Досчитав до двух, я вошла внутрь. Полки склада ломились от ящиков с питательными батончиками. Кажется, нам на пару с капитаном такого запаса хватило бы на целую жизнь. Но сколько я смогу унести с собой сейчас?

Чтобы не терять время на размышления, я принялась распихивать батончики по карманам. Когда карманы кончились, я заметила в углу брошенный кем-то рюкзак — и начала набивать его припасами, сгребая их пригоршнями прямо с полок.

Но тут произошло то, чего я боялась больше всего: корабль шевельнулся.

Скрежет металла оглушил меня, а меня отбросило в стену. Батончики дождем посыпались на пол.

Неужели это конец? — невольно пронеслось у меня в голове, когда новый толчок сначала швырнул меня на один из стеллажей, выбив воздух из легких, а сразу после этого мое ослабленное тело с силой вжало в противоположную стену.

Спустя несколько секунд прижимная сила отпустила меня, и я сползла на пол, вжимаясь спиной и руками в стеллаж и боясь тронуться с места.

Сердце все еще бешено колотилось. Я не была уверена, что могла пошевелить хотя бы кончиком хвоста. Это казалось глупым, но тот, кто не оказывался в подобной ситуации, не смог бы оценить весь ее ужас. Одно крошечное движение могло стать причиной нашей гибели — и это знание парализовывало.

В дверном проеме появился капитан. Он угрюмо взглянул на меня.

— Так и будешь сидеть на полу, отличница?

Я не нашла, что ответить.

— Если продолжишь там сидеть, мы точно оба сгинем на этом корабле.

— Я не могу, — едва не рыдая, прошептала я.

Руно пристально осмотрел меня.

— Ладно. Ты хотела знать, почему я тебя взял? — голос капитана смягчился.

Я слегка удивленно посмотрела на него.

— Не из-за твоих успехов. Я при каждом наборе пачками отсеиваю таких заучек. Но ты… в тебе я увидел потенциал и стержень.

— То есть боевую единицу? — я грустно усмехнулась.

— Пойдем уже, — проигнорировал капитан мой вопрос. — Корабль долго не выдержит. Давай руку.

Я ухватилась за его руку и поняла, что ноги онемели. Руно тоже это понял — и резко дернул к себе.

Мне казалось, что у меня рука сейчас оторвется, но все обошлось. В который раз за эти дни я вновь оказалась в крепких объятьях капитана. Корабль недовольно заскрипел, готовый вот-вот сорваться вниз.

Перехватив меня поудобнее, капитан кинулся к заднему отсеку, оттолкнулся от уже начавшего сползать корабля — и прыгнул.

Шаттл за нашими спинами со скрежетом полетел вниз. Я закрыла глаза, не желая этого видеть.

Еще секунда, и мы жестко приземлились на камни. Капитан попытался укрыть меня своими крыльями, смягчая удар, но я все равно стукнулась о камень локтем. С такого близкого расстояния никакое защитное поле не спасало. Все же наши технологии не были еще доведены до совершенства.

Столкнувшись с жестким склоном, мы несколько раз перевернулись. И я вдруг обнаружила, что лежу на капитане. На теплом большом звере. В голову тут же ударил коктейль из гормонов.

Хоть мое цветение и перешло в более спокойную фазу, рядом с капитаном оно словно бы вновь возвращалось в острую стадию. Мысли начинали сходить с ума, по телу пробежала мелкая дрожь, в ожидании близкого контакта.

— Цела? — оборвал мои мысли суровый голос Руно.

Я с грустью отметила, что, кажется, совсем не привлекаю Руно Леви. На него уже совсем не действовали мои флюиды. Что было неудивительно, если он смог выдержать первые дни цветения, сейчас и подавно мог игнорировать феромоны.

Я закусила губу, стараясь скрыть невольную обиду.

— Так точно, — подтвердила я.

— Тогда давай спускаться. Не горю желанием задерживаться на этом... чем бы оно ни было.

Мне же хотелось и дальше так лежать. Капитан был таким большим и теплым. А если бы он накрыл меня своими крыльями, то я, наверное, и вовсе могла бы уснуть.

— Да, капитан, — кивнула я и с сожалением поднялась с него.

Взглянув вниз, я увидела у подножия существа груду металла, которая когда-то была нашим кораблем. Надеюсь, капитан успел отправить сигнал бедствия.

Спускаться вниз оказалось куда неожиданно проще. Местами даже приходилось тормозить себя, чтобы сильно не разгоняться.

Оказавшись на краю «живой горы», я сначала испугалась. Высота была небольшой, вызывало страх само это существо. Склон резко обрывался, дальше была пустота — и сотни одинаковых серых конечностей. Капитан приободрил меня, и, подавая пример, первым спрыгнул вниз, расправив крылья, и мягко приземлился на планету. Я последовала за ним, но мои крылья были меньше и слабее, потому мое приземление было куда жестче.

— Не ушиблась? — заботливо поинтересовался капитан.

— Нет, — через силу улыбнулась я, ощущая небольшой дискомфорт в левом колене. Я осторожно сделала несколько шагов — идти могла, значит травма не была тяжелой. Я облегченно выдохнула.

— Куда мы теперь? — спросила я у капитана. На самом деле я надеялась услышать, что мы останемся на месте в ожидании спасательного отряда. По крайней мере кодекс предписывал после включения маяка именно это.

— Надо найти здесь хоть какую-то съестную растительность, — угрюмо произнес Руно. — И понять, насколько вообще пригодна данная планета для питательных культур.

Я ошеломленно взглянула на него. Что он хотел этим сказать? Мы здесь застряли? У меня язык не поворачивался спросить напрямую.

— Знаешь, — лирически продолжил капитан, — пока был на шаттле, я успел просмотреть последние полученные сенсорами данные по этой планете, и заметил, что в нескольких километрах туда, — он указал пальцем, — есть большое неоднородное тепловое скопление. Рискну предположить, что там находится либо город, либо пастбище. Предлагаю сходить посмотреть.

— Капитан, но как же команда спасателей? — все-таки решилась я. — Мы ведь должны…

— Не будет никаких спасателей, — угрюмо перебил Руно. — Улетел наш корабль. Так что здесь остались только мы с тобой, да с десяток человек нашего экипажа, которых было бы неплохо спасти. Если, конечно, они еще живы.

У меня закружилась голова. Что наплел Дамьян, когда вернулся без нас на основной корабль?! К сожалению, я знала только один вариант, при котором такое развитие ситуации было возможно — смерть главнокомандующего. Но был ли способен мой бывший на такой обман и зачем ему это? Я не могла сказать наверняка.

Я с надеждой посмотрела на Руно, надеясь, что сказанное было лишь жестокой шуткой. Но капитан имел самый, что ни на есть суровый вид, и я была вынуждена поверить в главный кошмар любого исследователя: нас оставили здесь умирать.

Меня буквально выворачивало изнутри от осознания — скорее всего я никогда больше не вернусь на Панкар. Эта, в сущности, простая и логичная мысль сводила меня с ума.

Могла ли я предположить такой исход, когда отправлялась сюда? Когда подавала документы в академию, когда со всех ног бежала к капитану, так боясь опоздать? Неужели все мои старания нужны были для того, чтобы первый же полет закончить в богом забытой системе?!

— Почему... он так поступил? — с трудом выговорила я.

— Не знаю, — честно признался капитан. — Возможно, захотел славы и денег, как первооткрыватель внепанкарской жизни. Или у него были какие-то личные причины. Как бы то ни было, у нас нет времени переживать из-за этого. Надо найти источник пропитания и нашу команду... Если, конечно, нам осталось, кого искать, — угрюмо добавил он в конце.

— Вы говорили, что столкнулись с чем-то необычным в том городе... - вдруг вспомнила я. И теперь, когда мы остались наедине с ними, без подмоги и надежды на спасение, мне нужно было узнать, что видел капитан в тех руинах.

— Я не могу ручаться за то, что видел, — уклончиво сказал капитан. — Пустыня бывает обманчива.

— Не тяните. И без того дурно.

Капитан помолчал, подбирая слова.

— Возможно, мы имели дело с небиологической формой жизни.