Пьер посмотрел на Маркуса.

— Оно хоть похоже на то, что у тебя в письме? — спросил он.

Маркус достал сложенный лист, сверился.

— Адрес совпадает, — сказал он. — По крайней мере на бумаге.

Пьер кивнул. Ему не нравилось, как всё сходится слишком красиво. Но в их работе «слишком красиво» бывало и просто редкой удачей.

— Тогда поехали, — сказал он. — Только так: вы — впереди, мы — сзади. Не люблю сидеть в чужих машинах, когда можно смотреть на них со стороны.

Том на секунду завис. Потом выдал:

— Простите, но по протоколу страховщика… встреча конфиденциальная, нас должно быть минимум. Чем больше вооружённых людей приедет, тем меньше будет разговор, тем больше — показуха.

— Мы и так приехали втроём, — спокойно напомнил Маркус. — Вы хотите ещё меньше?

Том чуть улыбнулся, но усилие было видно.

— Я понимаю ваши опасения, — сказал он. — Но если каждый будет приезжать со своей машиной и своей охраной, порт превратится в парад тщеславия. Нам нужно просто поговорить.

Пьер посмотрел ему в глаза чуть дольше, чем принято при вежливой беседе. И увидел там не раздражение и не страх, а счет: человек прикидывал варианты. Это было не похоже на скучного координатора.

— Ладно, — мягко сказал Пьер. — Сделаем иначе.

Он повернулся к Маркусу: — Мы садимся, но прежде…

Пьер наклонился и быстрым движением стянул край рубашки Тома вверх, будто случайно дёрнул. Под тканью чернел край скрытого бронежилета.

— Нервничаете? — спросил Пьер уже без улыбки.

Том отшатнулся.

— Это… рекомендации безопасности, — выдавил он. — Район всё-таки не самый спокойный.

— Забавно, — заметил Пьер. — В районе, где все ходят в майках и с ножом за поясом, только ты в бронежилете и на чистой машине.

Он опёрся рукой о крышу «Лендкрузера». — Так. Делаем так. Мы едем с вами, но Маркус сидит сзади, я — за водителем. И пока машина не остановится точно у офиса, никто не лезет за пояс и не тянется к бардачку. Это устраивает вас как «локального координатора»?

Том понял, что отступать некуда. Он кивнул чуть резче, чем хотел.

— Устраивает, — сказал он.

Внутри машины пахло кондиционером и чем-то дешёвым цитрусовым. Окна тонированы так, что снаружи их почти не видно. Пьер сел за водителем, так, чтобы видеть его руки и дорогу.

Машина тронулась. Порт остался позади. Пошли улицы, обочины, киоски. Пыль поднимался столбом.

Карим время от времени бросал на Пьера взгляды, но молчал. У него был тот самый взгляд переводчика, который держит язык, пока не поймёт, на каком именно языке идут настоящие переговоры.

— Долго ещё? — лениво спросил Пьер минут через десять.

— Пять–семь минут, — ответил Том. — Район близко.

Пьер смотрел на дорогу. Сначала — поток машин, мотоциклы, дети. Потом — реже, тише, больше бетона и колючки. Они свернули на улицу между складскими рядами. Здесь было почти пусто.

— Тихий район для офиса, — заметил Пьер.

— Нам нужна приватность, — отозвался Том.

Пьер наклонился вперёд, будто разглядывая навигатор. На панели действительно светилась карта, точка назначения совпадала с адресом в письме. Но стрелка маршрута вдруг, на последних двух поворотах, ушла чуть в сторону.

На повороте он увидел мелькнувшую в просвете вывеску настоящего терминала «Джибути Лоджистикс». «Лендкрузер» проехал мимо, нырнув в более узкий проезд между складов без вывесок.

— Проехали, — заметил Пьер спокойно. — Терминал остался слева.

Водитель дернулся, но ничего не сказал. Том чуть повернул голову:

— Партнёр использует соседний блок как резервный вход. Так безопаснее. Основной офис слишком открыт…

Договорить он не успел.

— Сейчас, — тихо сказал Пьер.

Он левой рукой ухватился за подголовник водительского сиденья, правой ударил ладонью по плечу Маркуса — сигнал. Одновременно пяткой резко врезал по основанию спинки.

Машина дёрнулась, водитель инстинктивно дёрнул руль. В этот момент рука, которая медленно ползла к бардачку, сорвалась раньше времени. Крышка хлопнула, блеснул металл.

Пьер не стал ждать выстрела. Он подсел, с силой ткнул коленом между сиденьями, загоняя руку обратно, и одновременно ударил левой ладонью по голове водителя, в ухо.

Выстрел всё-таки прозвучал, но пуля ушла вверх, в потолок. Звук ударил по барабанным перепонкам, машину повело.

Маркус уже действовал: он схватил Тома за запястье, дёрнул вниз, вывернул руку. Карим инстинктивно пригнулся, закрыв голову.

— Ложитесь! — рявкнул Маркус.

Машина чуть не поцеловала стену склада, но водитель, матерясь, выровнял руль. Пьер перехватил его предплечье, надавил на кисть, вынуждая бросить пистолет. Тот вывалился на коврик. Пьер ботинком отбросил его под сиденье.

Том попытался развернуться, лезя свободной рукой под пиджак. Маркус ткнул его локтем в горло, тот захрипел.

— Стойте, — выдохнул он. — Стойте, дураки, мы все убьёмся…

Водитель, видя, что задумка разваливается, пошёл по простой линии: рванул машину вперёд, пытаясь набрать скорость, пока задние заняты дракой.

— Тормози, сука! — зарычал Пьер.

Он отпустил руку водителя и ударил его кулаком в висок. Тот на мгновение вырубился, хватка на руле ослабла. Машина, лишившись управления, влетела в штабель пластиковых контейнеров у стены и с глухим ударом замерла.

Всё стихло. Только гудел мотор и пахло порохом.

Пьер первым вывалился наружу, открыл дверь и вышел, держа в руках уже не пистолет — тот он оставил Маркусу, — а нож. В такие моменты нож был надёжнее: он не стреляет случайно.

Двор был пуст. Вдалеке слышался лай. На крыше соседнего склада показалась чья-то голова, тут же исчезла. Значит, наблюдатели есть.

Из машины вылез Маркус, держа «Глок» водителя. Следом — Карим, бледный, но целый. Том попытался выбраться последним, но Маркус прижал его к сиденью.

— Сидеть, — сказал он. — Разговор не закончен.

Пьер шагнул к задней двери, наклонился.

— Ну что, координатор, — сказал он устало. — Пока это выглядит как очень странный способ ехать на встречу со страховщиком.

Том молчал. На лбу у него выступил пот. Взгляд метался.

— Карим, — попросил Пьер. — Спроси по-арабски, есть ли поблизости ещё люди. И слушай не только слова, но и акцент.

Карим спросил. Том ответил сначала на английском:

— Никаких людей. Только мы. Просто недоразумение. Я…

— Переведи, как есть, — спокойно попросил Пьер.

Карим чуть пожал плечами:

— Говорит, что рядом никого нет, кроме них двоих. И что мы всё неправильно поняли.

Пьер устало выдохнул.

— Слушай, — сказал он тихо, уже по-английски, глядя Томy прямо в глаза. — Мы оба взрослые люди. Ты вооружён, в бронежилете, ведёшь нас не к офису, а в глухой угол склада. У тебя напарник, который тянется к пистолету по сигналу.

Он чуть наклонил голову. — Давай так: или ты сейчас называешь структуру, через которую пришёл заказ, или через минуту с тобой уже никто разговаривать не будет. Мне не нужна твоя правда, мне нужны имена.

Том какое-то время молчал. В груди у него тяжело ходило дыхание. Потом он сорвался на быструю речь, перескакивая между английским и арабским.

— Он говорит, — перевёл Карим, — что работает не напрямую на корпорацию. На подрядчика безопасности. Контракт через третью фирму. Название…

Он поморщился. — «Альтаир секьюрити консалтинг». Юридически они не связаны, но вы руками их людей уже работали в другом регионе.

Карим помедлил. — Приказ — забрать вас с порта и передать дальше. На другой машине. Там уже не наши проблемы. Формулировка… «минимизировать риск несанкционированных контактов после инцидента».

— Красиво, — сказал Пьер. — «Контакты».

Он провёл ладонью по лицу, смывая липкий пот. — То есть наверху решили, что проще убрать потенциально проблемного снайпера и его командира, чем жить с мыслью, что у них в поле ходят люди с хорошей памятью.

Маркус сжал пистолет сильнее.