— Больно, — прокомментировал Дисо, когда отряд возобновил движение.

— Зато живой, — проворчал капитан. — Нашел время привлекать к себе внимание, у тебя его сегодня и так будет предостаточно. Осторожнее там, — крикнул он, обернувшись. — Приглядывайте за впереди идущим!

Нам повезло, больше никаких неожиданностей на пути не случилось. И к полудню наш отряд в полном составе добрался до места назначения.

Правда, только по словам проводника, неожиданно поднявшего руку и приказавшего ставить лагерь. Вокруг по-прежнему была бесконечная засыпанная раскаленными песками равнина. И никакого намека на рукотворные сооружения.

— Уверен, что мы на месте? — на всякий случай уточнил у шестирукого капитан.

— Да, — безэмоционально ответил представитель искусственного разума. — Я здесь.

— Сможешь пустить нас внутрь?

На этот раз, чтобы ответить, небиологическому разуму потребовалось некоторое время.

— Нет, — наконец, сообщил он. — Вес песка слишком велик. Надо копать.

— Раскаленный песок под палящим солнцем? — усмехнулся Руно. — Нас ожидает веселое продолжение дня.

— Сделаем навесы. Они помогут от солнца. В тени песок постепенно остынет, — пожал плечами шестирукий.

— Он прогрет настолько, что вот-вот начнет запекаться в стекло. — вздохнул капитан. — А у нас совсем нет времени ждать. Ладно. Показывай, где копать.

Проводник сделал несколько шагов вперед и уверенно кивнул себе под ноги.

— Здесь.

— Тащите сюда побольше ткани от палаток! — громко скомандовал Руно, столпившимся чуть в стороне аборигенам. — Мастерим навесы над этим местом. Остальные палатки ставим кругом вплотную, чтобы ветер не засыпал яму и солнце не попадало.

Дважды объяснять не пришлось. Синхронно кивнув, шестирукие, видимо, уже объединившиеся для большего удобства с небиологическим разумом, начали распаковывать тюки. Крылатые, которые в отличие от нас с капитаном впервые видели местных в такой связи, с любопытством наблюдали за их слаженными действиями.

— Жутковато, — передернул плечами Торо. — Словно неживые…

— Отчасти так и есть, — заметил Руно. — Эта часть иторцев выведена искусственно.

— То есть они роботы? — удивленно уточнил техник. — Насколько же была развита их цивилизация?! Добиться такого точного имитирования живого организма…

— Все куда интереснее, мой друг, — улыбнулся Руно. — Они не имитируют. Иторские ученые создали новый вид, объединив живое с неживым в полноценный организм, способный к развитию и даже воспроизведению.

— Это невозможно…

— И абсолютно реально, как видишь. После войны эти шестирукие стали полноправными жителями Итора, наравне со своими полностью биологическими собратьями.

— Судя по тому, что мы успели увидеть, война тут еще идет.

— Да, и, к сожалению, мы уже стали ее частью. Потому запомните — любой мой приказ исполнять без вопросов. Чтобы потом в отчетах не было ни единого имени, кроме моего. Ясно?

— Но… — заикнулся кто-то, но Руно обвел команду таким взглядом, что желающих возражать больше не нашлось.

— Да, капитан, — хмуро закивали крылатые, явно недовольные решением командира взять ответственность на себя.

— А я говорила, что никому это не понравится, — тихо шепнула я Руно, когда мы ненадолго оказались наедине. — Своим требованием свалить все на тебя, ты их обижаешь.

— Переживут, — сухо отрезал капитан. — С меня хватит и одной упертой барышни, решивший сопроводить меня на эшафот.

— До него еще надо дожить, — философски заметила я, пожав плечами.

— Пока у нас неплохо получается, — усмехнулся Руно. — Если так пойдет и дальше, успеешь пожалеть, что заполучила самого знаменитого холостяка Панкара.

— Зато хоть в учебники попаду, — вернула я шутку. — Как еще было оставить след в истории младшему пилоту?

— Значит, все ради славы? — протянул Руно, ловя меня за руку и подтягивая к себе.

— Конечно, — уверенно заявила я, уткнувшись носом в его шею и вдыхая ставший таким родным запах. — Уж не решил ли ты, что я влюбилась?

— Я запомню твои слова, отличница, — шутливо пригрозил Руно, целуя меня в макушку. — Идем, нас ждет очень большая песочница.

И правда, оказалось, что шестирукие уже успели сделать навес над указанным проводником местом, и теперь разделились. Часть продолжила разбивать лагерь, а оставшиеся обматывали руки нарезанными на узкие ленты кусками ткани, чтобы песок не так сильно обжигал руки при раскопках.

Крылатым местные отвели роль помощников. Команду разделили на группы по пять человек и выстроили в цепочку от будущей ямы до внешнего края палаток — переносить выкопанный шестирукими песок за периметр. Как только все было готово, работа закипела.

Я никогда раньше не видела, как копают шестирукие. А посмотреть было на что. Я привыкла, что аборигены пользуются вполне привычным набором рук, изредка добавляя третью. Но сейчас в ход шли сразу все шесть. Зрелище вгрызающихся в толщу песка с упорством машин иторцев пугало и завораживало. Синхронность, созданная их связью с ИИ, усиливала впечатление.

Мы едва успевали выносить из-под навеса песок. Осыпающиеся края ямы укреплялись все той же тканью и колышками. Помогало только отчасти, но по заверениям проводника, очищать двери начисто было и не обязательно.

Раскопки продолжались несколько часов. Спина отваливалась. Мы переносили столько песка, что, наверное, хватило бы на целую дюну. Не задействованные в работах шестирукие успели не только поставить лагерь и развести костры, но даже послать разведку, которая вскоре вернулась обратно с подкреплением — на место сбора подошел отряд, с которым капитан отослал Илит. Они, как и планировалось, разбили свои палатки с подветренной стороны, чуть поодаль от нас. Мне показалось, что на мгновение я увидела, как мелькнули между палаток крылья подруги, но присмотреться повнимательнее не удалось — нужно было возвращаться за следующей порцией песка.

Когда под рукой одного из копателей мелькнул металл, представитель небиологического разума поднял руку, останавливая работы.

— Отойдите, — скомандовал он, первым делая шаг от края ямы.

Когда все отошли на достаточное расстояние, проводник закрыл глаза.

Сначала ничего не происходило. Но потом откуда-то из-под песка послышался низкий гул, и песок на дне ямы начал медленно оседать. Затем все снова прекратилось. И вдруг внизу с металлическим скрежетом распахнулись створки массивных ворот, образовав проход в темный явно рукотворный коридор.

— Я жду вас, — жестом указал в темноту представитель искусственного разума и замер, недвусмысленно намекая, что предпочел бы не терять времени понапрасну.

Руно с некоторым сомнением посмотрел вниз, затем переглянулся с механиком.

— Как договаривались. Тройками за мной, — крикнул он.

И, подавая пример, первым шагнул в неизвестность.

Последний памятник научному гению иторской цивилизации, встретил нас гулкой тишиной пустых коридоров.

Мы задержались у дверей ровно настолько, чтобы Торо успел заблокировать створки, и теперь медленно продвигались внутрь. В тройку капитана входили мы с Дисо, близнецы Робдэн и Юдэн сопровождали Торо, еще трое крылатых — младшие техники — замыкали шествие.

Я с любопытством осматривалась. На полу лежал нетронутый слой пыли, подтверждавший слова небиологического разума о том, что со времен войны здесь никого не было. За столько лет мы стали первыми, кто шел по этим коридорам с тех пор, как это место покинули работавшие тут ученые! Это завораживало.

Вдруг сверху что-то пару раз клацнуло, и в коридорах включилось аварийное освещение.

— До конца прямо, потом лифт, — донесся из динамиков механический голос искусственного интеллекта. Когда он говорил с нами через шестирукого, было гораздо приятнее! А сейчас этот безжизненный тон слишком уж явно напоминал, что его обладатель — древняя компьютерная программа.

— А есть лестница? — громко спросил капитан. Видимо, чувствуя что-то похожее.