Этот вопрос как-то не приходил ранее мне в голову. Но теперь, когда его озвучил капитан, он заполнил все мои мысли. И действительно: зачем мы шестируким?

— К сожалению, — ровным голосом продолжил Руно, — у меня есть теория, но она даже мне не нравится.

— Говорите, — потребовала я, — переживу.

Он со скепсисом посмотрел на меня, и вздохнул:

— Прежде чем уйти, я успел осмотреть тела. Их не просто убили при попытке к бегству. У Падэ одно крыло было надрезано, а Мирэ лишен хвоста...

— Не продолжайте, я поняла, — попросила я капитана, почувствовав подступавшие к горлу рвотные позывы.

— Прости, отличница. Когда видишь такое, сложно промолчать.

Его взгляд потускнел и замер в одной точке. И я поняла, что для Руно было не в первой видеть покалеченных гралов.

— Вы уже встречали… бескрылых? — осторожно поинтересовалась я, понимая, какие ужасные воспоминания могла вызвать в капитане своим вопросом.

Капитан кивнул, подтверждая мои догадки.

— Думаю, ты проходила в академии Третью Весантонскую войну...

Конечно, я о ней знала. Это была одна из самых кровопролитных войн в истории нашего вида, положившая конец разногласиям между кланами. Сама я ее, к счастью, не застала, потому что тогда еще только родилась.

— Я был там. Необстрелянный юнец, который, как сейчас ты, отличница, только закончил учебу, — безжизненный сухой голос капитана эхом отдавался в куполе. Дождь, все еще хлеставший снаружи усугублял и без того гнетущую атмосферу. — Я думал, что знаю жизнь. Но оказавшись в самом пекле понял, что ошибался во всем. Нас тогда загнали под купол рядом с Перрином. Огонь лился ото всюду. У некоторых ребят от жара на теле лопалась кожа. Мы горели заживо по приказу таких же гралов, как и мы.

Чем дальше рассказывал Руно, тем сильнее колотилось мое сердце. И хотя в академии нам довольно подробно пересказывали те события, рассказ из первых уст был страшнее. И оставлял неизгладимый ужас в сердце.

— Я понимал, — продолжал капитан, невидящим взглядом уставившись в темноту, — если ничего не предпринять, все там поляжем. Командир наш обезумел от страха и боли, так что мне пришлось брать командование на себя. Это было не по уставу. Но оставшимся гралам было уже все равно, кто отдаст им приказ. Они просто хотели жить. Я же неплохо знал местность. В полусотне метров от нашей позиции была скрытая в ущелье река. И я приказал прорываться к ней и уходить под воду. Плавал я, как и многие, отвратно, но вариантов у нас не было.

— Вы их спасли! — восхищенно воскликнула я.

— Нет, отличница, не всех, — тяжело вздохнул он, — но большинство. Не прими я тогда это решение, никто бы не вырвался. Но, возможно, я принял его слишком поздно…

— Неужели вы до сих пор вините себя за то, что не смогли спасти всех? — удивилась я. Руно был героем той войны и его рассказ только подтвердил это.

— А ты разве не чувствуешь за собой вины, что пошла с нами, оставив подругу? — капитан пронзил меня взглядом, от которого холодок пробежал по коже. Он словно смотрел мне прямо в душу и видел всю мою боль. Наконец, он тяжело вздохнул и отвел взгляд. — В этом мы с тобой очень похожи, отличница.

Я не решилась ничего ответить. Но мое сердце при его словах предательски пропустило удар.

Тем временем, дождь прекратился, а в черноте неба начали появляться сизые просветы.

— Пойдем, — морщась от боли в боку, поднялся капитан. — Нам предстоит спасти наших братьев и сестер. И на этот раз мы постараемся не опоздать.

Залитая дождем земля не внушала доверия. Я была уверена, если сейчас убрать защитный купол, нас затопит, в лучшем случае, по колено. Но, глядя на полного решимости капитана, я понимала, что не время пасовать перед мелкими трудностями. Мы почти настигли нашу команду, и надо было спешить, пока местные не уплыли слишком далеко.

— Поможете? — попросила я капитана помочь мне с генератором, который следовало закреплять между крыльев.

Руно взял генератор из моих рук и жестко развернул к себе спиной. Его властное, собственническое движение смутило и заставило меня покраснеть, но я постаралась не подавать вида. Я чуть раздвинула крылья, чтобы капитану было удобнее закрепить генератор. Но вместо этого он нежно провел двумя пальцами по шее и позвоночнику до места, где смыкались крылья. От его прикосновений у меня пробежали по коже мурашки. Но почему? Ведь уже все состоялось и цветение должно было прекратиться!

Реакция моего организма на прикосновения капитана вгоняла меня в ступор. Неужели это планета так влияла? Интересно, были ли у кого-то такие же странные изменения или одной мне так «повезло»?

Я задумалась. Вдруг поступок моего бывшего также был обусловлен помешательством рассудка из-за пребывания здесь? По крайней мере хотелось бы, чтобы это было правдой. Потому что в вариант с циничным предательством верить было больно.

— Идем! — решительно произнес капитан, цепляя маску себе на лицо.

Я с тяжелым сердцем приказала куполу свернуться, и вода хлынула внутрь. Конечно, я была в лучшем положении. Благодаря защитному полю, излучаемому генератором, я хотя бы не ощущала температуру воды, чего нельзя было сказать про Руно. Капитан перед стихией был беззащитен, но, казалось, что ему было все равно. Он и бровью не повел, когда ледяной поток грязи сомкнулся вокруг его ног. Только встряхнул быстро промокшими из-за все еще моросящего дождя волосами и высоко поднимая ноги широкими шагами поспешил к полуразрушенному городу.

Я наклонилась, брезгливо погрузила руку в жижу и, нащупав в воде генератор защитного поля, вытерла его об себя и сунула в карман. Заряда оставалось не очень много, но разбрасываться такими незаменимыми вещами было бы слишком глупо.

— Не отставай, отличница, — крикнул мне капитан, видимо, заметив, что я замешкалась.

Идти по колено в воде было задачей со звездочкой. Ноги буквально утопали в рыхлом дне. Вчерашний песок превратился в вязкую тягучую кашу, в которой ноги увязали намертво, то и дело приходилось с силой выдергивать их, что сильно замедляло движение.

Наконец, мы осилили это расстояние. Но как только вошли в город, капитанский хвост уперся мне в грудь, не давай двигаться дальше.

— Что-то случилось? — спросила я, не понимая причин остановки. Разве мы не должны были поторопиться, чтобы настичь аборигенов?

— Слышишь? — тихо спросил капитан, продолжая прислушиваться к чему-то.

Я попыталась понять, о чем он говорит и тоже навострила слух. Получилось не сразу, шум дождя и движение грязевых потоков мешали, но в конце концов я тоже услышала. Почти сливаясь с другими звуками, откуда-то шел мерный гул.

— Наверное, живые горы не очень любят купаться, — сострила я.

— Нет, это не горы, — тревожно покачал головой Руно и пару раз встряхнул мокрые крылья, пробуя понять способен ли взлететь. — Никак, слишком тяжелые — заключил он, мрачнея. — Готовь палстер, отличница, — приказал капитан и перевел свое оружие в боевое положение. — Сейчас проверим, чему там вас учили в академии.

Я обиженно вздернула подбородок. Я так хотела показать ему все на что была способна в бою! Но мне не везло, в прошлый раз вышло паршивенько. Надо хотя бы в этот раз не ударить лицом в грязь.

Тревожность капитана стала понятна, когда земля подо мной начала сотрясаться. Теперь и я чувствовала разницу — рядом с ходячими горами планетотрясение ощущалось равномерным, здесь же оно с каждой секундой нарастало. Что бы это ни было, раньше мы с таким не сталкивались, а значит, не могли и подготовиться.

Я сделала пару вдохов, восстанавливая дыхание. Нас было всего двое, и ошибка одного могла стоить жизни обоим. Неожиданно хвост капитана обвил меня за талию и развернул. Эта его беспардонность начинала изрядно меня раздражать. Ну что за хамство дергать меня, словно я была его личной собственностью?!

Я уже собиралась что-то сказать, но увидела взгляд Руно — и осеклась.

— Спланировать сможешь? — резко выпалил он. Хвост капитана распушился, выдавая крайнюю степень озабоченности. Похоже, в этот раз Руно действительно переживал за наши жизни.