Когда вернулся, она уже не сидела. Юля медленно ходила по гостиной, останавливалась то у окна, то возле полок, водила пальцами по гладкому дереву, по стеклу. Выглядела чуть потерянной, но в каждом движении была любопытная осторожность — словно она боялась нарушить чужой порядок.

Увидев меня, она слегка улыбнулась — устало, но искренне.

— У тебя… всё как из журнала, — сказала она тихо.

Я протянул ей стакан.

— Держи.

Она взяла, поблагодарила кивком, отпила один глоток. На секунду её глаза задержались на моих.

Юля поставила стакан на столик.

— Я точно буду жалеть об этом, — произнесла она почти шёпотом, и прежде чем я успел что-то сказать — шагнула ближе.

Её пальцы дрогнули, скользнув по моей щеке. Тёплое дыхание, лёгкий аромат алкоголя и чего-то сладкого — и вдруг поцелуй. Не робкий и не случайный — настойчивый, настоящий, будто она решилась на то, чего давно хотела.

Я замер. На миг всё вокруг исчезло — звук, воздух, мысли. А потом всё-таки поддался: на её губы, на это безумное притяжение.

Я почувствовал, как она вздрогнула. От того, что сделала шаг туда, где возврата нет.

Девушка отстранилась, резко.

— Юля, — я тихо произнёс, когда она снова потянулась ближе, — Ты не в том сейчас состоянии...

Она замерла на полуслове, глаза блеснули — не от обиды, скорее от какой-то внутренней решимости.

— А по-другому... я бы никогда на такое не решилась, — сказала она, едва слышно, облизывая губы.

Мгновение — и она отвернулась. Сделала пару шагов в сторону открытой двери спальни, не оглядываясь. Движения — неровные, будто каждое давалось через силу. Пальцы коснулись лямок майки, ткань мягко соскользнула с ее плеч. Обувь полетела куда-то под кровать.

Я стоял, не двигаясь. В воздухе держался запах алкоголя, а вместе с ним — что-то, от чего внутри стянуло грудь. Секунда и я пошёл за ней.

10

Юля

Голова гудела, как после ночного рейса — ни сна, ни покоя, только вязкий гул внутри и странное чувство нереальности. Сердце билось где-то в районе висков. Пока ехала, отписалась маме: всё в порядке, перезвоню позже.

Такси остановилось у общежития. Я какое-то время просто сидела, глядя на знакомое здание. Не хотелось выходить — будто, стоит открыть дверь, и всё случившееся снова станет реальностью. Но из этого оцепенения выдернул голос таксиста и звонок от Лизы.

Я глубоко вдохнула прохладный, по-весеннему свежий воздух и пошла к себе, на ходу придумывая правдоподобную историю, где я "пропадала".

На втором этаже, прямо у двери, стояла Лиза. В спортивных шортах, с растрёпанным пучком и таким выражением лица, будто собиралась меня убить.

— Ну наконец-то! — воскликнула она, едва я появилась в коридоре. — Я тебе звонила десять раз! Где ты была?

— Телефон разрядился, — соврала я, не моргнув.

Она смерила меня взглядом с ног до головы. От её внимательного взгляда не укрылось ничего: ни смазанная тушь, ни топ, одетый неправильно.

— Ты что, плакала? — спросила тихо, уже без злости.

Я покачала головой и прошла в комнату.

Всё было до боли привычно — наши кружки на подоконнике, разбросанные тетради, запах кофе из термокружки. Я бросила телефон на кровать и опустилась рядом.

— Юль... — начала она, но я перебила:

— Всё нормально.

— Ага, вижу, — вздохнула она, садясь напротив. — Нормальные люди дома ночуют и на звонки отвечают.

Лиза взяла мой телефон, нажала на экран.

— Сел, говоришь? — хмыкнула, кинула обратно на кровать.

— Я устала, Лиза. Давай позже.

Она посмотрела на меня пару секунд и только сказала:

— Мы обязательно поговорим.

Я не ответила. Просто легла, глядя в потолок, чувствуя, как реальность медленно возвращается. Только в голове всё ещё вспыхивали глаза — тёмные, внимательные, те самые, что смотрели на меня без тени осуждения.

"Какая же я идиотка" — выдохнула я и, не раздеваясь, накрылась тонким покрывалом.

***

Проснулась ближе к полудню. Голова — тяжёлая, мысли спутанные. Легче не стало. В комнате пахло кофе и ванилью — значит, Лиза уже успела сбегать в буфет и сварить свой "антистрессовый капучино".

— Ну наконец-то, принцесса проснулась, — услышала я её голос. Лиза стояла у окна с чашкой в руках и прищурилась. — Расскажешь теперь, где ты пропадала?

Я потянулась, села, стараясь, чтобы лицо ничего не выдавало.

— Просто… поехала в гостиницу, — спокойно произнесла я.

— В гостиницу? — изумлённо переспросила она с прищуром. — Одна? После клуба?

— Ага, одна — кивнула, избегая её взгляда.

Она фыркнула, поставила чашку на стол.

— Ты хоть понимаешь, что я чуть не поседела? Я обзвонила всех! Думала, ты с Никитой уехала!

— С Никитой? — я рассмеялась чуть громче, чем хотела. — Нет. С Никитой — точно нет.

Лиза приподняла брови.

— Ну извини, но кто-то должен был предположить худшее. Ты исчезла, телефон не отвечал, а выглядела вчера… — она замялась, подбирая слово. — Как человек, который собирается натворить глупостей. К тому же я видела его там, и вы пропали из поля моего зрения почти одновременно.

Я откинулась на подушку, прикрыла глаза.

— Я просто хотела побыть одна, — сказала тихо. — Мне показалось, что у тебя что-то намечается, ты флиртовала с парнем. Не хотелось мешать.

Лиза покраснела.

— Я? Флиртовала?

— Ну да, — улыбнулась я краешком губ, вспоминая вчерашний вечер. — С тем парнем в белой рубашке.

— Господи, это же бармен! Я просто пыталась выбить скидку! — возмутилась она, но потом рассмеялась. — Хотя ладно, в твоей версии это звучит куда романтичнее.

Я тоже улыбнулась — немного, устало.

Лиза подошла ближе, присела рядом и тихо добавила:

— Больше так не исчезай, ладно? А если уж придумаешь оправдание — сделай его убедительнее. А я пока сделаю вид, что поверила.

Я посмотрела на неё, но переубеждать не стала. И так ясно — моя выдуманная история звучала нелепо, как плохое прикрытие. Лиза, несмотря на всю свою легкомысленность и блондинистые локоны, умная. Иногда даже слишком.

Я просто махнула ей головой в знак согласия. Пусть думает, что я просто устала. Что у меня был трудный день или вечер, ночь, а особенно утро. Что я нуждалась в тишине.

А правда...

Правда была такой, о которой я не могла сказать ни ей, ни кому-либо ещё. Как признаться, что на самом деле я пьяная последовала её же совету — не думать слишком много, забыть, позволить себе хоть раз что-то без оглядки — и провела ночь с первым встречным.

Глупость, отчаянная и нелепая. Но, что страшнее, — часть меня кажется даже не жалела об этом.

11

Следующие дни тянулись как в тумане. Каждое утро начиналось с той самой пустоты, от которой хотелось спрятаться под одеялом и не выходить.

Я просыпалась разбитой — словно и не спала вовсе. Голова гудела, веки были тяжёлыми, а под кожей будто пульсировало тревожное эхо ночных снов, не отпускавших меня до самого рассвета.

Сны были странные. Смутные, расплывчатые. В них всегда появлялся мужчина — высокий, с тёмными глазами, из которых, казалось, невозможно было отвести взгляд. Он стоял рядом, почти касаясь. Я чувствовала горячее дыхание у шеи, слышала низкий голос… но слова исчезали сразу, словно растворялись во мне. Оставалось только одно ощущение — будто кто-то смотрит прямо в душу, видит всё, даже то, что я сама пытаюсь забыть.

Я открывала глаза и уставленно смотрела в потолок. Ни ответов, ни воспоминаний. Только тягучая тревога под рёбрами.

— Вставай, спящая красавица, — пробурчала Лиза, собираясь. — У нас экзамены, если ты вдруг забыла.

— Помню, — хрипло ответила я, с трудом садясь.

Хотелось не учиться, не говорить, просто завернуться в одеяло и исчезнуть. Но я заставляла себя подниматься, умываться, натягивать на лицо видимость нормальности.