6

Следующие два дня прошли как один — будто я жила на автопилоте. Утро, кофе, конспекты, бессонница… Всё смешалось в один бесконечный день. Никита больше не пытался со мной поговорить, и от этого, странно, но стало только хуже. Это молчание было громче любых слов. Я знала, если он напишет — сорвусь, поэтому просто взяла и заблокировала его везде. В мессенджерах, в соцсетях, даже номер удалила. Но цифры всё равно крутились в голове, как заезженная пластинка.

Сессия приближалась, но учёба не спасала. Я могла часами сидеть над учебниками, и всё равно ловила себя на том, что смотрю в пустоту.

А потом настал, тот самый день, мой день рождения.

Проснулась я от визга Лизы и от того, что на меня посыпались шары. Комната была утыкана цветом — розовым, серебряным, белым. На кровати — коробка с бантом и открытка с надписью: "Ты обязана сегодня блистать".

— Так, без нытья, именинница! — скомандовала Лиза, забираясь ко мне на кровать. — Я уже всё устроила. Вечером идём в клуб. И не просто в клуб — в тот самый. Столик забронирован, наряд подберём, и никаких "не хочу".

— Какой клуб ? — промямлила я, зевая.

— Тот самый, самый лучший! — торжественно объявила она. — Я ещё неделю назад говорила тебе, про то как мы отметим, твой день. А если серьёзно — тебе пора. Пора перестать страдать и начать жить.

Я только усмехнулась, не совсем веря, что смогу.

— И знаешь что, — Лиза наклонилась ближе, хитро щурясь. — Мой тебе подарок — совет. Бесплатный, но гениальный.

— Ну давай, удиви.

— Замути там с первым встречным. Не обязательно насмерть влюбляться. Просто — оборви всё, что тянет назад. Окончательно.

— С первым встречным? — переспросила я, поднимая бровь.

— Абсолютно. Пусть хоть на вечер, хоть на час. Главное — не оставляй места для прошлого.

Я замолчала, глядя, как один из шаров медленно сползает к полу, шурша по покрывалу.

— Ладно, — выдохнула я. — Клуб, так клуб. Только если что — виновата ты.

— Я всегда беру ответственность, — подмигнула Лиза. — Сегодня ты — центр моей вселенной.

Я улыбнулась. Неуверенно, но впервые за долгое время — по настоящему.

Дальше день тянулся будто в замедленной съёмке — ленивый, шумный, но какой-то не совсем мой. С утра телефон вибрировал без остановки: сообщения, стикеры, звонки, поздравления. Все желали "любви, счастья, улыбок", и я отвечала автоматически, вставляя смайлики между словами, чтобы не казаться грубой.

Мама позвонила ближе к обеду.

— С днём рождения, солнышко, — сказала она тем тоном, от которого у меня всегда внутри всё сжималось. — Я так по тебе скучаю. Надеюсь, сегодня ты не будешь грустить?

— Не буду, — солгала я. — Мы с Лизой в клуб идём вечером.

— Куда? — в голосе сразу тревога. — Только, Юль, будь осторожна, ладно?

Я улыбнулась, хоть она не могла этого видеть.

— Мам, мне уже двадцать один. Не маленькая. Я справлюсь.

Она вздохнула, что-то сказала про "осторожнее с алкоголем", и разговор плавно сошёл на нет. Я поймала себя на мысли, что, несмотря на всю любовь, мне хотелось, чтобы она не звонила. Не сегодня. Не спрашивала, как я.

К вечеру Лиза уже металась по комнате, будто готовилась не к вечеринке, а к съёмкам клипа. Вокруг — хаос: косметика, плойки, духи, блестящие топы и бесконечные "что наденешь?".

— Так, ты же не собираешься идти в этом? — спросила она, ткнув пальцем в мои джинсы и белую майку.

— А что? Удобно, — пожала я плечами.

— Удобно?! — у неё чуть пена у рта не пошла. — Юля, это твой день рождения, а ты выглядишь, как будто идёшь на зачёт по социологии!

— Ну и пусть, — буркнула я.

— Нет! — отрезала она. — Сегодня ты должна блистать! Платье! Срочно!

— Не надену, — сказала я твёрдо. — Не хочу.

Мы спорили минут десять. Лиза драматично хваталась за сердце, утверждала, что я разрушаю всю концепцию вечера, и грозилась пойти без меня. В итоге я сдалась — наполовину.

— Хорошо, — сказала я, — без платья, но я сменю верх.

Лиза тут же просияла. Через пару минут из её шкафа появился топ с блестящими пайетками. Серебристый, переливающийся в свете лампы.

— Идеально, — выдохнула она. — Видишь? Уже лучше. Теперь ты похожа на девушку, у которой впереди ночь, а не конспекты.

Я усмехнулась, примеряя обновку. Топ оказался холодным на ощупь, но сидел точно по фигуре. Слишком ярко, слишком вызывающе — не моё.

— Всё, — сказала я, — поехали. Пока я не передумала.

— Вот это настрой! — воскликнула Лиза, хлопнув в ладоши. — Сегодня ты забудешь, что когда-то страдала из-за какого-то Никиты. Сегодня твой день — моя королева.

Я только усмехнулась и сунула телефон в сумку. Вечер уже начинался. И где-то внутри меня росло чувство, будто за порогом этой комнаты действительно ждёт что-то новое.

7

Такси остановилось у входа в клуб, и я на секунду замерла, глядя на яркую вывеску, переливающуюся неоном. Музыка гудела даже сквозь закрытые двери, казалось весь воздух вокруг дрожал от басов.

— Пошлиии уже, — потянула меня за руку Лиза.

Внутри было полутемно, только вспышки света пробегали по лицам — розовые, синие, фиолетовые. Неоновые полосы скользили по стенам, по волосам танцующих, отражались в бокалах. Казалось, каждый здесь жил на пределе — смех, музыка, запах алкоголя, парфюма и чего-то сладкого, едва уловимого.

Кроме нас с Лизой, пришло ещё несколько девчонок из группы — я узнала Катю и Марину, они уже вовсю смеялись и снимали сторис. Я попыталась улыбнуться, когда они поздравили меня, но внутри всё равно оставалось пусто.

Мы заняли высокий столик у бара, и Лиза сразу заказала коктейли — яркие, алкогольные. Первый глоток обжёг холодом, потом потеплело. Музыка была такой громкой, что даже мысли пришлось перекрикивать. И, может, это было к лучшему.

Я смотрела, как люди двигаются, танцуют, смеются. В какой-то момент даже поймала себя на том, что начинаю расслабляться. В голове становилось легче, тело будто вспоминало, как это — просто быть и не думать.

И вдруг.

За барной стойкой, среди десятков лиц, я увидела его.

Никиту.

Он стоял, облокотившись на стойку, с бокалом в руке — привычный жест, знакомый изгиб плеч. И рядом — она. Та самая. Та, из-за которой я впервые почувствовала, как сердце может ломаться от одного только взгляда.

Мир будто на секунду перестал двигаться. Музыка ушла куда-то далеко, сквозь ватную тишину. Я не могла отвести глаз, даже когда он обернулся — случайно или нет, не знаю. Наши взгляды встретились.

В груди что-то сжалось. Резко, слишком больно. Как будто воздух вырвали.

Я отвернулась первой, сделала глоток из бокала — быстрый. Алкоголь обжёг горло, но не заглушил боли.

— Всё нормально? — спросила Лиза, заметив, как я побледнела.

— Да, — выдохнула я. — Просто показалось.

Она ничего не ответила, только внимательно посмотрела и вдруг взяла меня за руку. Музыка снова накрыла. Люди смеялись, огни мелькали, кто-то танцевал на барной стойке. А я сидела и пыталась убедить себя, что не чувствую. Что всё давно закончилось. Но сердце, предатель, всё равно ныло — тихо, настойчиво, напоминая: не все так просто.

Дальше я просто пила и танцевала. Потом снова пила. И снова танцевала.

Музыка била прямо в грудь, в виски, в кровь — будто пыталась вытеснить из меня всё, что болело. Я смеялась, кричала строчки песен, подхватывала Лизу за руки, кружилась с ней, пока пол не ускользал из-под ног. В каждом движении — злость, отчаяние, усталость. Я хотела вытравить из себя это мерзкое, саднящее чувство. Выжечь память о нём до последней искры.

Коктейли сменяли друг друга, и с каждым новым глотком становилось всё легче и всё тяжелее одновременно. Мир расплывался — яркий, пульсирующий, живой. В какой-то момент я перестала различать лица. Все вокруг смеялись, кто-то обнимался, кто-то снимал видео, кто-то шептал на ухо слова, которых я не слышала.