— Почему? — Эвелин вскочила с кровати и подняла указательный палец. — Арабелла — дочь ректора этой школы, мистера Ридели. И, несмотря на высокое положение, она весьма добра к своим одноклассникам. А Майкл, — на лице соседки появились красные пятна, — он ее избранник. Они считаются лучшей парой академии.
— И это все? — Я одарила соседку презрительным взглядом. — Богатство и высокий статус — разве этого достаточно, чтобы быть лучшим?
Желание беседовать с Арабеллой моментально улетучилось. Навалилась беспросветная тоска.
Жаль, Эрни нет рядом. Он никогда не любил выскочек. Эрни был добрым и умным.
Сейчас бы брат обязательно рассмеялся в лицо этой наивной девчонке.
Я вспомнила, как мы с Эрни шли по коридорам рингвудской школы всегда с гордо поднятой головой. Он умел за себя постоять, хорошо учился и даже один раз подрался с школьным громилой.
Эвелин, увидев, что меня не интересуют звезды Нортенвиля, хмыкнула и отвернулась:
— В общем, чувствуй себя как дома, — обиженно пробормотала она.
— Спасибо.
Я распаковала вещи, часть из которых пришлось сушить на батарее, затем аккуратно протерла обложку дневника, пытаясь навсегда стереть след ботинка проклятого Майкла.
Тем временем Эвелин свернулась калачиком и засопела.
Я тоже легла на кровать, оказавшуюся на удивление мягкой, и принялась считать овец.
Одна… Надо завтра взять какую-нибудь книгу из библиотеки.
Две… Что не так с котом миссис Уинстон.
Три… Наверное, в Рингвуде до сих пор идет снег.
Четыре… Пусть чертов Майкл горит в аду.
Пять… Интересно, жив ли Эрни? Эрни…
Мне снился папа. Во сне мы охотились на куропаток в рингвудском лесу. В воздухе пахло осенней прохладой и древесной трухой.
В наших сумках лежали кленовые листья и каштаны. Дома из листьев можно заварить чай с запахом осени, а каштаны пожарить на костре.
В руках папы было ружье, он внимательно целился в летящих над поляной птиц.
Я закрыла уши руками, боясь услышать громкий звук выстрела.
Высоко в небе летели куропатки. Они сбились в стаю и медленно передвигались в сторону синего горизонта.
Раздался звук выстрела, и я зажмурилась. Мне было жаль куропаток. Наверняка они просто летели по своим делам и не подозревали том, что одной из них суждено стать нашим ужином.
Глава 5
— Не грусти, Нина. — Папа обнял меня за плечи. — Куропатки едят насекомых, мы готовим жаркое из птиц, тут ничего не поделаешь. Это называется пищевая цепь.
Он с улыбкой поднял указательный палец.
И вдруг в мою голову закралась ужасная мысль:
— Пап, если мы едим куропаток, значит нас тоже кто-то ест?
В ответ он лишь рассмеялся:
— Нет-нет, люди находятся на вершине пищевой цепи, так что можешь не волноваться, тебя никто не сварит на обед.
Я кивнула. В детстве Эрни часто пугал меня злой ведьмой, которая ест детей по ночам.
Когда в детской скрипела дверь или раздавался шум ветра за окном, брат с важным видом говорил:
— Это ведьма. Она пытается пробраться в наш дом. И если ей это удастся, то нам — крышка. — После этих слов брат делал испуганные глаза, а я тряслась от страха. Утром завывание ветра и игра теней на стенах казались обычным пустяком, а на следующую ночь Эрни снова начинал рассказывать страшилки.
Из высоких зарослей травы раздался лай.
К нам бежал соседский пес, которого папа часто брал с собой на охоту. В зубах он держал куропатку. Я даже могла разглядеть оранжевые перья на ее шее. Из глаз невольно полились слезы.
— Нина-а, ты опять за старое, это всего лишь охота, — папа вздохнул и обнял меня.
От него пахло табаком и кленовыми листьями.
Пес, глядя на нас, жалобно прижал уши и завилял хвостом.
— Опять ревешь, малявка Нина.
Я вздрогнула, услышав знакомый голос.
— Эрни?
Мы стояли в лесу среди красных кленовых листьев. Папы и соседского пса уже не было. Наверное, они остались в прошлом сне.
Где-то вдали завывал ветер.
— Куда ты пропал? — Я подошла к брату, пытаясь получше его разглядеть.
Выглядел Эрни так же, как в нашу последнюю встречу. Оранжевая куртка, растрепанные рыжие волосы и широкая улыбка. Он был таким реальным, казалось, стоит протянуть к нему руку, и сон станет явью.
— Я все еще здесь. — Брат махнул рукой в сторону острых шпилей башен Нортенвиля, которые виднелись за кронами деревьев. — Кстати, малявка Нина, если ты хочешь что-то найти, тебе нужна карта. Не так ли?
«Карта» — это слово пронеслось красной строкой в моем сознании. Точно! Эрни говорил по телефону перед своим исчезновением, что начертил карту Нортенвиля и спрятал ее в лесу рядом с академией.
Раздался оглушительный звук будильника, и Эрни исчез.
Где-то между сном и явью мне послышалось чье-то ворчание:
«Чертова ведьма, как будто перед ней должен пасть целый мир. Как будто Аим Лерай подчинится какой-то высокомерной лгунье. Не бывать этому! Даже если весь мир падет от синего пламени. Пресвятой мрак!»
— Черт! — Я разлепила глаза и тупо уставилась в белый потолок. Затем повернула голову набок, пытаясь найти источник голоса, но в комнате было пусто.
Моя соседка уже куда-то ушла. Ее белый халат валялся на кровати рядом с разноцветными носками. Интересно, видела ли во сне Эвелин своего будущего мужа?
Мои свитер и джинсы одиноко висели на батарее. Безнадежно испорченный тайный дневник лежал в тумбочке у кровати, на нем до сих пор виднелся след ботинок проклятого Майкла, словно живое напоминание о событиях прошлой ночи.
Только я решила переодеться, дверь в комнату со скрипом отворилась и послышалось знакомое: «Мяу-у-у-у-у».
Чертов мистер Берри!
Я оглянулась. Рядом с котом, который смотрел на меня немигающим взглядом, стояла полная женщина в синем платье. Ее губы были густо накрашены красной помадой, узкие раскосые глаза смотрели на меня с презрением:
— Я горничная, принесла школьную форму. Завтрак в восемь. Всего хорошего. — Она положила коричневый бумажный пакет на мою кровать и молча вышла из комнаты, а вот мистер Берри остался.
Почему-то мне абсолютно не хотелось переодеваться в его присутствии, и я шепотом сказала:
— Брысь.
Кот не шелохнулся, вместо этого он мне подмигнул одним глазом.
— Проваливай! — Я сняла тапок и угрожающе подняла его над головой.
Мистер Берри зевнул и вальяжной походкой вышел из комнаты.
Что ж, самое время примерить новые вещи.
Темно-серая форма состояла из пиджака и юбки ниже колена. На дне пакета я нашла белую рубашку. На ее воротнике блестел логотип Нортенвиля: красная змея выглядывала из золотого кубка.
Стрелка часов неумолимо ползла к восьми. Надо торопиться
В коридоре было прохладно. Я взглянула на расписание и направилась в столовую, внимательно разглядев карту Нортенвиля, висевшую на стене.
Мне ужасно хотелось спать, возможно виной тому были мои странные сны.
В столовой пахло едой, до меня доносились смех и оживленные разговоры школьников. Внезапно я почувствовала на себе чей-то взгляд и посмотрела в центр зала. Там за самым большим столом сидел проклятый Майкл со своей подружкой. Рядом с ними толпились другие старшеклассники, мне удалось разглядеть светлые кудри Эвелин.
Похоже, обитатели Нортенвиля старались держаться поближе к этой парочке.
Я поставила на поднос чашку дымящегося кофе и пошла в самый конец столовой.
Мне надо спокойно подумать об Эрни.
Только я приземлилась на стул, как услышала грохот где-то рядом.
На моем столе оказался еще один поднос с щедрой порцией омлета, желтым пудингом и двумя яблоками.
— Привет. Я Стив — Напротив меня сел весьма упитанный парень с темными кудрявыми волосами.
Он протянул мне руку, задев солонку, и рассыпал соль по всему столу.
Я неуверенно пожала ладонь нового знакомого.
— Нина.
— Добро пожаловать в клуб лузеров Нортенвилля, — подытожил новый знакомый, стряхивая на пол рассыпанную соль. — Хорошо, что ты к нам перевелась, а то я думал, помру со скуки! По правде говоря, Нортенвиль — отвратное место, — он понизил голос до шепота. — По ночам здесь ходят привидения, мерзкий кот мистер Берри любит делать мне гадости, а одноклассники просто боготворят эту парочку придурков. — Стив многозначительно кивнул в сторону Майкла и Арабеллы.