— Джой, — укоризненный голос того, кто требовал документы, спас и наши с Ланой души и моё грохочущее о рёбра сердце. — Хватит. Проезжайте. Удачного зачисления.

— Спасибо, капитан… но, пшла! — Евген стеганул лошадь, и карета тронулась дальше.

— Фух… — выдохнула Миль, держась за бортик телеги с той стороны, где сидели мы с Ланой. — Вот это страсти… Гера чуть солдатика не сожгла. Дурёха ещё не умеет управлять стихией, а пульсары клепает, как заправской воитель. Даже не знаю, так легко отстал бы этот капитан от нас, если бы не увидел магию Геры…

Лана истерично захихикала. Я обняла сестру и перевела дыхание.

«Надо обязательно девочкам купить что-нибудь в качестве благодарности!»

Мы сидели в телеге ещё минут пятнадцать, пока семья не въехала на постоялый двор и не «припарковала» телегу в положенном месте.

Евген помог нам выбраться.

— Спасибо… спасибо вам огромное!

— Может, вы с нами на постой станете? — Предложила Миль взволнованно. — Что-то мне боязно за вас. Пожитков нет, сами в таком большом городе…

По плану нам надо было идти к сестре Тергеры, но… я всегда была за импровизацию. Это в моей натуре. Да и неожиданный ход — это верное решение. Если Тергеру трясли с Браном, как грушу, пока мы в лесу скрывались? Нельзя забывать о ментальных артефактах! Раз один такой артефакт Джером применил к Верин, что ему помешает применить его ещё раз к своим слугам?

— С удовольствием… только у нас нет денег… лишь мамины украшения…

— Мои ласточки, — женщина чуть не расплакалась, бросившись нас обнимать.

«Дааа… во всех мирах есть добрые люди! Нам с Ланой повезло их найти так вовремя».

— Пошли уже, — заворчал Евген, вытаскивая из телеги последние узлы с вещами. — Две комнаты я снял. Обед в самом разгаре. Поедим… а потом и в учебку сходим. Может быть получится уже сегодня поступить.

Лана незаметно вытерла слёзы и присоединилась к сестричкам близняшкам.

Я с облегчением выдохнула, крепче перевязала мешок и пошла следом за подростками. Страшно сглазить, но жизнь вроде бы налаживалась.

Все мои мечты разбила Миль.

— Вера… тут такое дело… — женщина смущённо покраснела. — Просто я не понимаю. Если у вас денег нет, то как ты пристроишь Свету в учебку? Она стоит пятнадцать золотых за год. Это много… Прости, конечно, но я не уверена, что украшения вашей матушки потянут на такую сумму.

Я прерывисто выдохнула, будто под дых получила.

🥰 Буду благодарна за лайк-поддержку... очень надо для вдохновения 🥰

«Сестра… кто она такая? Лучший поисковик! Она помогает найти важные вещи, когда ты их потеряла. Такие, как твоя улыбка, твои надежды и твоё мужество!»

Я прерывисто выдохнула, будто под дых получила.

— Тише-тише, девчушка… — Евген нахмурился и похлопал меня по плечу. — Белая, как смерть.

— Я… я… не знала. Мне не сказали…

— Наверное, твоя матушка просто ещё не слышала, — извиняющимся тоном выдала Миль. — Нам вот дом пришлось продавать. Он у нас добротный был, с хозяйством… после зачисления останется на клочок земли. Ничего… купим что-то близ Вриама. Теперь правда всё сначала начинать, но обучение девочек этого стоит.

— Новшества ввели в этом году, — перебил Евген поток информации жены. — Новый герцог — новые правила и законы.

— А со старым что?

— Император приказал нашему славному Киру Маккею отдать бразды правления сыну. Сама понимаешь, вампиризм и всё такое… Верхушку даже не смутил тот факт, что Его Светлость Николас… — женщина понизила голос до шёпота, — бастард. Видимо старший Маккей хорошо кровушки попил из советников Его Величества… в переносном смысле, конечно. — Женщина выпучила глаза, выдыхая. — Только академия осталась вне изменений. Его Сиятельство занял пост ректора… раз ответственность за герцогство больше не довлеет над ним.

«Зашибись! Я планирую оказаться под защитой несостоявшегося свёкра?! Прекрасный ход…» — Сарказм быстро растворился в тревоге. Денег на учебку для Ланы у меня не было на руках. Возможно, продажа украшений покрыла бы годовую стоимость обучения (украшение баронессы и украшения сельской жительницы — разные вещи! Откуда Миль знать такие тонкости?), но мне было страшно их вываливать на прилавок ломбарда или даже самой занюханной конторы старьёвщика. Джером ещё два дня как в курсе, что мы с Ланой у него стащили перед побегом. Обидно, что денег этот хлыщ не держал в кабинете, а то мы и их спёрли бы… Эх!

Я не представляла, что делать.

Так и поплелась в столовую постоялого двора, ссутулив плечи.

Рагу с плавающими кусками мяса в нём показалось безвкусным.

Девочки весело болтали о предстоящем обучении, планировали ближайшее будущее, а я нервно теребила кулон на шее, боясь даже смотреть на мужа и жену, выручивших нас.

Так продолжалось, пока цепочка не порвалась. Хорошо, что это случилось уже тогда, когда мы зашли в комнату, где ровным рядком стояло четыре односпальных кровати.

— Ой, — заметила моё фиаско Лана, вытаскивающая из мешка расчёску. — А ты чего до сих пор в нём? Я думала, что ты избавилась от артефакта.

— Эм…

«Артефакт ментального принуждения!»

Крепко сжимая кулон, тихо спросила:

— Как думаешь, на сколько золотых он потянет?

— Ну… десять-пятнадцать золотых, не меньше. Но такие артефакты запрещены. Надо искать чёрный рынок, а это всё может очень плохо закончиться, потому что привлекать внимание скупщиков запрещённого — совсем край.

Я устало вздохнула.

— Гадство. Обложили со всех сторон.

— Что случилось, Верин? — Лана покосилась на дверь, за которой получали ценные указания близняшки, не успевшие ещё оценить наши общие покои.

Я вкратце описала ситуацию.

Лана опустилась на край кровати и закрыла ладошками лицо.

Моё сердце пропустило удар.

Я присела на корточки и обняла девичьи коленки.

— Лана, посмотри на меня. — Веснушка опустила руки. Грустные голубые глаза малышки доводили до отчаяния. — Я обязательно что-нибудь придумаю, Ланушка. Не вздумай плакать. Мы с тобой бойцы. Нам нельзя поддаваться отчаянию. Слышишь?

— Слышу.

— Молодец. Сейчас мы с тобой умоемся, посмотрим в зеркало и улыбнёмся своему отражению… а потом пойдём в учебку. Надо разузнать о новых правилах поступления точнее. Будем решать проблемы по мере их поступления.

— Да…

Я через силу улыбнулась сестре.

— Мы справимся, Лана. Верь мне.

— Я верю.

Девочка опустилась ко мне на пол и крепко обняла.

— Ой! Обнимашки, — в комнату впорхнули близняшки. — Видишь, Гера, а ты вечно отбиваешься. Вера, вон, какая взрослая и не стесняется!

Застывшая в дверях Миль смахнула со щеки непрошенную слезу.

— Девочки. Десять минут и выходим.

Сестрички понятливо покивали. Дверь закрылась.

Я первой умылась и присела на кровать, с напряжением наблюдая, как Лана понемногу расслабляется и оживает благодаря шумным близнецам. В воздухе пахло крепкой дружбой.

Мне же никак не удавалось успокоиться. Я подошла к окну и отрешилась от всего.

Громкие возмущения с улицы вернули меня к действительности.

— Шалавы!

— Со своим муженьком разбирайся, Марийка. — Статная дамочка гнала злющую особу с порога трёхэтажного здания с громким названием «Соблазн». — Не надо моих девочек оскорблять. Никто не виноват в том, что твой супружник — кобель каких поискать!

— Все вы тут шалавы!

Три пёстро разодетые красотки, наблюдающие за представлением с балкона второго этажа «Соблазна», громко рассмеялись.

Одна из девушек, с ярко-красной помадой на губах, хитро прищурилась:

— Марийка, скажи-ка отчего твой распрекрасный муж постоянно ищет девственницу? Они целое состояние стоят, если что! Двадцать золотых! Дурень все свои накопленные сбережения вывалить обещает… Не потому ли, что ты одна из наших?