Юля выскользнула из кабинета почти стремительно, даже не обернувшись. Будто боялась, что я передумаю. Только отблеск её волос мелькнул в дверном проёме — и сразу тишина.

Я стоял неподвижно: секунда. Вторая. Третья.

Потом медленно достал телефон.

— Арсен, — сказал тихо, когда он ответил. — Нужна информация. На девушку. Юлия Власова. Она у нас практику проходит.

— Брат, тебе зачем?

— Без вопросов, — отрезал я. — Сделаешь?

— Говно-вопрос. Конечно.

— Жду.

Я убрал телефон, посмотрел в сторону двери, где секунду назад стояла она.

16

Арсен появился у меня в кабинете примерно через час — как будто ему сюда красную дорожку постелили. Даже не постучал: распахнул дверь, зашёл и сразу с той своей идиотской улыбкой до ушей:

— Ну что, брат, видел я твою практиканточку. Она ничего такая… необычная. В хорошем смысле, если что.

Я оторвался от монитора.

— Ты специально пришёл, чтобы сказать вот это?

— Ага. И ещё потому, что хотел увидеть выражение твоей физиономии лично и запомнить на всю жизнь, — усмехнулся он, усаживаясь напротив, будто дома. — Ты так настойчиво требовал нарыть инфу по ней, будто месяц по пустыне брёл, а она — последняя капля воды.

— Хватит, — нахмурился я.

Он, конечно, только хохотнул.

Потом посерьёзнел, положив на стол папку:

— Я всё пробил, как просил. Девушка реально студентка. На практике. Юлия Власова. Честно, ничего особенного: с небольшого города, двадцать один год, кстати, недавно исполнилось. Живёт в общаге с подругой, она же её одногруппница.

Я взглянул на фото. Тонкая шея. Линия плеч. И эти глаза — не просто разного цвета, а как два отдельных мира: голубой и зелёный. Как будто у одного человека два разных настроения.

Арсен прищурился:

— Про парня её тоже узнал. Но… тут как сказать. Фото совместные есть, но свежих — нет. Последние посты его никак с ней не связаны. То ли уже расстались, то ли поругались. Не берусь утверждать. Но выглядит всё… неоднозначно.

Я молчал, перелистывая папку, хотя прекрасно знал: ответа там нет.

Арсен тихо присвистнул:

— Ты знаешь, брат… Обычно, когда тебе кто-то нравится, ты хотя бы делаешь вид, что это не так. А сейчас даже не пытаешься.

— Она мне не нравится, — слишком быстро сказал я. — Просто любопытно.

— Угу, конечно, — ухмыльнулся он.

Я закрыл папку и подтянул её к себе.

— Спасибо. Иди уже.

Он поднялся, но у двери всё же обернулся:

— А глаза у неё, конечно, космос. Я бы, наверное, тоже запал.

— Иди работай. На нервы мне не действуй.

Он ушёл, оставив меня одного — с тишиной кабинета, её фотографией и этим странным ощущением, которое я никак не мог вытолкнуть из головы. Что-то в ней было. Неуловимое. Чертовски притягательное.

Юля

Рабочий день тянулся как жвачка, прилипшая к подошве. После визита в приёмную и разговора с… ним, я никак не могла прийти в себя. Всё плыло, будто я смотрела на мир через мутное стекло.

А Лев Алексеевич, будто почувствовав это, решил добить. Дёргал каждые двадцать минут: то перепроверить таблицу, то найти файл, то пересчитать документы, которые я уже пересчитала три раза.

Голос у него — липкий, раздражённый. Шаги — слишком громкие. Движения — резкие и нервные.

К вечеру у меня дёргался глаз. И я уже не понимала, кто больше выбил меня из колеи: Лев Алексеевич или Таир, который вдруг появился в моей жизни второй раз. Так внезапно. Так не вовремя.

Когда рабочий день наконец закончился — позже положенных 18:00 — я буквально вылетела из офиса. Даже не оглянулась. Бросила только небрежное "до свидания".

Лиза ждала у выхода.

— Ну что, живая? — спросила она. — Почему тебя так задержали?

— Пока живая, — выдохнула я. — Пойдём куда-нибудь. Я уже не могу. Руководитель практики сегодня просто сорвался с цепи.

Мы дошли до ближайшего кафе — тёплого, уютного, с мягким светом. Я заказала горячий шоколад. Казалось, если сейчас не обхвачу руками что-то тёплое — просто развалюсь на части.

Сели у окна. Лиза посмотрела на меня так, будто ждала когда же я начну.

— Так, — начала она, — выкладывай. Что у тебя стряслось?

Я вдохнула. Конечно, она ждала объяснений — особенно после моей СМС "Лиза, мне срочно нужна психологическая помощь" и трёх панических смайликов.

— Лиз… — я сцепила пальцы. — Помнишь ту ночь? После дня рождения? Я тогда была… не одна. Я встретила мужчину.

Она распахнула глаза.

— Это я уже давно поняла. Все ждала, когда же ты мне признаешься. Таира, я так понимаю?

— Да. — Я сглотнула. — Ночь я провела с ним. И я… не помню, что между нами было. Но догадываюсь, что мы не звёзды рассматривали.

Лиза замерла.

— Ты меня пугаешь. Как это — не помнишь?

— Я сама себя пугаю, — честно сказала я. — И сегодня я увидела его снова. Он… генеральный в "Глобал…".

Я рассказала всё: лифт, кабинет, его слова.

Лиза слушала, не перебивая, даже рот слегка приоткрыв. Когда я закончила, она выдохнула:

— Не кори себя. Ты ничего ужасного не сделала. Ночь провела с красивым мужчиной — Бог с ним, бывает. К тому же он, судя по всему, ещё и богатый. А он хоть красивый?

— Лиз-а-а-а… — я уткнулась лбом в стол. — А как же Никита? Я ведь его люблю! Все ещё люблю ...

— Пфф, — буркнула она, ткнув меня в плечо. — Забудь этого козла.

Она уже собралась сказать ещё что-то, как мой телефон буквально взорвался вибрацией.

На экране — "Лев Алексеевич".

— Кто это вообще? — Лиза закатила глаза. — Игнорируй.

Но звонок не прекращался. Я знала: если сброшу — не отстанет.

— Руководитель практики. Нужно ответить — сказала я, поднимая трубку

И зря.

— Власова! — рявкнул он так, что Лиза услышала даже без громкой связи. — Немедленно вернитесь в офис! НЕМЕДЛЕННО! Вы понимаете, что натворили? Вы испортили документы! Быстро обратно, пока я вас к чертям не отчислил!

Я оцепенела.

— Но… я уже ушла…

— Меня не волнует! Через пятнадцать минут чтобы были здесь!

И он отключился.

Я медленно положила телефон на стол.

Лиза втянула воздух.

— Ты серьёзно? Он нормальный вообще? Ты там не работаешь, это практика, он не имеет права…

— Я знаю, — честно призналась я. — Но если он напишет плохую характеристику… мне конец.

Я встала. Колени дрожали.

— Прости. Мне нужно идти. Увидимся дома.

Лиза тоже поднялась.

— Я пойду с тобой!

— Нет, — покачала я головой. — Тебя всё равно не пустят.

Она хотела спорить, но сдалась. Знала, что бессмысленно.

Я вышла из кафе с ощущением, что вечер закончится очень нескоро.

17

Время близилось к десяти вечера, когда я наконец добралась до нужного этажа. В коридорах было тихо. Лишь редкие полосы света под дверями отдельных кабинетов напоминали, что кто-то всё ещё работает.

Я пыталась успокоить дыхание, крепче сжала ремень сумки и шагнула в наш отдел. Свет горел. Но Льва Алексеевича не было видно — и я выдохнула чуть свободнее.

Подошла к столу, пытаясь понять, что вообще могла "накосячить", когда…

ХЛОП.

Дверь захлопнулась так резко, что сердце подпрыгнуло к горлу. Я резко повернулась и дыхание сбилось.

Лев Алексеевич стоял у двери. В его руке блеснул ключ. Он медленно, почти демонстративно провернул его в замке… и так же показательно убрал в карман пиджака

— Ну вот, — протянул он, подходя ближе. Голос стал ниже, вязкий. — Теперь у тебя не получится убежать.

У меня похолодели ладони.

— Я… вы сказали, что я ошиблась в документах… — голос дрогнул, и я ненавидела себя за эту слабость.

— Ошиблась? — он усмехнулся, делая ещё один шаг. — Конечно ошиблась. Ты вообще много чего неправильно делаешь. Например… — его взгляд медленно скользнул по мне сверху вниз, оставляя за собой мурашки, — слишком вольничаешь с начальством. Бегаешь по офису.