— Главное — ты в порядке, все остальное не важно. Отдыхай, я дам тебе время прийти в себя.

Он сделал еще шаг назад и повернулся к выходу.

Стыд мгновенно сменился обидой и упрямством. Я поднялась с дивана. Меня еще слегка штормило, но я подошла почти вплотную.

— Ты опять закрываешься от меня? Делаешь вид, будто ничего не произошло?

Рейнар застыл на ходу. Он медленно обернулся, и я увидела, как у него на скулах ходят желваки, а и на глазах рушится все его хваленое самообладание.

— Если я перестану держать дистанцию, — произнес он, будто говорил не мне, а самому себе, — я не смогу остановиться.

— А я не прошу тебя останавливаться.

Его дыхание сбилось, сильные руки легли на мою талию, и в следующее мгновение я уже сидела на краю его стола, стиснув пальцами деревянную столешницу по обе стороны от бедер. Он возвышался надо мной, словно пытался понять, не передумаю ли я.

Не дождется.

Его ладонь скользнула вверх по моей спине, пальцы зарылись в волосы на затылке, наклоняя мою голову назад, и в следующее мгновение он накрыл мои губы поцелуем — страстным, яростным, сминающим последние остатки самообладания.

— Что же ты со мной делаешь, Аделина… — выдохнул он прямо в губы и притянул меня к себе так крепко, что между нами не осталось воздуха.

Рейнар целовал меня жадно, не давая даже перевести дыхание. Я вцепилась в его плечи, прижалась ближе и ответила на поцелуй с той же страстью.

Рейнар на мгновение оторвался от моих губ, давая мне время отдышаться. Его пальцы скользнули по спине, нащупали шнуровку платья. Тихо выругавшись, он быстро развязал узел, ослабив корсет, и я смогла свободно вздохнуть.

Платье соскользнуло с плеч. Его горячие ладони тут же накрыли мою кожу, стирая прохладу кабинета.

Он снова наклонился, оставляя быстрые, горячие поцелуи на шее, возле ключиц, поднимаясь обратно к губам. Я закинула голову назад, сжав пальцами его волосы. Я уже сгорала от нетерпения.

Рейнар подхватил меня за талию и перенес на диван. Я принялась расстегивать его рубашку, мне не терпелось прикоснуться к нему, почувствовать тепло его кожи.

Когда он опустился рядом, все сомнения и стыд просто исчезли. Я только сильнее притянула его к себе, окончательно теряя контроль над происходящим.

Я рассказала Рейнару про светильник, который ни с того ни с сего взорвался; про то, что мне пришлось использовать свою силу, чтобы спасти проходившую мимо девушку, и что, кажется, это кто-то видел. Он слушал, молча, но по тому, как он сжал кулаки, я поняла, просто так он это не оставит.

Утро следующего дня в Академии началось с шума в коридоре.

Вся толпа студентов высыпала в коридор третьего этажа. Я тоже остановилась у стены, пытаясь понять, что происходит. По пролету прошли четверо стражников.

Они вели Лорену и ее подружку. Лорена еще пыталась держать лицо и высоко задирала подбородок, но была бледной как полотно. А подружка вообще тихо всхлипывала на ходу. На руках у обеих висели блокирующие браслеты.

— По приказу ректора вы исключены и переданы под стражу, — сказал старший отряда, даже не глядя на зевак.

Из кабинета вышел Рейнар. Он быстро нашел меня в толпе и чуть заметно кивнул на дверь. Намек я поняла сразу.

Через пару минут я уже заходила к нему.

— Про подсыпанное в вино зелье удалось выяснить быстро, — сразу начал он. — Слугу нашли под утро, он сознался. Лорена заплатила ему за то, чтобы он подал бокал, а подруга достала сам отвар. Обе исключены, я направил запрос их семьям, дело передано в суд.

— А что насчет тени, которую я видела тогда? Удалось узнать, кто это был?

— Нет, — Рейнар качнул головой. — Я осмотрел коридор, но не обнаружил никаких следов. Лорена с ее подругой к этому не имеют никакого отношения.

Он вздохнул, подошел ко мне вплотную и взял меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.

— Сильно напугалась?

— Больше разозлилась, — призналась я.

Он едва заметно усмехнулся, но ничего не ответил. Просто крепко обнял меня, будто проверяя, все ли со мной в порядке. Я обняла его за шею и уткнулась лицом ему в грудь. Мы оба понимали, что это далеко не конец, но прямо сейчас мне достаточно было просто чувствовать его тепло рядом.

Скоро шум вокруг исключения Лорены улегся, и Академия вернулась к привычной суете. Впереди маячил итоговый экзамен, и у адептов просто не осталось времени на сплетни. Все силы уходили на подготовку к «Охоте теней» — решающему испытанию сессии, которое должно было пройти в два этапа: первое — командное, второе — одиночное.

Утро первого дня экзамена началось еще до рассвета. В Главном зале собрали весь курс. Напряжение буквально висело в воздухе: никто заранее не знал ни сути испытаний, ни с кем будет в команде. Адепты переминались с ноги на ногу, тихо шептались и нервно поправляли зимние мантии.

На возвышение вышел магистр Кай Торн. По залу сразу прошелся шепоток, но Торн просто поднял руку, призывая к тишине.

— В реальном бою никто не даст вам времени на подготовку и уж тем более не спросит, с кем вам удобнее воевать, — громко произнес он. — Первый этап — «Лес Лишений». Ваша задача — найти из него выход.

Торн смерил зал тяжелым, не предвещающим ничего хорошего взглядом.

— Но не рассчитывайте, что будет просто. Как только вы переступите черту рун, каждый лишится чего-то важного. А вот как вы будете в таких условиях отбиваться от тварей и держаться вместе — покажет ваши настоящие умения.

— Составы команд уже определены.

Торн начал быстро зачитывать список, и по залу то и дело послышались досадные вздохи.

— Группа номер четыре: адептка Элис Хартон, адепт Теодор Рид, адептка Аделина Вайнер…

Я коротко переглянулась с Элис и Тео. Напряжение немного отпустило — отличный расклад, мы прекрасно знаем возможности друг друга. Но Торн сделал паузу и выкликнул последнее имя:

— …и адепт Йен Валье.

Я замерла.

Йен стоял чуть в стороне, прислонившись спиной к каменной колонне. На его лице играла все та же привычная ухмылка. Почувствовав мой взгляд, он посмотрел прямо на меня.

То, что его поставили именно в нашу четверку, точно не было совпадением. Наверняка он захочет отомстить за Лорену…

Студенты гудящей толпой двинулись к арке в конце зала, где активировали портал для отправки в Лес. Мы встали в очередь своей четверкой. Пока Элис с Тео о чем-то вполголоса спорили, а Йен с безучастным видом крутил на пальце перстень, кто-то перехватил мой локоть и увлек за ближайшую колонну, в тень.

Я уже собиралась закричать, но тут же встретилась взглядом с Рейнаром.

— Что происходит? — спросила я, пока остальные адепты ждали своей очереди. — Почему этап ведет Торн?

— На меня поступила жалоба в Совет, — спокойно ответил Рейнар, хотя в его глазах читалось раздражение. — Вчера доложили о моем «особом» отношении к тебе. Совет принял решение отстранить меня от руководства экзаменом. Более того, мне запрещено даже приближаться к вашей четверке. Если они заметят, хоть малейшую попытку помочь — вас тут же дисквалифицируют. А это автоматическое отчисление для всех.

Я сжала кулаки.

— Значит, мы сами по себе.

— Да. Но слушай меня внимательно, — Рейнар наклонился ближе ко мне. — Все, что ты там увидишь, — это иллюзия. Твари, звуки — это просто иллюзорная проекция. Настоящей смертельной опасности нет. Вы справляетесь на занятиях, справитесь и здесь. Главное — не дай страху сбить себя с толку.

Он сжал мое плечо и отступил назад.

Спустя полчаса нас перенесли к границе заснеженного леса. Адепты шумной толпой сбились у опушки, вглядываясь в глубину леса. Высокие деревья стояли вплотную друг к другу, а дальше между стволами висел плотный, почти непроглядный туман.

— Команда номер четыре, на исходную! — раздался резкий голос магистра Торна, перекрывая гул толпы.