Мой подбородок задрожал.

— Понятия не имею, что это значит. Я перестала учить французский в школе, потому что... — я икнула. — Я влюбилась в немецкого студента по обмену, поэтому перешла на немецкий, но оказалось, что у него дома есть девушка, а я даже ни разу не говорила по-немецки после выпуска! — Видимо, моя склонность к неудачным решениям коренится ещё в подростковом возрасте.

Я тогда немного истерила, но эмоциям не было предела. Когда одна выходила из себя, остальные тоже выходили из себя.

Винсент усмехнулся.

— Значит, всё получится, если только речь не идёт об отношениях с немецким студентом по обмену. С этим, очевидно, ничего не вышло.

Мой рот дёрнулся.

— Не смеши меня. Я пытаюсь грустить.

— Ты можешь грустить, — он успокаивающе погладил меня по спине. — Ты можешь быть кем угодно.

Я растворилась в нём. Я не привыкла к тому, чтобы на кого-то можно было опереться, но это имело огромное значение. Мои слёзы стали течь гораздо медленнее, чем в туалете, и, подняв голову, я с удивлением осознала, что прошло всего несколько минут с тех пор, как я расплакалась в его объятиях.

— Извини, что заляпала тебе всю рубашку соплями, — я снова икнула, лицо горело от смущения. — Я куплю тебе новую, обещаю.

— Не беспокойся. Это всего лишь рубашка. — Винсент посмотрел на меня, его глаза потемнели от невысказанного беспокойства. — Тебе лучше?

Я кивнула. Теперь, когда я уже не плакала, я вдруг остро осознала, что всё ещё в его объятиях. Тепло его тела окутало меня, согревая изнутри. Одна его рука покоилась на моей спине, а большой палец другой лениво поглаживал круг под моей лопаткой.

Искры пробежали по моему позвоночнику.

Это был наш первый раз, когда мы были так близко друг к другу с тех пор, как почти поцеловались. Винсент, казалось, тоже это понял, потому что его мышцы слегка напряглись.

Тишина между нами нарушилась. Меланхолия сменилась чем-то плотным и электрическим. Оно потрескивало где-то под поверхностью, и я чувствовала, как его сердце учащенно бьётся в ответ. Оно совпадало с бешеным ритмом моего собственного пульса.

Спроси его о пари. По нашим условиям, пари было действительно, пока мы живём вместе. Он съехал, но официально мы его так и не расторгли.

Мы бы тоже никогда не разобрались с тем, что произошло на кухне. Сейчас был идеальный момент, но у меня не хватило эмоциональной выносливости для ещё одного сложного разговора сегодня.

— Ты едешь домой на каникулы? — Я выбрала более безопасную тему.

Команда отдыхала две недели перед Рождеством. Обычно межсезонный перерыв приходится на январь, а в прошлом году у нас его вообще не было, но руководство Премьер-лиги решило в этом году внести разнообразие.

Винсент покачал головой.

— Мой отец почти все каникулы проведёт в Бордо, и мне не хочется оставаться дома одному. — Он помедлил, а затем сказал. — У меня день рождения на следующей неделе, и я в последний момент замутил поездку в Будапешт, чтобы отпраздновать его. Мы с ребятами сняли виллу, но места там предостаточно. Тебе стоит присоединиться к нам. Карине тоже. Скарлетт уже едет с Ашером, так что для вас троих это будет похоже на девичник.

Не придавай этому слишком большого значения. Это была групповая поездка, а не романтическое путешествие на двоих. И всё же у меня внутри всё трепетало.

— Это звучит потрясающе, но, учитывая, что к январю я останусь без работы, мне не следует отправляться ни в какие поездки в последнюю минуту, — неохотно сказала я.

— Все расходы оплачены, за исключением авиабилетов. — На его щеках блеснула ямочка, из-за моего шокированного выражения лица. — Мы уже оплатили виллу, еду и напитки. Тебе остаётся только приехать.

— У тебя день рождения. Разве не мы должны за тебя платить?

Он пожал плечами.

— Так и есть. Ну, ребята заплатили. Я отвечал только за депозит за виллу.

Я прикусила нижнюю губу. Приглашение было заманчивым. Я никогда не была в Венгрии, а ненадолго уехать из Лондона могло бы пойти на пользу моему психическому здоровью. Я не выезжала из города с тех пор, как мы со Скарлетт и Кариной съездили летом в Котсуолдс.

— Это поможет тебе прочистить голову, — сказал Винсент. — К тому же, как часто тебе удаётся отправиться в путешествие, спонсируемое профессиональными футболистами?

— Верно. — Я приняла решение, прежде чем мои более практичные ангелы успели меня отговорить. — В таком случае, я согласна.

Я не рассказала отцу о поездке в Будапешт. Он мог бы узнать сам, но, как и в случае с соседом по квартире, я не сделала ничего плохого. Единственная причина, по которой я скрывала от него свою поездку, заключалась в том, что я не хотела, чтобы он вымещал злость на Винсенте.

К тому же, мы не разговаривали с тех пор, как встретились в коридоре. Свое упрямство я унаследовала от него, и я отказалась первой начать разговор с помощью общественной рекламы в Венгрии.

Однако, когда мы с Кариной приземлились в Венгрии в следующую пятницу, я меньше всего думала об отце. Мы приехали последними, потому что ей нужно было сначала закончить работу, но Винсент настоял на том, чтобы за нами прислали машину. Водитель уже ждал нас на выходе из зоны выдачи багажа, и нам оставалось только расслабиться и отдохнуть, пока он вез нас на виллу.

— Интересно, кто ещё там будет, кроме Скар и Ашера, — задумчиво пробормотала Карина. — Надо было спросить, прежде чем согласиться.

— Ты бы отказалась из-за кого-то из списка гостей?

— Ни в коем случае. Полностью оплаченный отпуск в Будапеште? Они могли бы пригласить Фредди Крюгера, а я бы всё равно приехала. Мне любопытно, какой будет список гостей. Вот и всё.

— Это группа футболистов. Адиль, может быть, Сэмсон. И ещё несколько.

— Хмм.

Я прищурилась.

— Что это было?

— Что было что? — невинно спросила она.

— Это хмм.

— Ничего, — Карина осмотрела свои ногти. — Мне просто показалось интересным, что Винсент пригласил тебя на мальчишник.

— Это не мальчишник. Там будет Скарлетт, и он пригласил тебя.

— Только как твой плюс один. Скажи мне правду. — Она толкнула меня в колено своим. — Что-то случилось, пока вы жили вместе?

Жар разлился по моему лицу и груди.

— Нет. Я бы тебе сказала, если бы это было так.

Ничего не произошло. Если бы мы с Винсентом действительно поцеловались, я бы всё рассказала. Это был слишком большой секрет, чтобы его хранить. До тех пор я держала рот на замке.

Не то чтобы я рассчитывала поцеловать Винсента в ближайшем будущем. Это было лишь предположение.

Вилла Винсента, арендованная в этом районе, была, по уверениям нашего водителя, одной из лучших в городе. Это было великолепное, просторное здание, занимавшее четыре этажа и несколько балконов, но было так поздно, что мы с Кариной не стали его осматривать. Мы поздоровались со Скарлетт и Ашером, которые указали нам, где находится наш номер, и тут же отключились. Винсента мы даже не увидели, он, похоже, был где-то с другими ребятами.

На следующее утро мы проснулись под смех и болтовню снизу. Мы оделись и пошли в гостиную, где все завтракали и играли... в дженгу?

— Б! К! Вы здесь! — радостно воскликнул Адиль. — Вам не хватает только буквы А! — Он помолчал. — Подождите. Я могу быть вашей буквой А! Мы как трио, играющее по алфавиту (прим. ABC так как Карина в англ. начинается на C).

Карина взглянула на него.

— Ты пьян?

— Нет. Он просто чувствует себя обделённым, потому что не пьёт, и всё время притворяется пьяным, чтобы компенсировать это. — Сэмсон развалился на диване, обнимая красивую брюнетку. — Ещё одна версия – родители уронили его головой вниз в детстве.

По группе прокатился смех. Адиль бросил фишку дженги в ухмыляющегося нападающего, который, казалось, ничуть не смутился, когда фишка отскочила от его лба.