— Просто, геополитика, — ответил Конуэй.

— Геополитика… — отозвался лейтенант-коммандер Алсвэнк, — …А только мне одному кажется, что предлагаемое задание на Тонга вроде договорного футбольного матча?

Остальные не вербально отреагировали так, что стало ясно: у них сходные догадки. А капитан-коммандер Бэйкон произнес:

— Да, это договорной матч. Мы получили задание, которое только кажется опасным.

— Почему тогда нам такой супер-приз? — поинтересовалась капитан Коттонс.

— Потому, что мы команда, — ответил капитан-коммандер, — мы неформальная команда, которая объединена взаимным доверием, квалификацией и умением хранить секреты. Аналогично: инженерная команда с эсминца «Риковер» класса «Zumwalt». Хорошие моряки, для которых это тоже последнее задание на военной службе. Мы будем иметь удовольствие познакомиться с ними на борту «Гичигами».

— Ага! — сказала Сюзи Лай, — Значит, это бортинженеры с эсминца, который занимался фигней параллельно с нами во время заварухи в Сальвадоре. Им тоже надоело, да?

— Это без комментариев, — строго сказал Бэйкон, — просто повторю: они — неформальная команда, как и мы. Совсем другое дело — десантный батальон во главе с известным вам полковником Джейкобом Хардингом. Они могут думать, что этот матч — настоящий.

— О, проклятье! — воскликнула уорент-офицер Лай, — Опять Хардинг! Почему всех этих оловянных солдатиков не засунули на тот зомби-корабль Шоколадного Зайца?!

Капитан-коммандер равнодушно пожал плечами.

— Не я решаю эти вопросы. Кстати: десантная группа, попавшая на зомби-корабль, и в reality-show Адреналинового гейзера, была подобрана кораблем «Гичигами».

— Как это подобрана? — удивился Алсвэнк.

— Так. Зомби-корабль, неделю шел на запад, и вчера автоматически лег в дрейф вблизи атолла Киритимати. А «Гичигами» зашел туда по дороге от Раротонга до Сан-Диего.

— Подожди, Поул, а какой экипаж на «Гичигами»?

— Там временный минимальный инженерный экипаж подрядчика, как положено. Трое специалистов, знающих корабль. Эти трое цивильных ребят будут с нами до финиша.

Скоростной десантный корабль, 420-футовый SWATH-катамаран «Гичигами» шел со скоростью 40 узлов на юго-восток от калифорнийской базы Сан-Диего. 1-звездочный адмирал (на сленге — полу-адмирал) Поул Бэйкон расположился за чайным столиком в широком кресле, в достаточно просторной мастер-каюте. Он с любопытством изучал сигнальный выпуск журнала «HIOS» (Habitable Iceberg Origin Search), и периодически отхлебывал кофе из кружки с логотипом того же «HIOS». Тут стук в дверь отвлек его. Беззлобно тихо выругавшись, полу-адмирал бросил журнал на столик, и рявкнул:

— Не заперто!

— Я захожу, — сообщил полковник морской пехоты Джейкоб Хардинг, шагнул в мастер-каюту, и с порога спросил, — разрешите обратиться, сэр?

— Оставь чертово «сэр» за дверью, и падай за стол, — сказал Бэйкон, — моя адмиральская звездочка ни фига не значит, кроме жирного выходного пособия при скорой отставке.

— Ясно, Поул, — сказал Хардинг, шлепнулся в кресло напротив полу-адмирала, мельком посмотрел на обложку журнала и, увидев там фото трех обнаженных девушек на фоне искрящегося снега, поинтересовался, — это какое-то новенькое порно?

Бэйкон отрицательно качнул головой, и сообщил:

— Это моя новенькая работа.

— VIP-яхта и эскорт-девочки? — предположил полковник-морпех.

— Пакетбот «Фулминис» и кроманьонские ведьмы, — сообщил полу-адмирал.

— Пакетбот? — переспросил Хардинг, — Это что-то еще до Джорджа Вашингтона.

— Этот современный, — с этими словами Бэйкон, раскрыв журнал примерно в середине, показал фото пакетбота «Фулминис», вроде 60-метрового эргономичного утюга.

Хардинг придирчиво осмотрел фото, и высказал свое мнение:

— Игрушка 200 футов, не слишком ли скромно для твоей адмиральской звездочки?

— Не слишком. Это самый маленький экспедиционный атомоход в истории.

— Ясно. Тогда это круто. И девчонки симпатичные. На вид не скажешь что, ведьмы.

— Это потому, Джейкоб, что они кроманьонские. Называются: кйоккенмоддингеры.

— Кроманьонские? Ладно. А почему снег?

— Потому, что это Антарктика. Кйоккенмоддингеры там делают всякое колдовство.

— Ничего себе… А платят они как?

— Платят спонсоры. Деньги хорошие, а социальный пакет вообще фантастический.

— Тогда я рад за тебя. Хотя, зря ты и твоя команда бросаете службу. Ты сам отличный военный моряк, и ребята у тебя отличные. В смысле: Оскар, Кэми, Седрик и Сюзи.

— Просто не задалось у нас со службой, — ответил полу-адмирал.

Они вдвоем помолчали немного, после чего полковник морпеха произнес:

— Я, вообще-то, не просто поболтать зашел. Я насчет нашего задания на Тонга.

— Выкладывай, Джейкоб, — предложил полу-адмирал.

— Ладно, слушай. Это бред. Мы идем на цивильном пароме, покрашенном под ВМФ, и набитом антиквариатом. Вертолеты Cayuse, и танки Sheridan. Как воевать на этом?

— А зачем нам воевать? — задал Бэйкон встречный вопрос.

— Черт побери, Поул! У нези нешуточный Народный флот. Если они нападут…

— …Зачем они нападут? — перебил полу-адмирал.

— Как зачем? — удивился Хардинг, — Мы ведь пойдем через их акваторию.

— Мы пойдем, и что им до нас?

— Э-э… Так ведь если мы дойдем, то отберем у них часть островов Тонга.

— Джейкоб, не смеши морских чертей. Что мы отберем, когда у нас цивильный паром, набитый антиквариатом, как ты сам выразился?

— Э-э… А какого черта тогда мы идем?

— PR в политике, — пояснил Бэйкон, — для больших боссов на Капитолии стало важным показать наш флаг. Вроде как, мы контролируем Океанию, когда хотим. Антиквариат периода Вьетнамской войны для этого как раз годится. Машины, узнаваемые по кино. Танки Sheridan, это вообще шикарно. Их фото появятся на первых полосах газет.

Полковник-морпех потер свою фирменную волевую челюсть, и растерянно спросил:

— А на кой черт это надо нези?

— Джейкоб, это очевидно! Нези получат очередной международно-признанный анклав, полностью подконтрольный им. Там будет номинальный король, который заключит с западными компаниями всякие торговые контракты поверх анти-незийского эмбарго. Примерно так сейчас поступают незийские фирмы в Паго-Паго, и на Раротонга. Свое маленькое королевство, признанное ООН, это для нези большой шаг вперед.

— Вот, гады! — полковник стукнул кулаком по столику, — Я как чувствовал подставу!

Полу-адмирал дружески похлопал его по плечу.

— Джейкоб, не ломай мебель. А про подставу: ты что, предпочел бы воевать с нези по-настоящему, как в Первую Новогоднюю войну на Киритимати и на Гуадалканале?

— Нет, черт побери! Но участвовать в такой фигне…

— …А в Месопотамии и на Магрибе ты в чем участвовал? — перебил Бэйкон, — Или тебе кажется, что фигня, при которой наши парни подрываются на минах, или ловят пули в голову, это уже вроде как не фигня? Что от этого возникает какой-то смысл?

— Я не знаю, — пробурчал Хардинг.

— А я, — заявил Бэйкон, — даже знать не хочу. Политика, это не мое. Нам надо разыграть спектакль на этих тонганских островах Хафулуху, пожать руку королю, и поцеловать тонганок, которые будут крутить голыми сиськами и дарить нам цветочки. Еще будет торжественный обед с индейкой, запеченной в листьях, и местным ромом. Всякие там застольные речи про победившую свободу, демократию, экологию и бла-бла-бла.

— А при чем тут экология? — недоуменно спросил полковник.

— Как при чем? Джейкоб, это одна из главных фишек! Наш десантный корабль — самый экологически чистый со времен Войны Севера и Юга! У нас двигатель на водороде.

Полковник Хардинг нахмурился, явно подозревая глупый и неуместный розыгрыш.

— Погоди, Поул! Водород, это ведь легкий взрывоопасный газ.