Один из них проходил в непосредственной близости от их текущего местонахождения. Гардадо поджал губы.

— Ищите, — приказал капитан. — Нужно визуальное подтверждение, когда они прибудут.

Экипаж вывел на экраны изображение с бортовых телескопов. Но так наблюдать совсем неудобно. С борта обзор куда лучше, и Консила потянулась к очкам.

Опустила и словно в открытый космос шагнула!

Кругом одни звёзды, большие и крошечные, едва заметные взору. В скафандре такого обзора не получишь, шлем мешает. На научном судне именно такие и были. Это у вояк мобильность выше и обзор лучше.

Свое назначение на боевой сопровождающий крейсер она получила заслуженно. Резвая и сообразительная. Участвовала в боевых дежурствах. Но после, как ей казалось, незначительного нарушения Высшие перевели её на искатель.

Через очки Консила осматривала территорию вокруг со слегка приоткрытым ртом. Капитан едва заметно усмехнулся — штурман всегда действовала быстрее, чем успевала подумать. За это он её и ценил. И за это же переживал.

Однако стоило сосредоточиться на задании.

— Магнис, изучи, что известно об этой системе, есть ли здесь обитаемые планеты, — приказал капитан. — Я пока настрою передатчики на поиск кайгу.

На командном экране появилось сообщение от бортового искина Регадо.

«Мог бы и голосом сообщить», — заметил Гардадо, открывая запись.

«Увы, объём хранящейся информации слишком большой», — ответил дружелюбным, но всё же механическим голосом Регадо в голове Гардадо.

Только капитанское кресло было оснащено нейроинтерфейсом, который позволял общаться при помощи обмена мыслями. И когда Гардадо занимал его, то в отличие от остальных, становился частью судна. Его мозг непосредственно управлял всем оборудованием, а сам он чувствовал искатель как продолжение себя.

Космическое судно было по сути киборгом. Металлическая оболочка, приборы, двигатели — всё это через нейроинтерфейс становилось частью его тела. Огромным протезом, способным перемещаться в пространстве.

Гардадо открыл массив данных и быстро просмотрел его.

— Регадо, я не понимаю. Почему этого не было раньше? Я же спрашивал тебя о системе в этих звёздных координатах.

— Данная информация засекречена. Доступна только по прибытии сюда.

— Хм, интересно. — Капитан задумчиво листал список файлов. — Здесь есть обитаемая планета? — удивился он, остановив один из восьми пальцев на файле с названием «Фауна».

— Что? Живые существа? — воскликнула Пастра. — Перешли мне, я изучу. Мне было бы очень интересно узнать об этих местах!

— Я всем дал доступ.

Старпом присвистнул.

— Что ж, возможно, возможно дело не в фауне, но вот планетка… Это объясняет то, куда нацелились кайгу. Кэп, ты тоже думаешь, что это… Зие-млиа? Белые карлики, и кто такое название придумал? — рассмеялся он.

— Вероятнее всего. — Голос Гардадо прозвучал отрешённо. — Изучайте, время есть, — отдал приказ.

Гардадо скорректировал курс автопилота, выбрав равноудалённую точку от рассчитанных мест прибытия кайгу, и включил двигатели на ускорение. Задал параметры радара на обнаружение. На мгновение вгляделся в тёмное пространство впереди, будто мог разглядеть вдали приближающийся корабль врага, и принялся сам изучать поступившую информацию.

— Регадо, почему данные о системе засекречены? Я не могу внести Землю в общую базу.

— Мне неизвестна эта информация.

— Интересно…

Искатель двигался по координатам, экипаж погрузился в чтение и расшифровку данных. Чем дальше Гардадо читал, тем меньше ему нравилось увиденное.

— Атмосфера Земли пригодна для дыхания, поверхность на две трети покрыта водой, куча языковых файлов… — бормотала себе под нос Консила.

— Данные могли устареть… — Добавить что-то ещё Фрук не успел. — Капитан! — указал двумя пальцами на экран.

Ихлеты проследили за направлением.

Жёлтую звезду закрыла тень. Магнис переключился на телескоп по правому борту, и на экране появилось изображение огромного астероида.

— Чёртовы дыры! — Это был великан Магнис.

У здоровяка имелось два вида ругательств, «белые карлики», когда он шутил, и надвигающаяся проблема вполне решалась; и «чёртовы дыры», когда дела обстояли плохо. Очень плохо.

— Почему радар его не заметил? Что с антеннами?

— Сигнал не отражается, он просто проходит мимо.

Среди членов экипажа поднялась тревога.

— А это точно разведчик?

Пастра вгляделась в движущийся на них астероид.

Разведчик кайгу был живым астероидом — мог менять форму, и выискивал ресурсы.

Он не излучал ничего ни в электромагнитном, ни в инфракрасном спектре. Пока не включил защиту.

Частота спектроанализатора резко подскочила. Показания на приборной панели на долю секунды погасли. Вспыхнуло аварийное освещение, системы переключились в режим экономии энергии.

— Код альфа. Пристегнуться. Что с двигателями⁈ — потребовал ответа капитан.

У него никак не получалось завести их.

— Вокруг разведчика наблюдается высокая электромагнитная активность, — рапортовал старпом.

Красное освещение раздражало.

— Зачем он включил защиту? — озадачился Фрук.

— Потому что обнаружил нас, — заключил Гардадо, не отрывая сурового взгляда от судна кайгу.

— И что нас выдало? — Консила говорила сама с собой, но услышали её все. Да и ответ уже не требовался: — Он собирается выпустить рой генератов! — крикнула штурман.

Разведчик начал незначительно менять свои очертания, поверхность пошла буграми и волнами. От корабля вот-вот начнут отделяться генераты — организмы, предназначенные для определённой цели.

И этой целью была атака на искатель.

А это очень плохо, потому что экипаж управлял научным судном с минимальными боевыми функциями.

— Чёртовы дыры, да заводись же ты!

Один из двигателей, наконец, удалось включить. Показания спектроанализатора начали снижаться. Корабль смог отойти на безопасное расстояние. Там заработал и второй двигатель.

— Рой! — выпалила Консила.

От разведчика отделилось не меньше десятка генератов. Все устремились к ним.

— Мы должны отбиться от них! — приказал капитан.

— Орудия готовы! — выкрикнул Магнис.

— Управление на мне! Фрук, следи за зарядом, у нас его немного.

— Есть, кэп!

На экране радара перед Гардадо обозначилось множество красных точек, орудия самостоятельно навелись и выстрелили плазменным зарядом. Генераты поменьше оказались куда более юркими. Летели, хаотично меняя траекторию. Сгустки плазмы пролетали мимо.

Они устремились к искателю.

Первый удар пришёлся по кормовому грузовому отсеку. Глухой скрежет металла прошёлся по корпусу.

— Нам не отбиться, их слишком много!

— Капитан, мы можем их сбросить, только если включим гравитационный трос либо постреляем по собственной обшивке. — Старпом выжидающе уставился на Гардадо.

— Не успеем. Один движется к шлюзу, — предупредила Консила.

Экипаж уставился на экраны, расположенные выше приборной панели, под потолком. На них транслировалась запись с внешних телескопов. Одно за одним, изображения пропадали, генерат разбивал их.

По нейроволокну, которое соединяло капитана с кораблем, безостановочно бежали импульсы. Гардадо чувствовал на себе все то, что происходило снаружи. На уровне сознания, будто это он сам корабль. А генераты ползут по его рукам, ногам, подбираясь к лицу.

От каждого удара Пастра морщилась, а Магнис всё сильнее стискивал челюсть. Когда почернел последний экран, Консила вздрогнула.

Ихлеты подняли головы. Генерат спустился, на мгновение закрывая собой обзор иллюминатора.

— Пушки не наводятся, пока он держится за нас. Кэп, я могу попробовать навести вручную. — Руки Магниса так и чесались взяться за рычаг и уничтожить пришельца.

— Пробуй, — разрешил капитан.

Гардадо окинул взором экраны. Несколько генератов улетели, не став нападать на них. Капитан прищурился.

— Куда они направляются, Регадо? — напрягся капитан.