Конкретно: Эрик Лафит познакомился в кафе с девушкой, они выпили, погуляли и, по случаю, переспали, после чего расстались, обменявшись телефонами просто на всякий случай. Через месяц девушка позвонила, удрученная биологическими последствиями, именуемыми «залетом». Эрик повел себя ответственно: приобрел на сером интернет-маркете абортивный генвекторик у биопанк-лаборатории «Liberteam». Нежелательная беременность прервалась без побочных эффектов. Но эта девушка (кстати - 17-летняя) оказалась польской католичкой, и сообщила ксендзу на исповеди. Ксендз увидел тут возможность для PR борьбы со Злом, и поднял шум через польский отдел Интерпола.
Эрик вынужден был объясняться во французской полиции, в департаменте по борьбе с наркотиками и нелегальной фармакологией. Там мало того, что ему влепили штраф за распространение «веществ» среди несовершеннолетних, так еще долго допрашивали в надежде, что он выведет на какую-то из лабораторий, делающих ксианзан - «наркотик аргонавтов». Ксианзан (кстати - не наркотик, а тоже генвекторик) уже три года главная заноза в заднице правоохранительных служб. Наркополисмены рассчитывали, что этот молодой журналист растеряется от психологического прессинга. Но не учли, что Эрик (несмотря на несколько интеллигентную внешность) полтора года ведет в «Le Figaro» подкаст «Городские легенды», и оказывался в ситуациях значительно жестче этой. Вот сюрприз для копов. Эрик сразу расставил акценты, заявив: «или я ухожу отсюда - или предъявляйте официальное обвинение, тащите сюда адвоката, и далее по-взрослому».
Наркополисмены выбрали первое, и журналист поехал домой (отделавшись, как выше отмечено - штрафом). Но они пустили в спину парфянскую стрелу: слили тему в СМИ, включая ту же «Le Figaro». Случился скандал, после которого состоялось закрытое заседание редколлегии с участием странного субъекта, однозначно вызывающего ассоциацию со спецслужбами. Вот этот субъект (в дорогом деловом костюме от «Armani») задавал тон. И редколлегия сделала проштрафившемуся журналисту предложение, от которого нельзя отказаться. Точнее: отказаться было можно, но только ценой потери работы. Так Эрик передал репортеру-любимчику главного редактора свой подкаст «Городские легенды», собственноручно раскрученный в топ, и получил в обмен слабый подкаст «Субкультуры и поп-идолы». Неприятности Эрика не исчерпывались плохим обменом. К слабому подкасту, в угоду желаниям субъекта из спецслужбы, приклеилась командировка в Средиземное море на борту 36-футовой моторной яхты «Dirty-dog», принадлежащей рэперу Калибану.
Цель командировки: сбор медиа-материала о rap-Z-rave «изнутри». Еще, если повезет: видеосъемка эксклюзива: возможного рэп-баттла между Калибаном и Трэй. Персона, известная, как Чоэ Трэй, была идолом (или точнее - корейской идолицей стиля Arepo – азиатского рэпа). О том, как Трэй попала в средиземноморский аргонавтинг, и откуда взялась ее сверхмалая стимпанк-субмарина, ходили истории, привлекающие интерес читателей. Но все это (rap-Z-rave «изнутри», рэп-баттл, и прочее) - лишь «легенда».
Уточним: легенда не в обычном человеческом смысле, а в особо извращенном смысле, придаваемом словам в лексиконе спецслужб. Тот субъект из спецслужбы так и сказал: «хорошая легенда-прикрытие». В смысле: такая маскировка для реальной цели - сбора разведданных для идеологической войны против субкультуры аргонавтов. Субъект из спецслужбы с ненавистью повторял слова «наш реванш» и «зачистка идейного поля».
Причины ненависти официоза-элиты к аргонавтингу была ясна Эрику Лафиту. Совсем недавно, два года назад, элита контролировала все (или почти все) в развитых странах. Пожалуй, даже фараоны в Древнем Египте не обладали такой властью над поданными, позволяющей одним нажатием кнопки превратить любого человека или группу людей - буквально в ничто. Ведь в цифровом мире что-то может существовать лишь постольку, поскольку оно отражено в цифровых формулярах и открывается в интернет-окне, если запросить через Google. Элита владела ключами от интернета, и казалось это ключи от бытия и небытия, как у древнеегипетских богов: Озириса и Сета…
…Вдруг: два года назад серия точечных терактов, совершенных неясно кем, за декаду обратила это почти божественное могущество - в фальшивую корону из позолоченной бумаги, как на любительском школьном спектакле. Сокрушительный удар 16 мая - по конгрессу «хозяев жизни» на альпийском курорте и финальный удар 21 мая - по дата-центрам Евросоюза, стали для элиты примерно тем, чем для элиты Рима - разграбление вандалами в середине V века. Тогда Вечный город вдруг оказался вообще неспособен защищаться, был взят без боя, и подвергнут двухнедельному… Гм… Вандализму. Не случайно бульварные СМИ называют эти события - Вандалическим кризисом.
На этом этапе мысли Эрика были прерваны грубоватым хлопаньем по спине и вполне дружелюбным вопросом:
- Эй, белая жопа, хочешь пива?
- От черной жопы слышу! - рефлекторно отреагировал Эрик, и после этого предметно поинтересовался, - Пиво какое у тебя?
- «Zombie Dust» из Индианы! Самое годное пойло для рэпера, ты врубаешься?
- Может, буду врубаться, когда выпью, - с этими словами журналист протянул руку и требовательно пошевелил пальцами. Работа на подкасте «Городские легенды» хорошо научила его общаться с такими бестактно-позитивными афро-французскими парнями.
- Это по-нашему, - одобрил Калибан, и пихнул полулитровую жестянку ему в ладонь.
Они сделали по паре глотков, затем Эрик полюбопытствовал:
- А кто управляет яхтой?
- Ты что, сдрейфил? – ехидно спросил рэпер.
- Нет, просто я думаю: если яхта идет, а за штурвалом никого, то может, пора уладить вопросы с вечностью, или вроде того.
- Как ты сказал? Уладить с вечностью? Ты что, веришь в бога и всю эту хрень?
- Нет. Но если нам вот-вот крышка, то хочется напоследок вспомнить, как жил.
- А! - Калибан понимающе кивнул и хлебнул пива, - Я врубаюсь! Что-то вроде: как ты впервые нажрался, обдолбался, бабу трахнул… Ты, вообще, как натурал или LGBT?
- Клод, ты сам-то понял, что спросил? - отозвался Эрик, - Как я могу быть L?
Калибан почесал свою стильно лохматую голову и признался.
- Да, вроде, ты не можешь быть L. Но по сути ты кто?
- Натурал, - коротко ответил журналист.
- Я так и думал, - сообщил рэпер, - мне вообще-то насвистели про тебя, что ты влип с несовершеннолетней тупой овцой, как ее там?..
(он порылся в карманах клетчатой ветровки, надетой на голое тело, извлек смартфон, покрутил пальцем по экрану, и нашел нужную запись).
… - Вот, значит: Ханна-Кармелита Качмарек. Я бы точно не стал трахать бабу с таким дурацким именем, а ты, хотя образованный, однако трахнул. Врубаешься?
Журналист сделал глоток пива, и сообщил:
- Вообще-то мне только в полиции сказали, что у нее такое имя, и что ей 17 лет. Когда знакомились, она назвалась просто Ханка.
- Тоже дурацкое имя! – заявил Калибан.
- Много ты понимаешь, - огрызнулся Эрик, - между прочим, ханка, это стиль японской средневековой поэзии, не менее крутой, чем твой рэп. Ты врубаешься?
- Не врублюсь, пока не услышу!
- Без проблем, слушай.
И Эрик прочел ему наизусть ханку из «Собрания мириада листьев» Отомо-но Якамоти (разумеется, в переводе):
Когда ночами полные печали
Звучат у моря песни журавлей
И полосой туман
Плывет в морские дали,
Тоскую я о родине моей!
Калибан снова почесал пятерней свою лохматую голову, и высказал резюме:
- Это не рэп, ясен перец, хотя по-своему круто. Где такое найти в интернете?
