Я уставилась на наши руки. Мои были нормального размера, спасибо большое. Но ничего не поделаешь, они были меньше его. И даже после стольких лет в седле не такие сильные.

— Упырь, — сказала я.

Но руку не убрала.

Бракс

Адам: Джеймс сказала, что идет праздновать победу Пирата. Ты ведь тоже пойдешь?

Бракс: Не собирался. Но Зак и Эсси там будут.

Адам: Да, вот это меня и тревожит. Они нуждаются в присмотре взрослых.

Ошибок я наделал немало.

Первая — вообще поехал в Пуэбло на первое выступление Пирата. Я ведь говорил Эсси, что пропущу этот заезд. Но черт возьми, этот конь как-то незаметно пробрался мне под кожу. Хотел быть рядом, если что-то пойдет не так, хотя прекрасно знал, что с Эсси и Джеймс он в надежных руках.

Может, если бы я подумал, что поехать поддержать Пирата — значит провести рядом с Эсси несколько часов подряд, то я бы еще раз все взвесил. Может, если бы я понял, что любой ее звук будет напоминать, как она стонала, когда я прижал ее в продуктовом магазине, я бы остался дома к чертовой матери.

Но мне очень хотелось увидеть, как Пират победит.

И он победил, а эта синяя лента стала ошибкой номер два: я позволил Адаму уговорить себя пойти отмечать, вместо того чтобы сразу уехать обратно в Аспен Спрингс. Потому что, черт подери, на Эсси были те самые светлые джинсы Wrangler, которые обтягивали ее сладкую задницу так, что у меня перехватывало дыхание, и футболка, сползавшая с плеча, открывая красную кружевную лямку чего-то там. Майки? Бюстгальтера? Я бы отдал мизинец на правой руке, лишь бы узнать.

И все эти ошибки привели к самой главной: я не закинул Эсси на плечо и не вынес ее к чертовой матери, как только увидел, что в баре есть механический бык. Потому что сомнений не было — Эсси вцепится в этого ублюдка еще до конца вечера.

А мне придется на это смотреть.

Хуже того, я даже виски не мог притупить ее влияние на меня, потому что я был сегодня назначен трезвым водителем. Приходилось тянуть бутылку самого дешевого пива — единственный алкоголь, который я себе позволил.

— Ты эту бутылку пополам расколешь, если не расслабишься, — усмехнулся Зак через высокий столик, отхлебнув свое такое же дешёвое пиво. В глазах — чистое любопытство. — Чего ты тут на всех рычишь? Мы вообще-то празднуем. Я тебе синюю ленточку добыл, между прочим.

Я промолчал, перекатывая бутылку в ладонях, давая холодному стеклу охладить меня. В баре было жарко, тесно, душно. И каждый раз, когда я косился на стойку, где Эсси и Джеймс смеялись над чем-то своим, очередной мужик оказывался слишком близко к ним. Девчонки сами отлично справлялись с нежелательными ухажерами — ни одна пока не подавала сигнал о помощи. Джеймс, может, так и продержится. Но я понимал: Эсси рано или поздно кто-то понравится.

Я снова посмотрел в сторону стойки, как раз в тот момент, когда Эсси наклонилась вперед, привлекая внимание бармена. Вид на ее задницу в этих чертовых джинсах был просто преступлением. Увы, любовался ею не один я. Какой-то тип тронул ее за плечо. Она повернулась, он что-то сказал, я не расслышал из-за музыки и гомона, и, когда она кивнула, он подозвал бармена.

Прекрасно. Просто охренительно.

Я сделал еще глоток своего дрянного пива. Неудивительно, что настроение это не улучшило.

— Ты завтра на родео приедешь? — спросил Зак, возвращая мое внимание. — Я в списке на верховую езду на необъезженном коне.

Я пожал плечами.

— Почему бы и нет.

— Спасибо, поддержал так поддержал. Такое чувство, что тебе наплевать на то, что я ради тебя тут хер знает чем занимаюсь.

— Про Пирата говоришь? — я поднял бровь. — Разве это услуга, если ты забираешь половину выигрыша?

Зак усмехнулся, скользнув взглядом мне за плечо, потом снова на меня.

— Да не про Пирата я. Про то, что отвлекаю тебя, пока Эсси сидит на быке.

— Что? — я развернулся так резко, что едва не слетел со стула.

Точно. Эсси уже сидела верхом на механическом быке, обхватив его длинными ногами. Господи. Вокруг — мягкие маты, чтобы смягчить падение, потому что падение обязательно будет. Никто не спрыгивал добровольно — весь смысл теряется.

Вокруг быка собралась толпа. Я бы ее и не увидел в этой каше людей, если бы Джеймс не сложила ладони рупором и не заорала:

— Давай, секс-бомба!

Черт бы побрал Джеймс.

Эсси широко улыбнулась. Зак пронзительно свистнул, а я метнул в него взгляд, полный угрозы. Эсси прошла взглядом по толпе, нашла нас и помахала. Потом взялась за рукоять, прикусив нижнюю губу.

Этот чертов рот.

Я потер грудь. Она выглядела такой счастливой. Она всегда так выглядела — когда я не делал все возможное, чтобы ее вывести.

Бык дернулся, и ее бедра сразу поймали ритм. Надо было отвернуться, пощадить собственные нервы, но я не смог. Мой член тяжело отозвался на каждый ее плавный, отмеренный кач.

— Черт, она ездит как богиня, — протянул Зак, полный восхищения.

Разумеется, она ездит. Она одна из лучших в баррел-рейсинге в стране. Оседлать коня, оседлать механического быка, оседлать мужчину… я не сомневался, что Эсси Прайс умеет все.

— Она не для тебя, — предупредил я, если вдруг у Зака возникли похожие мысли.

— Да ты ясно дал понять. Ты круги вокруг нее метишь с того дня, как ее увидел. — Зак фыркнул. — Только одного не понимаю — почему ты уверен, что она не для тебя?

Я покачал головой.

— У нас не так. Она никогда не была моей.

И это была чистая правда. Я напоминал себе об этом каждый чертов день. Эсси Прайс рождена для большого будущего. Ей не нужен мужчина, который привяжет ее к маленькому городку в Колорадо. Она, как и ее отец, тянулась к свободе. Только в отличие от него, она не рвала связи ради этого. Сердце у нее слишком большое и слишком верное.

Прошло больше восьми секунд, а Эсси все держалась. Толпа начала обратный отсчет с десяти. Я знал, что ее сбросят, когда скажут «один», и так и вышло: оператор дернул быка вбок, и Эсси сорвало с седла. Народ радостно заорал.

Я спрыгнул со стула в тот момент, когда она перекатилась и поднялась на ноги, смеясь. Сделала шаткий шаг, потом остановилась, упершись руками в колени — ее качало. Я прорезал толпу, на полпути опередив Джеймс, которая уже перелезала через ограждение. Но кроха Джеймс рядом с высокой Эсси мало что могла — они обе рухнули в кучу, хохоча до слез.

— Иисус, — проворчал я и отодвинул двух рвущихся помочь парней. Поднял Джеймс. — В порядке?

Она закивала, сияя.

— Я не та, кто тут кувыркалась.

Мне напоминать об этом не требовалось. Я уже присел, чтобы поднять Эсси на руки.

— Я тебя держу.

— Нет, — в ужасе выдохнула она.

— Да, — сказал я и понес ее, ступая по мату.

Толпа расступалась, люди наперебой хвалили ее езду. Я направился к столику, где сидел Зак, но Эсси дернула меня за воротник. Я посмотрел на нее вопросительно.

— Воздух, — сказала она. — Мне нужен воздух.

Я кивнул.

— Джеймс…

— Я приведу Зака. — Джеймс сунула в ее руки бутылку воды. — Если что, можем вернуться в отель.

— Нет, — возразила Эсси. — Мне просто нужно передохнуть. Здесь слишком жарко, но я еще не хочу уходить. Вечер только начался.

Джеймс посмотрела на меня, потом на Эсси.

— Хорошо. Но если передумаешь — скажи. Я не против лечь спать пораньше.

Я пнул дверь носком и вынес Эсси на прохладный ночной воздух. Она шумно втянула воздух полной грудью.

— Фух. Можешь меня опустить.

Я поставил ее на ноги и внимательно наблюдал в свете фонаря, пока она открывала воду и делала длинный глоток.

— Возвращайся внутрь. Я через пару минут подойду. — Я бросил на нее взгляд, и она усмехнулась. — Да, я знала, что ты так не сделаешь.

— Сядь. — Я указал на серую деревянную скамейку у стены, но она покачала головой.