающе…

— Что там?

— Джером, имей совесть!

— Почему ты всё время молчишь!?

— И первый результат никак не прокомментировала!

Я вздрогнула, вспоминая, что в целительской не одна.

— Ммм… различия рас магов и вампиров на лицо. Сама магия изменилась, мутировав. Но исследований ещё предстоит море. Надо изучить образцы крови в разных вариациях. Если вампир голоден, если сыт, если магически истощён… если…

Разразившись хохотом, деканы переглянулись между собой, подмигнув ректору.

— Стоп-стоп-стоп! Это чуть позже.

— Да. Для начала нам бы хотелось просто взглянуть на те образцы, которые уже есть.

— Точно, — поддержала деканов Джассан. Я получила ласковый взгляд. — А об исследованиях мы поговорим чуть позже. Совет целителей желает твою идею взять под контроль. У целителей такие возможности… и толпы учёных. Ты же не будешь против?

«Против?! Да я буду счастлива избавиться от основной доказательной работы. У меня уже вышло! Доказательство особенности мутации у меня есть! А я всего лишь планировала написать доклад по расоведению…»

Мы работали в целительской до глубокой ночи.

Когда деканы опомнились, часы пробили полночь. Но всё только начиналось. Джассан вызвала своего наставника.

Нас выдворили из корпуса как раз в момент его прибытия.

Я с облегчением выдохнула, сдав бумажные полномочия. Алетра заявила, что идея будет оставлена за мной. Я стану лицом признания расы вампиров. В остальном работа закрепиться за коллегиальным советом целителей и их сподручных.

В кровать ложилась с тяжёлой головой. Что-то свербило, мешая уснуть с чистым удовлетворением от проделанного. Что именно, я допытываться не стала. Есть вариант вообще сон потерять.

Я закрыла глаза и упорно контролировала мерное дыхание, пока не отключилась.

Дни научной «Эврики», которую так обожали все учёные нашей планеты, начиная от Архимеда, это слово придумавшего, закрутились, как колесо бедного хомячка. И самое обидное, что Алетра, обещавшая забрать все трудовые лавры, меня так до конца и не отпустила. Джассан превратила свою целительскую в оплот лабораторных исследований. Упорная брюнетка созвала всех своих наставников в академию. Те захватили своих учеников... в итоге я оказалась словно под огромной лупой. Своим же миниокуляром, если перефразировать! Спасибо хоть не доставали меня вопросами и подозрительностью, приняв на веру, что открытие вызвано чистой случайностью. Обычная прогулка в родительском парке. С кем не бывало?!

После занятий я каждый день была обязана плестись в корпус к Джассан. И вот не сказать, что меня это всё как-то угнетало. Вовсе нет. Я даже находила в этом какую-то прелесть, однако сопутствующие исследованиям встречи с Киром Маккеем…

Я буквально дурела рядом с ректором. То руки превращались в неповоротливое нечто, роняя всё, что держат, то коленки тряслись, то глаза никак не могли найти точку для конечного приземления гуляющего взгляда.

Невероятно раздражающая дикость! Спасибо, что Кир не напирал, не пытался вызнать, что со мной такое происходит. Это добило бы меня окончательно.

А всё виновата влюблённость, чтоб её! Да-да! Вы не ослышались. Я влюбилась в ректора, красивого своей особой мужественной прелестью. Необходимость трогать объект своих исследований, брать у него кровь, изучать любые отклонения от нормы крови магического сообщества — всё это сводило с ума, связывая нас с Киром по рукам и ногам невидимыми путами.