— Ну, простите.

— Пф! Тебе не идёт сарказм. Не с такими голубыми глазками и пухлыми губками. — Саттон неожиданно сменила тему. — Зачем тебе так понадобились деньги?

— Не мне. Сестре… На учебку.

Миана прикрыла глаза. Ресницы, отбрасывающие тёмные тени, предательски задрожали.

— Понятно. Мне очень жаль.

— Ничего страшного, — заявила я, задрав подбородок. — Это всего лишь девственность. Моя душа и чистая совесть останутся нетронуты.

Саттон горько усмехнулась.

— Да. Чистая совесть… Ты готова?

— Да.

— Волосы не передумала красить?

— Насколько долго длится эффект?

— От шести до двенадцати часов.

— А противозачаточное?

— Сутки.

— Тогда не передумала.

— Какой цвет? — деловито спросила сутенёрша, открыв маленькую сумочку.

— Чёрный. — Я провела пальчиками по своей пышной гриве. У Ланы волосы были рыжими. Мои же — тёмно-каштановые, лишь на солнце скупо отливали оттенком бордовой сочной вишни. — Красиво будет смотреться с нарядом.

— Это да, но блонд подошёл бы твоему образу больше. Почему-то все видят девственниц именно белыми зайками. Да и от твоего родного он будет мало отличаться при нашем освещении. Не передумаешь?

— Нет, — упрямо мотнула головой. — Сегодня будем разрывать шаблоны. К тому же я заметила: в твоём заведении только одна блондинка. Те, кто не смогут купить меня, с удовольствием приобретут другую брюнетку, проецируя себя на ложную удачу.

— Хм… очень мудрёно, но верно. Ты весьма умна.

Я пожала плечами.

— Обычное наблюдение. Люди любят проводить параллели.

Мне вручили флакончик с пометкой «Брюнетка».

Следующим было «Противозачаточное».

Я вытащила из аналога нашего сейфа, предоставленного Саттон, свой волшебный мешочек, достала артефакт, проверила зелья на безвредность, и только потом осушила флакончики. Артефакт и мешочек отправились обратно в сейф, считывающий ауру.

Сутенёрша поправила свои пшеничные локоны и хитро улыбнулась:

— Ты не перестаёшь меня удивлять.

— Ты тоже. Приятно иметь дело с честным партнёром.

— Согласна. Кстати, волосы уже почернели.

— Тогда нам пора.

— Удивительная решимость для девственницы. Если бы я не проверила тебя артефактом, никогда бы не поверила, что передо мной стоит невинная дева.

Я кровожадно улыбнулась.

Саттон засмеялась:

— Не делай так. Ты сейчас похожа на коварную хищницу. Как бы на сцене не потребовали проверки артефак…

— А пусть, — смело оборвала я женщину. — Смелая девственница — по-моему, отличный образ. Извращенцы сами собой отпадут. Они больше над зашуганными девушками издеваться любят. Их страх привлекает… а этого я точно дать не смогу. Мужчина, рискнувший купить меня, должен это знать.

— Боги, какая ты странная! Мне нравится!! Идём.

Вопреки своим словам, я почувствовала страх.

А потом встряхнула кистями рук, сбрасывая его прочь, и вскинула голову:

«Ещё чего! Это не страх вовсе! Это решительность! Это волнение! Это обещанная сила! Потеря девственности?! Саттон поклялась кровью, что мужчина будет хорош собой, так что… Пф! Иди ко мне, мой покупатель!»

В мыслях я уже рисовала своё фееричное появление. Такая себе королева, спускающаяся по ступеням со второго этажа. Все смотрят и сглатывают слюни, а я пытаюсь держать свои эмоции под контролем.

Всё обошлось.

Саттон провела меня окольными путями по второй лестнице, которая отдельным «подъездом» специально была пристроена для обслуживающего персонала. Чтобы никто не принял горничных за работниц элитного, но всё же притона.

— Лишние разборки… их лучше избегать, — прокомментировала Саттон, поймав мой взгляд.

Мы спустились вниз, свернули пару раз по тайным коридорам и оказались за сценой.

В зале лилась медленная эротическая музыка, но ни колонок, ни другой звуковой аппаратуры мне рассмотреть не удалось. Видимо, опять работали артефакты. В этом магическом мире они безупречно заменяли все наши технологии.

— Собрались самые богатые люди нашего графства… и не только нашего! Смотри: граф Селрун. — Миана Саттон прерывисто выдохнула. — Очень богатый лер, сильный маг-артефактор… обычно редко выбирается из своего графства, но сейчас поступление… наверное, дочь привёз.

«Надеюсь, в учебку. И вообще, было бы славно всех отцов отстранить от аукциона. Не факт, конечно, что я смогу подружиться с их отпрысками, но лучше заранее исключить такую возможность».

— Барон Тур'ал, лер Мит… — Саттон перечисляла имена моих возможных покупателей, и я пристально следила за каждым из них.

В общей сложности насчитала около сорока человек.

— О! — Воскликнула Саттон, жутко меня испугав. — Не дёргайся так. На ширме стоит отвод глаз и защита от прослушки. — Женщина хохотнула, хватая меня за плечи и легонько встряхивая. — Лучше ликуй! Сам Его Светлость здесь!

— ЧТО?! — Ну, раз защита от прослушки есть, почему бы и не покричать.

— Да не один… с друзьями! — Будто бы не расслышала моего вопля владелица «Соблазна». — Боже! Принц… побратим принца и сам…

— Хватит, — остановила я Саттон, вырываясь из её рук. — Прекрати, или я не выйду!

Собственно, я уже перехотела выходить.

— Прости-прости. Конечно. Совсем запугала тебя именами первых лиц империи! Какая я дура! Ты усвой главное — цена твоей девственности сегодня может получить запредельное значение!

«Только это меня и удерживает от побега, деточка…» — я глубоко вздохнула, наблюдая за довольной сутенёршей.

Но возмущение в груди продолжало клокотать.

«Невесту потерял, а сам припёрся со своими дружками в публичный дом! Скотина! Нет… я не в претензии, но… какая же скотина! Принц, побратим… и кто там ещё? Неважно. Все они — уроды моральные! Вместо того чтобы дома помощи открывать для девочек, потерявших семью или опеку, твари спонсируют продажу их тел! Просто «прекрасная» высшая знать!!!»

Вздёрнув подбородок, процедила:

— Пора начинать. Я начинаю уставать. Не могли найти шпильки поменьше?

— Твой рост позволяет. И так ты кажешься ещё сексуальнее.

— Ладно.

— Идём.

— Одна просьба…

— Слушаю?

— Скажешь, что меня зовут леди Годива.

«А что?! Мы с графиней из древности сейчас очень похожи. Она голой проехалась по площади ради своего народа. Я собираюсь переспать за деньги ради благополучия хорошей доброй девочки…»

— Хорошо. — Саттон щёлкнула пальцами, и музыка резко оборвалась.

Неожиданно грянули фанфары. Мне почему-то представилась охота. Валторны трубят. Выходи, Бемби… сейчас тебя…

Чтобы не растерять последние крохи смелости, шагнула вперёд.

Удивлённая Саттон попыталась догнать меня, но маячила где-то в хвосте, боясь наступить на подол моего наряда.

Звук фанфар затих, продолжая звучать эхом лишь в потревоженном восприятии каждого присутствующего.

Стук каблучков погрузил зал в адскую тишину. Клиенты «Соблазна» и так не отличались общительностью, а сейчас вовсе умолкли.

Я вышла на середину сцены и остановилась, разворачиваясь лицом.

Чтобы немного успокоиться, перекинула копну волнистых чёрных волос на правую грудь. Доходящие длиной почти до талии, они идеально легли на плечо.

Я оторвала глаза от пола, посмотрела на удобные диванчики и «гостей», которые вальяжно расположились и задумчиво попивали бордовые напитки из высоких фужеров.

Кто-то присвистнул.

Я криво усмехнулась такой многозначительной оценке.

Полукруглые диваны находились в своеобразных нишах. Никаких рядов. У каждого клиента удобное местоположение. Это было сделано для того, чтобы всем было прекрасно видно основное действо на сцене. Не знаю, чем раньше девушки с низкой социальной ответственностью развлекали этих толстосумов, но судя по выражению лиц большинства, я сегодня открыла для многих новые грани моральной распущенности.

«Научила ребят плохому…» — улыбка стала ещё более заметной.