Пытается выглянуть за забор, поднимаясь на цыпочки. Икры красиво напрягаются. Чуть наклоняется вперёд, выглядывая дальше.
Под краем полотенца пару сантиметров до ягодиц. Ещё чуть-чуть и… Рефлекторно пытаюсь сползти чуть ниже, чтобы заглянуть за этот край.
Ноги — вау…
— Машина стоит… — тревожно.
— А? — прихожу в себя.
— Машина…
— Ну кто-то приедет, заберёт.
— В том-то и дело.
— Я разрулю.
На мне теперь кобура, в ней заряженный ствол. На всякий случай.
Очень хочется провести по ее ноге снизу вверх, и ощутить под рукой плавные изгибы и теплую влажную кожу.
— Я просто хотела взять чистую одежду.
Не надо одежду…
Даже, если нет возможности съесть, все равно хочется порезонировать на этом.
— Возьми футболку мою. В шкафу… — затягиваюсь поглубже.
Бросив на меня искоса взгляд, забирает из моих пальцев сигарету, проходя мимо.
Её губы касаются фильтра там, где касались мои.
Сглатываю ком в горле.
У меня ощущение, что меня снимает женщина. Красиво и уверенно.
А я не могу ответить ей.
Но хочу, пиздец просто…
Бросает сигарету в камин.
Открывает шкаф, присаживается.
Все вещи теперь лежать на двух полках, до которых я могу дотягиваться.
И край ее полотенца все-таки поднимается, скользя вверх по круглым ягодицам. Тати сверкает в сумраке прелестями.
Улыбаюсь…
Нет, ничего не видно. Но даже сам факт будоражит.
Ноги мои пульсируют от прилива крови.
Веду пальцем над коленом. Кожа хреново чувствует. А вот под ней — да. Ощущения стали более внятные.
— А что будет утром, Тати?
— Да плевать… что будет утром! — беззаботно, но самую малость наигранно. — Утром будет утро!
Залпом выпивает бокал вина.
Делает шаг в темноту моей спальни. Боковым зрением ловлю, как сдергивает белое полотенце с тела.
Выходит уже в футболке. Грудь покачивается под тканью, зависаю на сосках, продавливающих ткань.
Так…
Опьянев, отвожу взгляд.
Надо это остановить. Я сейчас потеряю контроль над ситуацией и опять попаду в неловкое положение.
— Тати… Давай-ка спать? Ты иди на мою кровать, а я здесь, на диване.
Вдруг гости пожалуют.
Пересаживаюсь на диван, устраиваясь удобнее.
Она выключает светильник.
— И мы потратим последнюю нашу непредвзятую ночь на сон? Я против… — делает глоток из горла.
Черт… Ну вот оно!
Машинально тяну к себе одеяло.
— Мы будем шалить и рассказывать друг другу страшные истории, — светит снизу себе на лицо фонариком.
Как в детстве.
— Какие, например? — шепчу я сипло.
— "Жила-была девочка, сама виновата…". Страшно?
Протягивает мне бутылку вина.
— Истории. Хотел бы я услышать про тебя пару историй. Как жила была девочка…
— Под одеяло пустишь? Я замёрзла. И вообще темноты боюсь.
Не дожидаясь ответа, гнездится рядышком, прижимаясь ко мне.
— Тати… — выдыхаю я неуверенно.
— Что? — шепчет мне в губы.
— Ни хрена ты не боишься… — задыхаюсь от близости ее губ.
— Ни хрена я не боюсь, да, — горячо шепчет она.
Рука моя неконтролируемо скользит по ее бедру.
— Я — боюсь. Все испортить сейчас.
— Это будет дружеский секс… — её губы касаются моих. — И завтра… мы про него забудем.
А-а-а…
С несдержанным шипением сжимаю ее бедро. Тело мое судорожно дёргается.
Ее язык скользит по моей нижней губе. Голова кружится…
Перехватывая за шею, прижимаю ближе. И закрыв глаза, с упоением вдыхаю запах ее волос, на секунду забывая обо всем на свете, и уплывая в фантазию, что все случится сейчас!
И эти влажные… горячие… движения бедер… Втискиваться в тугую плоть…
Душу готов продать сейчас за это мгновение!
Со стоном выдыхаю. И тихо рычу от того, как накрывает до мурашек на затылке.
Давай, скажи ей Литвин! Что самого охуенного и желанного секса сейчас не случится.
— Я очень хочу… — вжимаю ее за бедра в себя. — Но… Я, блядь, не могу. Увы.
Перехватываю ее руку, скользящую по моему телу вниз.
Мы надсадно дышим в темноте.
— "Жил был мальчик, сам виноват?", — дёргает бровями.
— Да. После травмы, я не могу.
— Совесть не позволяет? — с иронией.
— Тело. Проблемы с эрекцией, — морщусь я.
— Вот с этой? — спускается второй рукой вниз.
Чувствую сжатие, и как сводит ягодицы. Но привычного ощущения эрекции нет.
Ловлю ее руку своей. Всё стоит!
Охуев от этой новости, распахиваю глаза.
— О… Фак! Да ты волшебница!
— А ты? Волшебник?.. — пьяно кусает меня за губу. — Мне кажется, да…
Наши кисти ловят друг друга, мы сжимаем руки в замок. Ладони пульсируют.
Ловлю ее губы, целуя взасос. Тону в этом чувственном поцелуе.
В эйфории просто взлетаю на седьмое небо! Сердце словно подпрыгивает в горло и колотится там.
Но…
— Подожди… Подожди!
Это что за базар был про завтра?!
Заглядываю ей в глаза.
— Ещё одна проблема… — хриплю возбуждённо.
— М?
— Мы не отдалимся после. Обещай. И я останусь "родной", — прищуриваюсь пытливо, сверля ее взглядом.
— Навсегда, — смотрит мне в глаза.
— Тогда… — оскаливаюсь от нетерпения. — Немедленно трахаться!
— И шалить?.. — прикусывает язычок.
— И шалить…
Глава 16 — Вопросики
— Я ничего не контролирую… Вообще нихрена… — возбуждённо шепчу, целуя ее шею. — Понятие не имею, как это будет и чем закончится! И закончится ли вообще для меня…
— Димка! — пьяненько и горячо хихикая вжимается губами мне в ухо. — А если бы это был последний твой секс… Что бы ты выбрал? В ротик… Классически… Или в попку?..
— М-м… — со стоном облизываю губы, закрывая глаза.
Представляю все сразу!
"И побольше… Побольше!".
Задохнувшись окончательно, хриплю в ответ:
— Ты чё мне страсти рассказываешь? Какой последний?! Я только добрался…
— Надо выбрать! — угорает она.
С шипением, пытаюсь определиться между разными кайфами.
Ну не…
— Сначала в рот, потом классически, и кончить в попку.
— Какой ты жадный! — прижавшись губами, смеемся.
Изнываю от желания, крыша едет.
Ее рука скользит по моему члену.
Мы оба смотрим вниз на него. И, мне кажется, я — с не меньшим любопытством, чем она.
Чего от тебя ждать-то теперь, дружище?
— А ты можешь не кончить, да? — неровно шепчет, облизывая алые от прилившей крови губы.
— Ага…
— А вот если бы… — поднимает вверх пьяный взгляд, фантазируя, — ты бы выбирал…
— Тати! — хрипло угораю над ее вопросами.
— … Между тем, кончу ли я или кончишь ли ты?… Чтобы ты выбрал?
— Блядь, это нечестно! — крепче сжимаю ее руку на себе, дёргая бедрами.
— Ну?
— Ты… Ты — кончишь, я — нет… — сипло бормочу я, врезаясь в нее пальцами. — Конечно — ты…
А-а-а! Кайф какой! Вот это ощущение — пальцев в возбуждённой женщине!
И пережить то, что ты не кайфанешь, морально проще, чем то, что женщина с тобой не взлетает. Такие вот у нас, мужиков, заморочки! Особенно, если женщина "твоё"!
— А-а… А-а-а! — выгибается, хватаясь за мои плечи.
— Как же ты пахнешь… Кайф!
Впиваюсь в грудь. Сосок скользит по языку. Кусаю губами…. Целую нежную шею, с рычанием, кусаю, не контролируя себя.
Бля-я-ять…
— Стой… Стой… Стой… — задыхается она, уворачиваясь от моих пальцев. — Ещё вопросик!
Стонет нетерпеливо, порхая ресницами.
— Какая же ты отбитая…
— Мяу… — облизывает губы.
— Сядь на него…
Перехватываю из ее руки член, усаживая ее сверху. Медленно опускается, впуская меня.
Закрыв глаза, ловлю как радар все ощущения. Их пиздец как мало, но они есть! Мокро, туго, горячо… Это всё чувствую. Но словно под лидокаином.
Замерев, мы дышим друг другу в губы.
— Какой большой мальчик вырос!.. Ах….