— Нынешним?

— Да. Джеймс Норманн — нереальный специалист! — глаза девушки загорелись фанатичный огнём. — Он такой… такой…

— Красивый? — Я усмехнулась, но шатенка меня одёрнула.

— Нет! В смысле… не знаю. Джеймсу Норманну почти двести лет. Я никогда не рассматривала его с этой точки зрения!

— Ого! Такой старый? — Я удивлённо вытаращила глаза.

Глаза же Инги вообще грозились вывалиться наружу. Так девушка возмутилась моим вопросом!

— Ты что!? Какой же он старый?! С таким даром декан Норманн проживёт не меньше четырёх веков! Поэтому у него впереди ещё вся жизнь.

«Неплохо тут ребята устроились… Думала, что в свои почти пятьдесят могу "похвастаться", что полжизни за бортом оставила, а тут такие долгожители! Мне нравится!»

Аналог нашего лифта мне тоже понравился. Норманн — крутой. Так лихо избавил студентов от лишней беготни! Честь ему и хвала!

Инга довела меня до комнаты, помогла активировать браслет и упорхнула.

В дверь входила я сама.

В комнате никого не было, если не считать мебели.

Я огляделась.

Рассчитана жилплощадь была на трёх человек, в моём случае девушек.

Три окна, в проёме каждого поместилась двухъярусная кровать. Почему тогда я решила, что комната на трёх, а не шести человек? Да потому что «первый этаж» кроватей был сконструирован, как стол. Кстати, очень стильно! Полочки, шкафчики, удобный мягкий стул…

Я была покорена интерьером до глубины души.

Не откладывая заселение, выбрала себе правый угол и принялась потрошить свой волшебный мешочек. Тергера вещами снабдила не только Лану. Наверное, весь наш гардероб обнесла!

«Надеюсь, Джером не станет всех собак спускать на стариков…»

Золото и документы я оставила в мешке, запихнув его глубоко в шкаф, между стопками с чистым постельным бельём. Книги расставила на полках, писчие принадлежности выложила на стол. Не отходя от кассы, как говорят, написала Лане.

Сестра почти сразу ответила, успокоив меня тем, что устроилась она хорошо. Криста и Гера с ней в одной комнате. Чета Вуд просила передать мне привет.

Я с облегчением улыбнулась и открыла устав.

«Каждый нарушитель Устава будет наказан. Злостный нарушитель Устава будет с позором отчислен из Академии…»

— Неплохое начало. Значит, жестить не будем.

Я углубилась в чтение.

«Общие положения. Во все дни студенты будут иметь время на классное и самостоятельное обучение, лечение, еду, спорт, сон и восхваление Ее Королевского Величества. Каждый студент обязан усердно изучать преподаваемые ему науки, вносить свой вклад в хозяйственные нужды Академии, а также неустанно заботиться о своей добросовестности. Практиковать военные и магические науки разрешается только в специальных помещениях…»

— Мама дорогая! Хорошо хоть нравственность сюда не приплели, а то прям монастырь какой-то!

Я будто сглазила, опуская взгляд ниже.

«Правила надлежащего поведения. Запрещено любым образом позорить Академию, как в ее стенах, так и за их пределами. Запрещено обсуждать и тем более хулить школьные правила и порядки. То же касается и школьных наставников. Запрещено пререкаться с наставниками. Запрещено вскрывать запертые комнаты и проникать в личные покои наставников. Запрещено покидать свои комнаты после сигнала ко сну. Запрещены драки, пьянство, разврат, сквернословие и азартные игры. Запрещено поднимать шум, а также повышать голос без прямого указания наставника. Запрещен неопрятный внешний вид и грубые манеры. Запрещено удалять Позорную Метку».

— Стоп! Что?! Какая ещё нафиг метка!?

О том, как получить подобный отличительный знак, в уставе выделили целую главу. Весьма дурной способ выделиться, я вам скажу. Помеченного третируют не только наставники, но и старшекурсники. Не морально, а своими поручениями. Получить метку легко. Нарушь одно из правил надлежащего поведения или получи пять раз подряд неуд — и всё! Привет, буллинг!

В защиту составителя устава скажу, не всё так плохо. Прав у студентов академии магии тоже было предостаточно. Они шли нехилым таким дополнением к правилам надлежащего поведения, исключая практически каждое из них. Например, «запрещено покидать свои комнаты после сигнала ко сну» теряло свою логику, когда академия горит или другое ЧП. Так же и с пререканием. Если преподаватель превысил свои полномочия, на него можно написать жалобу прямо в ректорат.

В общем, жить можно.

Когда в комнату вошли мои соседки, я уже перевыполнила своё план.

— Привет.

— Привет, — поздоровались девушки, немного смущённо.

В одной соседке я признала ту, которая разбила песочные часы возле кабинета приёмной комиссии.

— Меня зовут Верин.

— Мы уже знаем, — призналась с улыбкой та, которую я видела впервые.

— Да, — поддержала девушку криворукая брюнетка. Восхищённо зыркая на меня глазами. Даже как-то не по себе стало.

— В чём дело?

Девица прижала руки к груди и совершенно по-девчоночьи запищала.

— Ииии!

— Господи Боже! Что стряслось!?

— Мы тоже на боевом!

— На боевом!!! — Наперебой начали вываливать своё счастье красотки.

— Мой папа будет в шоке!

— А мой!?

Девочки всплеснули руками и обнялись, сбивая меня с мысли.

Хотелось сделать жест «рукалицо», как выражается современная молодёжь.

«Быть мне воспитателем в этом детском саду, — очертила себе горизонт будущих перспектив, взывая провидение к справедливости. — Ладно… не будем гневить местных Богов. Я жить буду почти в четыре раза дольше стандартного! Шесть лет возни с этими… впечатлительными — не такая уж огромная цена!»

Сведя брови, строго посмотрела на девушек.

— Профессора вас предупредили, что вас вызовут в деканат?

— Что?

— Да вроде что-то такое упоминали.

«Упоминали? Серьёзно?»

— Хорошо, — не выказывая эмоций, улыбнулась. — Выбирайте кровати скорее. Нам надо подготовиться к вызову, вызубрить устав... а ещё я планировала сходить к коменданту.

— Про это тоже что-то говорили…

— Прекрасно. — Пока рыжеволосая бросала огромный куль с вещами на диван, я растрепала волосы и переплела косу. — Кстати, вы не назвали свои имена.

— Лайза Бут, — поспешила исправить оплошность та, что вошла первой.

Лайза была среднего роста, спортивного телосложения, с густыми длинными прямыми волосами каштанового цвета и немного узкими глазами, которые смотрели на меня добрым взглядом.

— А меня зовут Эллен. Эллен Хадсон.

Хрупкая брюнетка низкого роста перебросила через плечо длинные пряди цвета воронова крыла и мило улыбнулась. Глаза с выразительным взглядом тоже тронула улыбка. Курносый нос и маленькие губы бантиком мило гармонировали с росточком крохи. Я себе плохо представляла Эллен на боевом факультете, но кто знает? Вдруг это будет её фишкой? Главное, чтобы парни не злобствовали в попытке доказать, что нам не место рядом с ними.

В том, что такие прецеденты будут, даже не сомневалась.

— Я так понимаю, вы дружите?

— Не то, чтобы дружим. Мы родились и выросли в одном городе.

— Нечасто пересекались, — согласно кивнула Эллен. — Лайза помогала своим родителям в рыбной лавке, — брюнетка пожала плечами. — А я — своим.

— Отец Эллен работает капитаном стражи в Эсминске. А мама держит ферму рядом с городом.

— Понятно. Ладно… разгружайтесь. Я пока схожу к коменданту.

— Подожди! Мы с тобой.

— Да, — Эллен взмахнула рукой, и из сумки выскочила перевязанная лентами коробка. — Папа купил, чтобы я передала коменданту. Он его старинный друг.

«Оу! Вот так и обрастают нужными связями!»

— Ладно. Идём.

Лайза счастливо подпрыгнула.

— Здорово! А вещи разложим и устав выучим потом, как придём от коменданта!

«Хм… а может, и не всё потеряно?»

Я открыла двери для своих пташечек и, не медля, вышла за ними следом.

Комендантом оказался довольно солидного вида мужик. С пышными усами такими же бакенбардами. Карие глаза Патрика Софта смотрели грозно и цепко. Особенно на парней, которые огребали за какой-то кутёж прямо перед нашим приходом. Короче, некоторые пункты устава академии больше не казались пустым вымыслом. По всему выходило, что в магическом учреждении с этим весьма строго. А комендант? Да. Он полностью оправдывал своё звание «страж общежития». С таким не забалуешь!