Возникла пауза. «Вот, блин, я пошутила, - тоскливо подумала Китиара, - и как дальше разговаривать с этим психом, у которого мания величия?».

- …Вам кажется, - мягко произнес Макнаб, - что я страдаю манией величия? Напрасно, Китиара. Сколько, по-вашему, было апостолов во времена Первого пришествия?

- Э… Двенадцать.

- Нет, Китиара. Двенадцать было первых апостолов. Затем, как сообщает святой Лука в десятой главе Евангелия, Христос призвал еще семьдесят апостолов. И, кроме того, как видно из Священного Писания, апостолом стал святой Павел, хотя он не видел Христа в материальном теле, и узнал о Нем только из духовного видения в Сирийской пустыне. Следовательно, число апостолов не фиксировано раз и навсегда, а определяется силой откровения, полученной непосредственно от Христа тем или иным верующим.

- О, черт. Знаете, Коннор, я не так подкована, чтобы спорить с выпускником факультета теологии университета Эдинбурга о Священном Писании. Может, поговорим лучше о практике? Вы не возражаете?

- Ничуть не возражаю.

- Тогда вопрос… - Китиара Блумм сделала паузу, - …Правда ли, что вы ели людей?

- Нельзя съесть человека, - авторитетно сообщил Макнаб, - суть человека, это душа, не являющаяся объектом материального мира, и не съедаемая по определению.

- Я имею в виду, - пояснила журналистка, - поедание человеческого мяса. Правда ли, в частности, что вы убили и съели группу миссионеров из «Комитета Уоррена - Гамада», прибывших в Верхний Сепик?

- Да, в физическом плане мы их убили и съели, - невозмутимо ответил патер.

- Вот так, просто? – изумилась она.

- Мы, - спокойно сказал патер, - ели то мясо, которое было нам доступно. Такова была необходимость. Каждому, кто живет деятельно надо хорошо питаться.

- Но, послушайте, Коннор! Это же немыслимо – есть человеческое мясо!

Патер Макнаб немного грустно улыбнулся и покачал головой.

- Вы не знаете, что такое жить в джунглях, ежедневно переходя с места на место, чтобы каратели не выследили ваших близких, за которых вы отвечаете перед Богом. Еще надо добывать пропитание. Иначе будет голод и, опять же, смерть. Если вас поставить перед выбором: обречь своих близких, включая женщин и детей, на голодную смерть, или же заколоть врага и приготовить еду из его мяса - что вы будете делать, Китиара?

- Я не знаю! – воскликнула Китиара, - Все равно, это неправильно! Вы же христиане!

- Да, мы католики, - сказал Макнаб, - а ответ в четырнадцатой главе послания апостола Павла к римлянам: Ради правого дела, можно употреблять в пищу все, без исключения.

Опять возникла пауза. Патер-людоед добродушно улыбался, а Китиара искала какой-то  вопрос, чтобы уйти от темы людоедства… И нашла.

- Скажите, Коннор, а правда ли, что в вашей общине практикуется многоженство?

- В нашей общине такие отношения между людьми, в частности, между мужчинами и женщинами, которые соответствуют главе четвертой Деяний апостолов.

- Э… А что там, в этой главе?

- Там сказано, что в общине никто ничего не называл своим, но все было общее.

- Э… Но, наверное, это касается только… Э… Неодушевленных предметов.

- Не только, - авторитетно сообщил Макнаб, - сказано: все общее, без исключений.

- Подождите, Коннор, а как же христианский брак?! Про это ведь написано в библии!

- Вы правы, Китиара. Про это написано в библии. Апостол Павел в первом послании к коринфянам рекомендует заключать брак тем мужчинам и женщинам, которые хотят следовать языческому обычаю, и жить отдельной семьей с отдельным имуществом.

- Языческому обычаю?! – еще более изумилась австралийская журналистка.

- Да, Китиара. Обычаи в сфере труда, быта и торговли, появились задолго до Первого пришествия Спасителя, следовательно, это либо старозаветные обычаи иудеев, либо языческие обычаи эллинов и римлян. В ту эпоху отношения с иудеями у христиан не сложились, поэтому христианская культура росла в эллино-римской среде, и многие подходящие бытовые обычаи заимствовались христианами у этих языческих культур. Скажите, разве вам, австралийке, не близки эллинские идеалы свободы, открытости и красоты человеческого тела?

- Э... Наверное, близки. Но, Коннор, к чему этот вопрос?

- Это был риторический вопрос, Китиара. Ведь всем и так известны идеалы свободного австралийского народа. Но Европа оказалась отравлена швейцарской кальвинистской ересью, состоящей, как и магометанство, в культе денег, и в ненависти к свободе и к человеческой красоте. А центр христианства в его достоверной, католической форме, переместился в Латинскую Америку, где многие здоровые языческие обычаи, включая народные танцы и фестивали, стали органичной частью католической религии. Сейчас большинство католиков в мире - латиноамериканцы, а Европа… Что тут говорить.

Патер Макнаб грустно махнул рукой. Китиара Блумм напряженно вытерла пот со лба.

- Вы говорите необычные вещи Коннор. Они кажутся аргументированными, но, как вы знаете, архиепископ Эдинбурга назвал ваши аргументы софистикой. А ваш ключевой трактат «Доступная библия и катехизис для папуасов», он объявил антихристианским пасквилем, и безобразным искажением веры. Вы знаете об этом?

- Знаю, - невозмутимо ответил Макнаб, всем своим видом показывая, что считает этот вопрос мелким, неинтересным и не заслуживающим обсуждения.

- …А вы знаете, - продолжила Китиара, - что Папа Римский Пий-Лев I, несколько часов назад, объявил о вашем отлучении от церкви, и включил все ваши трактаты в «Индекс запрещенных книг»? Всем, кто вас читает, теперь тоже грозит отлучение.

- Пусть этот негодный римский чиновник… - произнес Макнаб четким и спокойным голосом, - …Сперва запретит себе брать взятки у магометан и у еретиков-баптистов.

- Э… Вы намекаете на «Комитет Уоррена – Гамада» и на хрислам?

- Я не намекаю. Я сказал, что сказал. А хрислам - это одно из следствий продажности чиновников Ватикана, фальшивых епископов-реформатов, и псевдо-демократических проституток-парламентариев. Они говорят вам о толерантности. Знаете, Китиара, какое заведение называется «maison de tolerance»? Смелее! Будьте свободным человеком!

- Э… Так обычно называют точки организованной проституции.

- Вот! - патер Макнаб поднял палец к небу, - Видит Бог: все негодяи, которых я назвал, мечтают превратить страны - наследницы трех великих культур: эллинской, римской и кельтской, в дома терпимости по образцу магометанского халифата. Вашей страны это касается не меньше, чем моей родины, Шотландии, где уже открыто действуют суды шариата. А началось с того, что в 1998 году продажное правительство отдало королю Саудовской Аравии кусок Эдинбурга около Университета. Теперь там мечеть и центр подготовки моджахедов. Нормальным людям приходится обходить это место за милю. Скажите, Китиара, хотите ли вы, чтобы так стало в Сиднее, Мельбурне, Канберре?

- Конечно, я не хочу, - ответила она, - но можно же действовать цивилизованно.

- Цивилизованно? - с невеселой иронией переспросил патер, - Какой цивилизованный разговор может быть с террористами, которые оружием и подкупом обращали бедных папуасов в свое лжеучение? В начале своей миссии я пытался действовать законно, а результатом стало то, что моих прихожан чуть не перестреляли. Я мог бы вернуться в Шотландию, но мои прихожане - нет. Я остался с ними, чтобы воевать за нашу общую свободу. Сегодня мы отвоевали малый клочок территории: этот остров. Но мы полны решимости продвигаться дальше, остров за островом, деревня за деревней. Для этого необходима поддержка многих честных людей. И я намерен отправиться с миссией в Меганезию, чтобы проповедовать действительное католическое учение.

Китиара была изумлена. Изумлена даже сильнее, чем когда речь шла о людоедстве.

- Коннор, вы рискуете! В Меганезии запрещены религии, противоречащие Хартии.