Я на секунду замялась, едва не наступив ему на носок, но тут же поймала ритм и бросила скользящий взгляд наверх.

Рейнар действительно стоял у балюстрады. Его лицо оставалось непроницаемой ледяной маской, но тяжелый взгляд был прикован прямо к нашей паре.

— Ректор просто следит за дисциплиной, — сухо отрезала я, чувствуя, как под его взглядом к щекам против воли приливает жар.

— Ну да, конечно, — с откровенным азартом усмехнулся Маркус, крутанув меня и снова возвращая вплотную к себе. — Именно поэтому он только что едва не раздавил пальцами хрустальный бокал. Если после этого танца меня отправят на досрочную отработку — считайте, что это была жертва ради приятной компании и хорошей музыки.

Я так и осталась стоять посреди коридора, тупо уставившись на угол за портьерой.

В голове стучала одна-единственная мысль: застыл или не застыл?

Если это был обычный человек или слабый маг, он ничего не заметил. Для него второкурсница просто каким-то чудом отскочила в сторону за долю секунды. Повезло, бывает. Но если там стоял кто-то вроде Рейнара, но не на нашей стороне…

Он мог почувствовать аномалию. Рейнар ведь предупреждал, что сильные маги ощущают аномальный сбой. И если эта тень принадлежала человеку, напавшему на меня, то мое «тихое» спасение девчонки только что превратилось в грандиозный провал.

Чем мне это грозит?

Я тряхнула головой, пытаясь отогнать панику. Глупо гадать. Нужно возвращаться в зал, делать вид, что ничего не произошло, и молиться, чтобы у этой тени не было привычки сразу бежать с доносом.

Кое-как поправив изумрудный шелк платья, я глубоко вдохнула и толкнула тяжелые двери в бальный зал.

Шум оркестра и сотен голосов ударил по ушам. Я скользнула вдоль стены, стараясь не привлекать внимания, и направилась к фуршетным столам.

— Выглядите так, будто только что вступили в схватку с мантикорой и чудом выжили, — раздался сбоку голос.

Я вздрогнула и обернулась. Рейнар стоял почти вплотную. Внешне — все тот же невозмутимый ректор, но я-то слишком хорошо успела изучить этот взгляд. Он волновался.

— Почти, — ответила я, пытаясь отшутиться. — В схватку со светильником.

Я ждала, что он сразу начнет расспросы — в конце концов, мы вместе влезли во все это расследование, и каждый шаг был на счету. Но Рейнар молчал. Он просто смотрел на меня — так, как смотрит человек, который знает о тебе слишком много.

За эти недели мы слишком сильно сблизились, и удерживать эту привычную дистанцию становилось все сложнее.

— Ректор Дрейк, — раздался голос сбоку.

Рейнара тут же увлекли в сторону трое советников. Он одарил меня досадным взглядом через плечо, и исчез в толпе.

Я осталась одна.

Мимо прошел слуга с подносом, на котором возвышались бокалы с темно-золотистым вином, украшенным лепестками. Я взяла один, просто, чтобы занять руки. Сделала глоток. Вкус был странным — сладковатым, с легкой горчинкой. Списала на местное вино.

Зря.

Тепло началось в груди, сначала едва заметное. Потом жар внутри начал быстро разгораться. Пол качнулся, хотя я стояла на месте. Голова стала легкой, контроль уплывал с каждой секундой. Мысли путались, а тело медленно переставало подчиняться. Я поставила бокал и попыталась найти взглядом Рейнара. Вместо этого мой взгляд зацепился за фигуру у окна.

Наследник империи. Дамиан. Ноги, не спросив разрешения, понесли меня к нему.

«Нет», — взмолилась я мысленно. — «Куда угодно, только не туда».

Я подошла слишком близко. Мужчина рядом стушевался и ретировался.

— Леди Вайнер, — Дамиан окинул меня чуть удивленным взглядом. — У вас такое лицо, будто вы собираетесь мне что-то сообщить. Надеюсь, не про очередное покушение.

— Хуже, — услышала я собственный голос — низкий, слишком мягкий.

Я протянула руку и коснулась пальцами лацкана его камзола. Внутри все кричало «убери руку», а рука продолжала жить своей жизнью.

— Так, — сказал он, аккуратно перехватывая мою ладонь. — При всем уважении к внезапно вспыхнувшим чувствам, у меня стойкое подозрение, что дело не в моем природном обаянии.

— Определенно в нем, — выдохнула я. — У вас потрясающие… плечи.

— Плечи? — С усмешкой спросил он. — Это что-то новенькое. Обычно начинают с глаз.

— Ваши глаза тоже неплохи. Но плечи как-то… убедительнее.

— Как человек, привыкший к чужому вниманию, должен признать, это лучший комплимент за последний месяц. И самый странный.

Где-то послышался звук разбитого стекла. Дамиан, не выпуская мою руку, быстро обвел зал взглядом.

— Кто-то из слуг только что уронил поднос и очень поспешно скрылся, — сказал он тихо. — Занятное совпадение с вашим приступом нежных чувств.

Даже сквозь дурман я успела зацепиться за мысль: он не пользуется ситуацией. Держит дистанцию и явно больше озабочен происходящим, чем мной.

— Дамиан, — голос Рейнара прозвучал так, что температура в зале, казалось, упала.

Наследник тут же отпустил мою руку и сделал шаг назад с явным облегчением.

— Забирай, — сказал он коротко. И, помолчав секунду, добавил уже тише, почти сочувственно. — Держись. Кажется, вечер будет долгим.

Рейнар взял меня за локоть и повел за колонну.

За колонной он развернул меня к себе, на его лице читалась настоящая тревога.

— Аделина. Что вы выпили?

— Не знаю. Вино. Оно было странным на вкус…

— Кто подал?

— Слуга. Лица не запомнила.

Он выругался тихо, на незнакомом языке.

До его кабинета мы дошли за считанные минуты. Рейнар буквально тащил меня на себе, удерживая за талию, пока мои ноги заплетались и путались о подол платья.

Как только дверь закрылась, силы окончательно меня оставили. Если бы Рейнар не подхватил меня, я бы просто сползла на пол.

— На диван, — скомандовал он и практически перенес меня к кожаному дивану в углу.

Я откинулась на мягкие подушки, тяжело дыша. Жар, который туманил разум, постепенно спадал, на его место заняла слабость. Руки дрожали, а в голове гудело, как после удара. Но хуже всего был стыд. Жгучий стыд за то, что я творила пару минут назад. Я вешалась на Дамиана. Я буквально впилась в губы Рейнара…

Я зажмурилась и спрятала лицо в ладони, мечтая провалиться сквозь землю.

— Выпей, — над ухом раздался спокойный голос.

Я открыла глаза. Рейнар опустился на одно колено прямо передо мной. В одной руке он держал стакан с прозрачной жидкостью, а второй — аккуратно придержал меня за затылок, помогая сесть.

— Что это? — прохрипела я.

— Нейтрализатор. Он должен нейтрализовать остатки зелья в крови и снять тошноту. Пей.

Я не стала спорить и сделала пару жадных глотков. По пищеводу сразу разлился приятный холод, и пульсация в висках начала понемногу затихать.

Рейнар забрал пустой стакан, отставил его на низкий столик у дивана и снова повернулся ко мне. Он не спешил вставать с колен. С такого расстояния я отчетливо видела, как тяжело вздымается его грудь и насколько плотно сжаты его губы.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он совсем близко. На этот раз — без привычного «вы».

— Получше… — я попыталась поправить растрепавшиеся волосы, но пальцы все еще дрожали. — Рейнар, мне ужасно стыдно за то, что было за колонной. Я вообще не соображала, что делаю. Это вино…

— Аделина, не нужно, — перебил он. — Ты не виновата.

Он замолчал, не сводя с меня глаз. Я ждала упреков, но вместо этого увидела в его глазах нежность.

— Хотя если бы я сказал, что мне не понравилось, я бы соврал.

От этих слов у меня перехватило дыхание. Я посмотрела на него, чувствуя, как к щекам снова приливает жар, но на этот раз точно не из-за яда.

— Так что перестань себя корить, — добавил он, выпрямляясь.

Но затем Рейнар отстранился. Руки его были сжаты, плечи напряжены. Он будто заставлял себя отвернуться и вернуть ту самую привычную, безопасную дистанцию.