…Тем временем, в поле зрения видеокамеры появился армейский джип «Хаммер» без опознавательных знаков, зато с крупнокалиберным пулеметом на турели над крышей. «Зеленый человечек», торчавший на стрелковом месте, развернул этот пулемет и, без промедления открыл огонь. Изображение на мониторе заволокло дымом, а динамики воспроизвели грохочущую серию звуков от стрельбы, и от ударов пуль по камням.

Прапорщик Лай схватила микрофон.

— Алло, алло, Койотль, отзовись! Ты, как живой там?… Алло, алло, Койотль…

— Алло, Сюзи! — послышалось из динамиков, — Все ОК, это Койотль. Ничего такого, эти зеленые человечки каждый раз обстреливают высотку перед вылетом истребителя. На всякий случай, по ходу. Просто в прошлые разы пули ложились не так близко…

Тут из динамиков снова послышался грохот, на этот раз другого рода. И, сквозь пыль, мешавшую наблюдению, стал различим силуэт взлетающего самолета «Flanker».

…— Вот, это четвертый, — прокомментировал Койотль.

— Четвертый кто? — встрял Хардинг, подвинувшись к микрофону.

— А это кто? — послышался вопрос из динамика.

— Койотль все ОК, — сказала Сюзи, — это полковник Джейкоб Хардинг, морпех.

— Ну, нормально, — отозвался Койотль, — так вот, это четвертый «Flanker». Три штуки в воздухе уже. По ходу, к вам летят.

— К нам?! — резко переспросил Хардинг.

— Ну, полковник, а куда им еще лететь? Короче: вы держитесь там.

— Полу-адмирал Бэйкон знает, и мы готовы отразить атаку, — уверенно заявила Сюзи.

— Fuck! — лейтенант Акснис схватился за голову, — Каким образом отразить?!

— Тактически правильным образом, — невозмутимо сообщила майор Коттонс.

Предваряя ответ своего лейтенанта, готового «сорваться с резьбы», полковник сильно хлопнул его по плечу.

— Соберись, морпех! Нам скоро идти в бой! Ясно?!

— Да, сэр… — пробурчал Хэннет Аксинс.

— Громче, черт тебя подери!

— Да, сэр!!!

— Так-то лучше. Давай, Хэннет, иди к своим парням, насыпь им перца под хвост, чтоб шевелились, как надо. А я пойду решать эту чертову проблему. На том и разошлись.

Вообще-то, Хардинг не представлял себе, как решать эту чертову проблему. Четверка «Flanker» с дистанции 30 миль распотрошит незащищенный USS «Гитчигами» одним ракетным залпом. Может, полу-адмирал Бэйкон считает, что это все еще игра? Майор Коттонс и прапорщик Лай считают именно так — вероятно, с подачи Бэйкона. Так что, единственное разумное действие сейчас: пойти к Бэйкону, и спросить: какого черта?..

…И, сделав такой вывод, полковник двинулся на ходовой мостик, рассчитывая, что, в сложившихся обстоятельствах, полу-адмирал будет там. Действительно: Бэйкон был в командирском кресле, и пил кофе, обсуждая что-то с инженером Ематуа Эдвардсом, и капитаном-разведчиком Седриком Конуэем. Согласно задумке, Хардинг выпалил:

— Какого черта?!

— Ясно, Джейекоб, ты побывал у Сюзи, — констатировал полу-адмирал.

— Да, черт побери, я побывал там, и видел, как взлетают Фланкеры. Мы уже вышли из конвенциональной 12-мильной зоны у берегов Самоа, вокруг нас нейтральные воды, и выходит, что мы легкая добыча. У нас нет ни авиа-прикрытия, ни ПВО.

— У нас есть ПВО, — спокойно возразил капитан Конуэй.

— Ах да! — полковник коснулся пальцем своего лба, — Как я мог забыть! У нас здесь три крупнокалиберных пулемета, и десяток ручных Стингеров. Как раз то, что нужно для защиты корабля от налета четырех сверхзвуковых истребителей-бомбардировщиков!

— Полковник, вы забыли о плазменно-волновой пушке фирмы «Polymath».

— Капитан, сейчас не время для шуток! Или вы думаете, что это все еще игра?

— ПВП — не шутка, — вмешался полу-адмирал, — люди делают большие деньги на ней.

— Поул, о чем ты?! — тут Хардинг снова коснулся пальцем своего лба, — Нам не деньги нужны! Нам нужно что-то против Фланкеров, иначе они порвут нас в клочья!

Поул Бэйкон воспроизвел этот жест, а затем показал пальцем вверх.

— Джейкоб, ты недооцениваешь массу денег и прагматизм условного противника.

— Ты о чем? — снова спросил полковник-морпех.

— Я о том, что хозяева фирмы «Polymath» очень заинтересованы в результатах боевого тестирования ПВП, и передали противнику часть этой своей заинтересованности.

— Передали в виде соразмерной доли, — напрямик уточнил капитан Конуэй.

— Вот даже как… — произнес полковник, и посмотрел на инженера Ематуа Эдвардса.

— Мистер Хардинг, — отозвался инженер, — я думаю, вы не ошибетесь, если нальете себе стаканчик кофе, и понаблюдаете. Возможно, вы найдете в этом некоторую эстетику.

— К чертям эти махинации с эстетикой! — объявил полковник, и резко вышел с мостика.

— Вероятно, мистер Хардинг обиделся на что-то, — прокомментировал Тетиэво.

— Одно слово: морпех, — припечатал Седрик Конуэй.

Шеренга из четырех точек появилась над юго-западным горизонтом, и стремительно превратилась в четыре силуэта, напоминающие избыточно-оперенные стрелы. А еще мгновением позже, они проскочили над USS «Гичигами». Звено истребителей шло со скоростью, значительно превышающей звуковую. Они уже затерялись в небе, когда на открытую палубу и надстройки корабля обрушились ударные волны «сверхзвукового конуса». В это время самолеты очерчивали широкие дуги где-то на полпути к северо-восточному горизонту, выполняя боевой разворот на цель.

Цель (в смысле: USS «Гичигами») не собиралась пассивно дожидаться атаки. Расчеты крупнокалиберных пулеметов заняли стрелковые позиции, а некий аппарат на крыше надстройки начал движение. Этот аппарат напоминал нарядно-блестящую 3-метровую пузатую бочку. Она, вращаясь в двух плоскостях, искала ориентацию, при которой на фокусной линии ее донышка оказался бы один из истребителей…

…И последовало включение. В воздухе заплясала, будто, цепь мерцающих искр, едва заметных при ярком солнечном свете. Почти сразу один из атакующих истребителей закувыркался, теряя стабильность полета. Остальные три истребителя, как стая галок, вспугнутых выстрелом, метнулись по сторонам. Тот, первый, продолжал кувыркаться, казалось, неотвратимо падая в океан. Лишь в последний момент ему удалось частично восстановить управление. Истребитель выровнялся менее, чем в ста футах над водой. Можно было разглядеть в бинокль, как реактивная струя газа из его движка срывает с верхушек волн полосы тумана. Затем он, набрав скорость, но продолжая держаться на минимальной высоте, ушел к горизонту, где затерялся среди солнечных бликов. Трое других еще раньше скрылись из поля зрения. Так первый бой с использованием ПВП (плазменно-волновой пушки) фирмы «Polymath» был выигран. Убедительно, если не придираться по мелочам. У команды USS «Гичигами» отлегло от сердца. Фатальная ракетная бомбардировка не случилась. Идем дальше, согласно программе миссии.

Через час китайско-тонганский волонтер Койотль сообщил по радио горячую новость. Правильный король Тонга, Оехе-Аи, потомок божественного Аи-Ту-Матуа Тангалоа, высадился на островах Ниуатопутапу и Тафахи, воспользовавшись замешательством оккупантов, вызванным провалом авиа-атаки против USS «Гичигами». Отряд короля подавил базуками ключевые точки оккупантов, и теперь развивает наступление. И это подтверждала web-трансляция online. На вид — почти как битва за Иводзиму. Там не хватало лишь десанта американских морпехов, но этот десант был уже на подходе.

В коралловом барьере, окружающем остров Ниуатопутапу, есть единственный канал, пригодный для такого корабля, как USS «Гичигами». Устье этого канала находится на северо-востоке, и USS «Гичигами» мог зайти в полу-лагуну, почти не меняя курс. При подготовке маневра, корабль снизил ход до 10 узлов, и с его палубы поднялась тройка сверхлегких вертолетов «Robinson» — авиаразведка. Следом за ними полетел «Drago» (похожий на ванну для анаконды) — видеосъемка. Дальше — двойка легких вертолетов «Cayuse» — ракетно-огневая поддержка. И замыкающим шел конвертоплан «Osprey» — десантный взвод авангарда. Фоном для этого авиа-шоу стал остров, над которым ясно виднелись крученые шлейфы дыма: на западе острова шел модерируемый бой между истинным королем и зелеными человечками-оккупантами. Должно было получиться отличное документальное кино, убедительное для среднего телезрителя…