Наконец, заметив в высокой траве знакомый забор, он прибавил шаг и встал как вкопанный посреди дороги. На привычном месте в немного изменившемся, но узнаваемом окружении стояли черные от копоти стены дома и сарая. Окон не было, и крыши местами тоже.
Север переглянулся с Владом и снова вытаращился на горелые развалины, сквозь которые виднелся соседский яблоневый сад. Этот сад он видел миллион раз из окна своей комнаты на чердаке. Через этот сад он убежал из дома. Видеть его сквозь избу было странно. Все остальное было на месте, будто ничего не случилось: забор, калитка, собачья будка, чуть почерневшая скамейка под окнами. Некоторое время Север просто стоял и пялился на дом, будто тот, устыдившись, скажет, что это розыгрыш и сделается прежним. Но чуда не происходило.
— Север! Север, пересмешник! Север! Там сраная птица!
Влад сначала тряс его, а потом налег всем весом и с трудом сдвинул с места, заставив очнуться. Север, наконец, оглянулся. Заметив хищника пикирующего к ним из-под низких облаков, он без раздумий потащил Влада в ближайшее убежище — горелые развалины собственного дома.
Пересмешник попытался сунуться в дыру в крыше. Но осыпающаяся постройка не внушила ему доверия. В окно пролезала разве что голова, и тогда он попытался протиснуться в дом через прихожую.
Парни спрятались в относительно уцелевшей кухне.
— Найди, чем загородить проход! — велел Север, стоя в дверях и размахивая трубой.
Хищник ухватился за нее мощным клювом — по железяке прошла дрожь, будто по ней ударили молотом. Север удержал трубу, но пересмешник, видимо, принял оружие за человеческую конечность и потащил жертву к выходу.
Тем временем Влад попытался перевернуть стол, но тот рассыпался, стоило приложить к нему силу. Тогда он взялся за широкую лавку. Огромная доска оказалась неподъемной для него, и от его стараний переломилась посередине. Он посмотрел на Севра, чтобы доложить, что все плохо, но успел увидеть лишь как охотника выдернуло из кухни.
— Север!
Север толкнул пересмешника в прихожую вместе с трубой и рванул обратно на кухню, снимая с плеча лук и доставая пучок стрел. За спиной послышался звонкий удар выпавшей из клюва железки, и меньше, чем через секунду острые когти хищника, распоров штанину, зацепились за ботинок охотника. Тот с грохотом растянулся на полу, выронив лук и стрелы, кроме одной, которую с размаху наугад завел за спину и попал хищнику прямо в глаз. Крик пересмешника походил на скрежет ржавой качели. Однако тварь не выпустила свою добычу и снова поволокла ее на выход.
Север пытался зацепиться за косяк или порог, пальцы либо соскальзывали, либо ними обламывались куски горелой и подгнившей от дождей древесины. Он пытался перевернуться на спину, но птичьи когти зацепились за ботинок так, что невозможно было развернуть ногу. Удалось лишь завалиться на бок и наугад кидаться в хищника всем, что попадется под руку, посудой, кусками досок, почерневшими садовыми инструментами без черенка. Наконец, пальцы нащупали привычный холод чугунной трубы.