«Проста моя осанка…» Проста моя осанка, Нищ мой домашний кров. Ведь я островитянка С далёких островов! Живу – никто не нужен! Взошёл – ночей не сплю. Согреть чужому ужин — Жильё своё спалю. Взглянул – так и знакомый, Взошёл – так и живи. Просты наши законы: Написаны в крови. Луну заманим с неба В ладонь – коли мила! Ну, а ушёл – как не был, И я – как не была. Гляжу на след ножовый: Успеет ли зажить До первого чужого, Который скажет: пить. Август 1920 «Целовалась с нищим, с вором, с горбачом…»
Целовалась с нищим, с вором, с горбачом, Со всей каторгой гуляла – нипочём! Алых губ своих отказом не тружу, Прокаженный подойди – не откажу! Пока молода — Всё как с гуся вода! Никогда никому: Нет! Всегда – да! Что за дело мне, что рваный ты, босой: Без разбору я кошу, как смерть косой! Говорят мне, что цыган-ты-конокрад, Про тебя еще другое говорят… А мне что́ за беда — Что с копытом нога! Никогда никому: Нет! Всегда – да! Блещут, плещут, хлещут раны – кумачом, Целоваться я не стану – с палачом! Москва, ноябрь 1920 «Не самозванка – я пришла домой…» Не самозванка – я пришла домой, И не служанка – мне не надо хлеба. Я страсть твоя, воскресный отдых твой, Твой день седьмой, твое седьмое небо. Там, на земле, мне подавали грош И жерновов навешали на шею. Возлюбленный! Ужель не узнаешь? Я ласточка твоя – Психея! Апрель 1918 «В черном небе слова начертаны…» В черном небе слова начертаны — И ослепли глаза прекрасные… И не страшно нам ложе смертное, И не сладко нам ложе страстное. В поте – пишущий, в поте пашущий! Нам знакомо иное рвение: Лёгкий огнь, над кудрями пляшущий, — Дуновение – Вдохновения! 14 мая 1918 «Благословляю ежедневный труд…» Благословляю ежедневный труд, Благословляю еженощный сон. Господню милость и Господень суд, Благой закон – и каменный закон. И пыльный пу́рпур свой, где столько дыр, И пыльный посох свой, где все́ лучи… – Ещё, Господь, благословляю мир В чужом дому – и хлеб в чужой печи. 21 мая 1918 «Руки, которые не нужны…» Руки, которые не нужны Милому, служат – Миру. Горестным званьем Мирской Жены Нас увенчала Лира. Много незваных на царский пир. Надо им спеть на ужин! Милый не вечен, но вечен – Мир. Не понапрасну служим. 6 июля 1918 «Как правая и левая рука…» Как правая и левая рука, Твоя душа моей душе близка. Мы смежены, блаженно и тепло, Как правое и левое крыло. Но вихрь встаёт – и бездна пролегла От правого – до левого крыла! 10 июля 1918 «Доблесть и девственность! – Сей союз…» Доблесть и девственность! – Сей союз Древен и дивен, как Смерть и Слава. Красною кровью своей клянусь И головою своей кудрявой — Ноши не будет у этих плеч, Кроме божественной ноши – Мира! Нежную руку кладу на меч: На лебединую шею Лиры. 27 июля 1918 «Так, высоко запрокинув лоб…» Так, высоко запрокинув лоб, – Русь молодая! – Слушай! — Опровергаю лихой поклеп На Красоту и Душу. Над кабаком, где грехи, гроши, Кровь, вероломство, дыры — Встань, Триединство моей души: Лилия – Лебедь – Лира! Июль 1918 «Что другим не нужно – несите мне…» Что другим не нужно – несите мне: Всё должно сгореть на моём огне! Я и жизнь маню, я и смерть маню В лёгкий дар моему огню. Пламень любит лёгкие вещества: Прошлогодний хворост – венки – слова… Пламень пышет с подобной пищи! Вы ж восстанете – пепла чище! Птица-Феникс я, только в огне пою! Поддержите высокую жизнь мою! Высоко горю и горю до тла, И да будет вам ночь светла. Ледяной костёр, огневой фонтан! Высоко несу свой высокий стан, Высоко несу свой высокий сан — Собеседницы и Наследницы! 2 сентября 1918 |
