— Всё, что привело нас к такому результату, — мужчина раскинул руки, явно подразумевая не просто свой кабинет, а моё зачисление в академию в целом, — твои и мои поступки в купе. То, что ты решила пойти путём наибыстрейшего получения денег, то, что именно я пошёл на поводу твоего зова, а потом и… Нет, я не собираюсь говорить, что только ты виновата в том, что я поддался твоему настойчивому напору. Да, я был сильно удивлён… и это ещё слабо сказано, но мне было под силу остановить твоё неистовое желание отработать обещанные деньги. И поверь, если бы я знал, кто под маской, я бы… — вампир нахмурился, ловя мою улыбку, и не решился закончить свою вроде бы как убедительную фразу. — В общем, это теперь неважно. Ты сделала выбор. Видимо, замужество не входит в список твоих сокровенных желаний. Одно скажу: Николас больше к тебе не подойдёт.

— Где-то я уже это слышала.

Вампир усмехнулся. И эта усмешка так преобразила хмурого экс-герцога, что я дыхание затаила, чтобы не выдать своё восхищение такому метаморфозу. Кир помолодел лет на десять, хотя и до этого выглядел не старше тридцатки.

Я почувствовала, как к щекам приливает краска смущения.

«Эти гормоны… трындец!»

— На этот раз без вариантов. Я обратился к брату. Правитель уже сегодня выразит свою волю в отношении венчания Ника со своей крестницей. Чтобы упрямец не противился, возьми... — передо мной на столешницу опустили перстень. Маккей снял его со своего мизинца. — Артефакт отвода глаз. Если Николас рискнёт пойти против моего прямого приказа, он тебя не найдёт. Если только ты сама этого не захочешь.

— Не захочу. А этот артефакт работает на конкретного человека?

— На кого укажет хозяин. Достаточно подумать. Фиксировать можно до пяти целей. Меня в этот список включать бесполезно.

— Почему? — Мой вопрос вызвал у ректора нечитаемую реакцию на лице. То ли обида, то ли возмущение. — Не то, чтобы я собиралась… Простое любопытство.

— Любопытство сгубило кошку.

— Как хорошо, что я из расы человеческих магов. Да?

Уголок губ вампира дёрнулся.

— Да. — Кир резко посерьёзнел. — С этим разобрались. Далее… предлагаю сохранить в секрете то, что было между нами в «Соблазне». Связи между преподавателями и студентами не запрещены, но, думаю, тебе такая слава не нужна… Или?

— Не нужна. Мы с девочками и так купаемся во внимании практически доброй половины академии. Я имею в виду зачисление на боевой факультет. Ну, и вчерашний выходной… Готова спорить на что угодно, очередная провокационная новость приведёт общественность в шок, а он однозначно не помогает раствориться по быстрому в массе слухов и домыслов.

— Однозначно, — задумчиво протянул Кир, обходя свой добротный стол, такой же вишнёвый, как и дверь в кабинет ректора. — Теперь насчёт наказания. И раз уж ты такая категоричная до славы, будешь отбывать время наказания в моей приёмной.

— Эээ…

— Меньше маячишь на глазах общественности, меньше слухов.

— Это довольно спорное заявление, — попыталась я поставить под сомнение вроде бы адекватное предложение Маккея.

А оказалось, это приказ.

— Я всё сказал, — твёрдо отрезал Кир, усаживаясь напротив меня в своё высокое кресло. — Секретарь предыдущего ректора была уволена.

«Ха! Дамочка в очках? Она сразу мне не понравилась».

— Пока я подбираю ей замену, ты после занятий будешь каждый день приходить сюда. Это вполне нормальная практика. Секретарю часто направляют должников или носителей Позорной метки для помощи в работе.

— Но вряд ли кто-то выполняет его должностные инструкции.

Кир хмыкнул.

— Обещаю сильно тебя не нагружать. Мы вообще будем общаться исключительно по работе.

«Ага! Как же… Тогда почему ты набросился на меня в карете, как голодающий с Поволжья?»

— Хорошо, но я возьму себе в помощники своих соседок… Ну, раз секретарю полагаются лишние руки провинившихся.

— Пусть так. Но ты учти, что дольше одного часа держать наказанных нельзя.

— Я должна это учитывать? — Смех рвался из груди, но я упорно держала лицо самой Невозмутимости. — Если так, как вы говорите, то я сама буду покидать вашу приёмную через час.

Кир, вместо того, чтобы строить из себя супер властного ректора из сказок, довольно улыбнулся, руша все бульварные стереотипы.

— Увы. Как зачинщица вчерашнего беспредела, закончившегося магическим вызовом главы академии, ты будешь отбывать трёхчасовое наказание.

— А как же уроки? — Давно такая неуклонно подступающая ко мне угроза не загоняла меня в угол. — Я не хочу отставать по дисциплинам.

— Не отстанешь. Первые два часа будешь разбирать бумажки. Третий — делать уроки. Личная библиотека ректора будет в твоём распоряжении. Не всякий пятикурсник может похвастаться такой возможности.

Я поняла, что мне никак не избежать этого контакта с Маккеем. Даже были мысли, для чего это делается, но я решила затолкать их поглубже и не пускать фантазию в полёт. Я могу такого напридумывать, а потом, когда придёт пора столкнуться с реальностью… Разочаровываться? Нет. Не хочу. Будем считать, что Кир хочет присмотреться. Зачем? Просто так! Ха-ха.

— Хорошо. Спасибо. Я могу идти?

— Иди, — вроде как отпустил меня вампирюга, да только, как оказалось, не далеко. — Приступай к работе. Как раз до ужина успеешь.

— Прямо сейчас?! Но до ужина ещё пять часов!

— Как хорошо, что ты дружишь с нумерологией. Сработаемся. Иди… не теряй времени зря. Мия Гленда и так оставила после себя сплошную неразбериху. Учитывая твою молодость и соответствующее положению в обществе воспитание, тебе придётся несладко. Об одном прошу — не сделай хуже.

Моё терпение дало сбой. Хотя претензия Кира и выглядела вроде бы адекватно, но она относилась к Верин. Я же чувствовала горечь обиды.

— Если вы настолько убеждены в моей бесполезности, может лучше отменить способ исправительных работ?

Ректор поднялся с места.

— Запомни: я не отменяю своих решений.

— Довольно беспечное заявление. — Мне надоело косить под молодую скромницу-белоручку. — Говорят, что даже Боги ошибаются… ну, да ладно. — Я встала со своего кресла. — Вам виднее. Одно хотелось бы уточнить: продолжительность исправительного наказания. Насколько она может быть утомительна?

— Хм… — вампир усмехнулся. — Занимательная формулировка. Но я отвечу. Две недели. Срок наказания у всех пойманных на вчерашнем вызове одинаков.

— Хорошо. Кофе?

Брови ректора взлетели к нависшей на лоб чёлке.

— Баронесса и умеет делать кофе?

Я пожала плечами.

— Не хотите, как хотите.

— Отчего же, — остановил меня фразой Маккей. — Буду премного благодарен. Сегодня у меня в планере слишком много встреч, а ночь была… в общем, не было её. Принеси. Всё необходимое для кофе на кухне. Дверь слева. Только… постарайся меня не отравить.

— Пф!

— Спасибо, — Кир улыбнулся. Его шрам некрасиво повело, но он всё равно продолжил оставаться привлекательным мужчиной.

— За что?

— За всё.

Такой ответ поставил меня в тупик. А если ещё к нему прибавить проникновенный взгляд Маккея…

Очень захотелось конкретики, но я прекрасно понимала, что для неё ещё не пришло время. Кир, несмотря на всю свою уникальность и возраст, запутается в ответе.

«А может, и нет… Может, это я боюсь её услышать?»

Я отступила, развернулась и молча покинула кабинет, выдыхая только в приёмной.

В голове всё перемешалось. Чувства, мысли, кони люди… прям, как у классика. Но там была война, а у меня?

Я прошла к столу, заваленному бумагами.

От количества предстоящей работы скривилась.

«Пипец! Но в грязь лицом я не ударю! Фиг вам, а не белоручка!»

«Просто невероятно!» — удивляясь сама себе, заварила по старинке, без магии, кофе, отнесла чашку удивлённому Маккею и принялась разгребать завалы из личных дел, просьб и жалоб. Посыл моего удивления был направлен не на разбросанную по всей приёмной макулатуру, а конкретно на мои внутренние ощущения.