Ты никогда не была чрезмерной.

Это они оказались не теми людьми..

Эсси

Если в чем Бракстон Хейл был мастером, так это в умении испортить любое удовольствие.

Особенно мое.

Я сделала вид, что просто отпиваю содовую с лаймом, и будто бы не замечаю, как Брэкс сверлит меня взглядом из-за двух табуретов, отражаясь в мутном зеркале за стойкой. Он наверняка уже настучал моему брату-близнецу, Джеку. Часов в одиннадцать ночи придет письмо откуда-нибудь из очередной точки мира — Джек никогда не говорит точно, предпочитается что-нибудь расплывчатое вроде «Ближний Восток» или «Африка» — с вопросом, почему я сижу в Painted Cat и флиртую с Аланом Гэффни, мужиком на добрый десяток лет старше, который славится тем, что пьяным превращается в редкостную мразь.

Потому что, конечно же, Бракс решил, что я флиртую. И именно это мне и надо было — ему, естественно, Алана Гэффни. Мнение же самого Бракса мне было до лампочки, лишь бы он не подумал, что я пришла сюда, чтобы напоить Алана вусмерть и увезти его жеребца.

А именно за этим я и пришла.

Отличное занятие, если хотите знать, и я не собиралась позволить Браксу Хейлу испортить мне вечер.

Сделав вид, что его нет, я повернулась к Алану, вытянула ногу и чуть подтянула юбку, чтобы она задралась еще на сантиметр. Не то чтобы я гнушалась такими методами.

Алан что-то скулил, в придачу к тому, что он гадкий пьяница, он еще и нытик, взрослый ребенок.

Я подперла щеку ладонями и уставилась на него, будто мне и правда интересно.

— Расскажи еще.

Эту фразу я подсмотрела у своей подруги Хлои Адамс — она всегда работала безотказно. Хлоя вообще-то учится в аспирантуре на психолога и искренне слушает. А мне нужно было лишь понять, начал ли у Алана заплетаться язык.

— Слушай, как оно… — произнес он, четко выговаривая каждый слог.

Я вздохнула и потерла висок. В этом и была проблема с теми, кто пьет каждый день: чтобы напоить их, нужно налить куда больше. Вздохнув, я пододвинула пустой бокал Джейни. Та вопросительно подняла бровь.

— Еще?

Я кивнула. Пила я джин-гимлет (*джин+сок лайма+содовая), только без джина — наш маленький секрет. Джейни не спрашивала, за что я ее и любила. Да, порция алкоголя помогла бы пережить болтовню Алана, но это плохая идея. Правило номер один при угоне лошадей — не напиваться на работе. Наверное. Это был мой первый раз, но я уже подозревала, что у меня талант.

— И еще пиво моему другу, — добавила я, когда Алан проглотил остатки эля.

Он ухмыльнулся и наклонился ближе, покачиваясь.

— Спасибо тебе, друг.

Меня передернуло, но я сдержала рвотный позыв и улыбнулась.

— Может, виски для храбрости? После такого тяжелого дня тебе не помешает.

— С верхней полки, — глаза у него загорелись.

Наглость. Что он собирался предложить взамен? Мятые простыни и убогий секс? Он не мог всерьез считать, что тянет на виски из верхней линейки. Я и с руками, связанными за спиной, нашла бы себе кого-то приличнее.

Джейни вопросительно посмотрела на меня. Я сдержала гримасу и кивнула.

— Верхняя.

Господи, кража лошади обходилась дороже, чем я думала. Откупиться алкоголем выходило дороже, чем заплатить деньгами, а я уже пыталась. Абьюзеры, как правило, любят держать жертву рядом — будь то женщина или животное.

Алан был виновен и в том, и в другом. Жену он бил до тех пор, пока у нее не хватило ума уйти. А вот Пират такой роскоши не имел. Алан выиграл его в покер, когда жеребцу исполнился год — какой-то богатенький мальчишка проигрался в пух и прах. За два года Алан запер жеребца на заднем дворе, который годился разве что для собаки, забывая кормить чаще, чем вспоминая.

Я бы и не узнала, но Алан хвастался. В Аспен-Спрингс не было человека, который не слышал бы, как Алан Гэффни выиграл жеребца Джи-Уиза с флешем и теперь разбогатеет на случке.

Мало вероятно, учитывая, что Пират стоял по скакательные суставы в собственном дерьме, а копыта воняли гнилью.

Одно это кипятило мне кровь. Делало меня яростной.

Я должна была его забрать.

— Ведьма, — прошептал кто-то мне на ухо, едва касаясь кожи. От его дыхания по мне пробежали мурашки.

Я медленно повернулась и вскинула подбородок, встречаясь с недовольным взглядом Бракса.

— Зануда, — ответила я.

Так мы и здоровались последние лет пятнадцать, если вообще здоровались. Чаще игнорировали друг друга или обменивались взглядами, от которых можно было заморозить воду.

Он метнул взгляд на Алана, схватил меня за локоть своей большой рукой, стащил со стула, отвел в дальний угол бара и навис надо мной так, что мне остро не хватало еще пары сантиметров моего роста.

— Какого черта ты творишь, Эсси? — прорычал он.

Я вскинула хвост и хлопнула ресницами, зная, как его это бесит.

— Отдыхаю.

Он сверкнул глазами.

— Этого я и боялся.

Ты раньше любил мой отдых. Этого я вслух не сказала — слишком велик был шанс, что прозвучит тоскливо. А уж ради такого смерть лучше.

Мы втроем — Бракс, Джек и я — были неразлучны. До того дня в одиннадцатом классе, когда Бракс едва не умер. После этого что-то изменилось. Между мной и ним. С Джеком он дружил, как прежде. Его он любил. Меня — нет. Я стала раздражать его всем, буквально всем.

— Что ты затеваешь, Эсси? — он отпустил мой локоть и скрестил руки на груди, широко расставив ноги, будто перекрывая мне кислород и доступ к бару.

Это меня и вывело. Не то, что он стоял на пути, — Бракс не был склонен к насилию, а уж где у него слабые места, я знала прекрасно. Просто я простояла минуту и даже не подумала убрать его руку со своего локтя. Это его рука решила, что моя рука больше не нужна.

Оскорбительно.

Я почти возмутилась.

Но он бы этого только и добивался, так что я просто улыбнулась. Он ненавидел, когда я улыбаюсь.

— Разве нельзя девушке выпить и повеселиться в пятницу вечером, не выслушивая нотации?

— Можно. Но ты не веселишься, Эсси. Ты ни разу не засмеялась. Алан Гэффни не способен сказать ничего интересного даже случайно, а минуту назад ты потерла висок. Значит, тебе скучно. Скучные люди вызывают у тебя головную боль. Если ты все еще с ним разговариваешь, значит, ты что-то задумала. Говори.

Черт бы побрал нашу тринадцать лет длившуюся дружбу.

— Знаешь, — сказала я холодно, — принято забывать все те интимные мелочи, которые узнаешь о человеке, когда дружба заканчивается.

Угол его рта дернулся.

— Правда?

— Настоящий мужчина так бы и сделал. Это элементарная вежливость.

— Вот в этом и загвоздка. — Он подался вперед, и его взгляд обжег меня. — Рядом с тобой я никогда не чувствовал себя джентльменом.

Пульс дернулся у основания горла, и я с трудом сглотнула. Если бы Бракс прижал меня к стене и запустил руку под юбку прямо сейчас, я бы не сразу нашла в себе силы остановить его. Виноваты его руки и широкие плечи. Нельзя выглядеть настолько горячо снаружи и быть настолько раздражающим внутри. Чистая ложная реклама, вот что это такое.

Я толкнула его как следует, но он даже не качнулся.

— Ты ведешь себя как джентльмен каждый чертов день своей жизни, Бракс, потому что мама тебя так воспитала. Так что не изображай сурового парня со мной. Даже когда ты ведешь себя как мудак, ты делаешь это по-джентльменски.

И именно поэтому я выиграю эту маленькую игру. Бракс джентльмен до мозга костей. К счастью для Пирата, я леди не была.

— Отойди. Мне нужно в туалет. — Я прошла мимо, плечом задев его где-то в районе бицепса.

Он пропустил меня, как я и ожидала. Простак. Я оглянулась: он устроился рядом с моим пустым барным стулом. Я кивнула Джейни, и она пошла за мной в туалет.