Положив свой смартфон на стол, Герда объявила:
- Оказывается, эти исландцы намерены обращаться с пассажирами, как с селедкой, на которой у них строится традиционный бизнес. Каюты-бочки, разве что без рассола.
- Э-э… - протянула Азалинда, разглядывая картинку планировки кают на экране, - …Я думаю, это, все же, не бочки для селедки. Конечно, 3x3 тесновато, но тут помещаются кровати, столик, душ и туалет. Скажи, положа руку на сердце, что нам еще нужно?
- Мне, - ответила Герда, - нужна в каюте дверь, а не люк над головой.
- Э-э… Скажи, положа руку на сердце. Какая разница: люк или дверь?
- Такая. Полазаешь раз двадцать туда-сюда, и поймешь.
- Э-э… Слушай, Герда, неужели из-за такой чепухи ты хочешь отказаться от круиза?
- Нет, - ответила Герда после некоторого размышления, - этот круиз, все-таки вполне реальный, я составлю тебе компанию. Должен же кто-то следить, чтобы ты, в какой-то очередной раз пролезая через потолочный люк, не грохнулась на свою толстую жопу.
- Отлично! Герда! Я тебя люблю! Я даже не обижаюсь за толстую жопу, хотя, у меня хорошая круглая жопа, а не угловатая, как у… Не буду показывать пальцем, у кого.
- Конечно, Азалинда, - тут Герда фыркнула, - и талия у тебя самая стройная.
- Ладно! – Азалинда хлопнула ее по плечу, - Давай, допивай свой коктейль, и шевели ходулями! Нам надо купить новые купальники, крем от солнечных ожогов, и шляпы. Дальше сообразим, что еще надо напихать в дорожные сумки. Да! Надо купить новые дорожные сумки, потому что ехать вокруг света со старыми сумками, это пошлость.
…
*2. Нюансы людоедства в колониально-католической практике.
Полдень 8 июня. Новая Гвинея. Регион Сепик. Территория Папуа.
Цепочка месторождений золота в горах Мауке тянется вдоль 5-й параллели, пересекая границу Республики Папуа и индонезийского Ириана на 141-м меридиане. Крупные прииски дают по несколько тонн золота в сезон, и разработка там ведется машинно-карьерным методом. Но, в основном прииски, это россыпи, тянущиеся вдоль рек, где можно добыть полцентнера за сезон. Машины здесь примитивные - на уровне эпохи «Золотой лихорадки», воспетой Джеком Лондоном. Сложные машины нерентабельны. Наемные рабочие – тоже. Поэтому применяются рабы. Они трудятся даром. Их надо только кормить, и следить, чтоб не убежали. Рабами на золотом прииске, как правило, становятся подростки и молодые женщины. Они работоспособны, и они не опасны (не взбунтуются всерьез). Когда (примерно через три года) рабы «естественным образом изнашиваются», их бросают в джунглях, где фауна за несколько дней обгладывает их кости. А для прииска добывают новых рабов. Добытчики (вооруженные наемники) проводят налет на любую из глухих первобытных деревень. При рейде, берут только подростков и молодых женщин (см. выше), а остальные жители деревни «погибают в результате эпидемии» - как позже пишет в протоколе местное начальство, которому наплевать. Только в соседних деревнях знают, что произошло - но что они могут?
Рабы для недавно открытого небольшого прииска Виторема в верховьях речной сети Сепик были захвачены обычным путем, и официальные власти (как обычно) ничего не заметили. Бизнесмены, получившие этот прииск и работников очень дешево, искренне радовались приобретению (сделанному через некое «Общество Хрислама»), и на днях намеревались забрать первую партию золота. Ошибка состояла в том, что они (будучи пришлыми - из Малайзии) не понимали всю сложность политической обстановки.
Конкретным проявлением политической обстановки в этот жаркий полдень была некая команда вооруженных субъектов - как туземцев, так и европейцев (впрочем, загорелых примерно до туземного уровня и обжившихся в этих джунглях). Эта команда, отлично укрывшись на холме рядом с прииском, наблюдала сейчас через тактические бинокли за диспозицией и организацией противника (т.е. за персоналом прииска). Диспозиция была такова: квадратный периметр, огорожен колючей проволокой. На углах одной из диагоналей квадрата - две деревянные вышки, оборудованные ручными пулеметами. По одному часовому на вышках. Третий под навесом - старший смены. Две другие смены отдыхают. Десятый охранник (начальник) пользуется своим служебным положением, заведя в кусты в стороне от периметра девушку-папуаску из числа рабов. Девушка воспринимает это без эмоций. Ясно: привыкла. Всего тут 14 подростков и 19 девушек, занятых работой на ручных драгах, на полевой кухне и на всяких подсобных делах. Об охранниках можно сказать, что они этнические яванцы, что они совмещают охранную работу с технической (когда следует устранить несложную неисправность в механике здешнего хозяйства), и что оба вида работы они делают кое-как.
Хозяйство состояло из упомянутых драг, кухни, маленького дизеля-генератора, и трех бараков: большого грязного – для рабов, маленького и менее грязного – для охраны, и среднего – складского. Имелся также деревянный причал на реке и довольно большая моторная лодка, точнее - баркас (для регулярного сообщения с окружающим миром).
Совершенно иное отношение к делу было у странных коммандос, следивших за этим хозяйством (как уже говорилось) с ближайшего холма. Расписав в блокнотах все, что выяснено наблюдением, они собрались в кружок, и начали детально обсуждать план предстоящего ночного рейда. Они учли практически все, до каждой ямки и травинки. Больше того – они учли даже радиообмен. Два радиста-коммандос профессионально работают с портативной рацией на волне, по которой прииск связывается с базой. Они пунктуально записывают позывные, имена, стиль общения – это важно.
…
Над прииском Виторема сгустились сумерки. Наступило время вечерней смены вахты. Охранники дневной вахты помогли охранникам вечерней вахты загнать рабов в барак, убрать добытый золотой песок на склад, и запереть все двери. Потом «дневные» пошли отдыхать (пить дешевое виски и смотреть TV), а «вечерние» начали работать. Двое - на вышках, один - в караулке. Тем временем, стремительно наступила ночь, как это всегда происходит в тропиках. Еще через два часа начальник охраны вышел из малого барака, обошел все три поста, отхлебывая по дороге из бутылки пива. Убедившись, что все на местах, и трезвые, он вернулся в малый барак к телевизору. Он думал, что все хорошо.
Между тем, коммандос начали действовать. Два снайпера привели в боевое положение бесшумные пневматические винтовки «Dragon Career», взяли цели, и просигналили о готовности. Получив ответный сигнал «старт», они произвели по одному выстрелу. С дистанции 100 метров из добротного оружия спецназ не промахивается. 20-граммовые стальные пули, бесшумно вылетающие со скоростью четверть километра в секунду, с негромким звуком вроде мокрого шлепка, пришли в головы охранникам на вышках. К этому моменту, другие два коммандос - кэтчеры успели подкрасться к караулке, где бездельничал старший охранник смены. У них было иное оружие, но тоже бесшумное: пистолеты «Glock-17» с глушителем. Чпок-чпок – и готово. Пока никакого шума.
Пришло время завершить дело. Еще один коммандос - сапер подкрался к окну малого барака. Окна в бараке не закрываются, а лишь затянуты противомоскитной сеткой. И
секундное дело: откинуть сетку, бросить ручную бомбу внутрь, и залечь… Бум! Барак вспыхивает изнутри, крыша улетает в темноту, а хлипкие стены разваливаются, будто карточный домик. Кто-то еще жив из семи человек в этом бараке. Коммандос не тратят патроны на чуть живых охранников, а добивают тесаками.
Чисто… Падает тишина... Слышны только звуки, издаваемые фауной в джунглях, до которых отсюда сто шагов. И еще, слабо потрескивает пламя - что-то в бараке лениво разгорается. Коммандос по-хозяйски собирают оружие и боеприпасы убитой охраны. Всякие мелкие полезные штучки - тоже. Заодно отыскивается связка ключей от двух других бараков. Вот и хорошо: не надо ломать двери. Скоро коммандос, изъясняясь на папуасском интерлингве «tok-pin» рассказывают освобожденным рабам, что к чему в изменившейся ситуации. Затем, без лишней суеты сортируется содержимое склада. О! Богатая добыча: 15 кило золотого песка. Почти миллион долларов по биржевой цене.
