Ну а я толком не понимаю, что обо всём этом думать. Одно знаю наверняка: гость здесь не ради удовлетворения примитивных потребностей.

— Что, простите? — переспросил, тем временем, помощник Вениамина. — Убивали?

Сталкиваюсь взглядами с Егором — в его глазах настороженность вперемешку с ужасом. Похоже, я тут не одна чую, что вот-вот нагрянет буря.

— А, да... — насмешливо будто бы вспоминает гость. — Кстати, об этом.

И технично достаёт то ли из карманов, то ли ещё откуда-то два пистолета. Вертит ими, как в каких-то крутых боевиках. Молниеносно, умело, играючи. Завораживающе жутко.

И при этом, я уверена, умудряясь не упускать никого из нас с виду.

Слегка попятившись, сжимаю руку стоящей рядом Вари. Кажется, она шепчет какую-то молитву.

Вениамин, подталкивая Егора, потихоньку ретируется к двери. Кто-то приглушенно матерится.

— Кто из вас Вениамин Венчиков? — не обращая внимания на зарождающуюся панику, спрашивает гость.

Никто не отвечает — тревога перерастает в ужас, и все теперь думают только о том, как спастись. И, конечно, первое, что приходит на ум большинству — кинуться к двери.

Не успеваю пошевелиться, уловив движение таинственного убийцы. Откуда-то умудряется метнуть нож прямо к двери, точно попав на замок. И, конечно, вогнав направляющихся туда людей в ужас. Никто не знал, что и откуда, а главное, в какой момент вытащит гость и как применит.

А в том, что он умеет обращаться буквально с любым оружием как прирождённый убийца, никаких сомнений.

— Никто не выйдет отсюда, — объявляет, остановившись возле центрального входа. — Я быстрее вас. И сильнее, — с этими словами он демонстративно выламывает дверь, даже не оборачиваясь на ту. Кажется, несколькими точными и сильными ударами локтя. — Желаете проверить?

Да чёрт возьми... Откуда столько жутких навыков у одного человека? Точно ли человек он вообще?..

Никто даже не шевелится, хотя свобода манит ещё ярче — теперь, когда главной двери даже нет. Но я уверена, что у нас сейчас одно состояние на всех. Ну, кроме того, от кого оно и зародилось.

Цепенеем в отчаянном ужасе, не зная, что делать дальше. Никаких сомнений — сопротивление будет подавлено. Может кровавая баня вообще начаться.

— Так всё-таки где Венчиков? — тем временем, снова спрашивает гость. Беспечным таким голосом, словно ничего жесть какого не происходит.

В растерянности бросаю взгляд на Вениамина. Никто не решается выдать его — даже страх перед убийцей не перебивает привычное раболепие перед хозяином борделя.

Но сам Венчиков... Он вдруг подпихивает одного из помощников, заставив того выйти на шаг вперёд.

— Это он, — подкрепляет действие словами Вениамин, когда убийца обращает на них внимание.

— Да ладно? — усмехается гость, обращаясь к Венчикову. — А может, всё-таки ты?

— Н-нет, вы чего? — пропищав, бледнеет Вениамин.

Так и вижу, что пытается выглядеть уверенным. Но куда там... Я впервые вижу его таким жалким. Он держится из последних сил. Но всё-таки едва уловимо подрагивает. И, кажется, ещё чуть-чуть — расплачется.

Видеть вчерашнего мучителя таким униженным и трусливым даже приятно. Но очень скоро злорадство сменяется ужасом: убийца резко направляет пистолет на Вениамина. Секунды — и уже стреляет, пуская тому кровь. Прямо в голову... Без шансов, что тот умер.

И никто не шевелится. Все просто наблюдают за кошмарной картиной. Уверена, многие из нас впервые видят убийство своими глазами, даже несмотря на то, что в борделе явно способного на это Венчикова.

Мы с Варей, конечно, не впервые. Взять хотя бы дорогу сюда... Но от этого не легче.

А убийца быстрым и почти изысканным движением прячет оружие. Но даже такой жест не сказать, что успокаивает. Большинство из нас всё ещё не дышит.

— Ладно, девушки, разбирайте все деньги, которые здесь есть, забирайте у владельцев борделя. Я проконтролирую, чтобы отдали, — объявляет убийца. — Вы свободны. Если у кого-то из присутствующих мужчин есть возражения, повторите судьбу Венчикова.

— Почему вы спасаете нас? — удивляю всех, в том числе и себя, внезапным вопросом. Просто срывается вдруг...

Убийца окидывает меня оценивающим взглядом.

— Почему бы и нет, — ровно отвечает. — Будем считать, я хороший... Сегодня.

Но я не успокаиваюсь. Не представляю, что на меня находит, но какое-то непонятное чувство не даёт молчать. Узнать причины становится необходимостью.

Что-то во всём этом не так.

— Я вас видела раньше, — порывисто сообщаю. — Вы ведь из Москвы, да?

Он подтверждает.

— Но как вы тогда оказались здесь? — не унимаюсь.

— Странный вопрос. То, что я из Москвы, не значит, что я застрял там навечно. Весь мир — мой дом, — тоном, каким приходится пояснять очевидные вещи, отвечает убийца.

Неужели и вправду просто ради развлечения решил вмешаться? Причём нисколько не беспокоится о последствиях...

— А Вениамин Венчиков? — после небольшой паузы всё же решаюсь. — Вы называли его имя. Значит, знали о нём. Но не узнали сразу, а значит, только слышали.

Поражаюсь охватившими меня смелости и напору. Но самое странное: даже сознавая, что слишком рискую, не могу остановиться. И это несмотря на то, что видела, на что способен этот человек! Причём видела не в первый, чтоб его, раз.

Что-то всё равно толкает докопаться до сути.

— Верно, слышал, что это бордель Венчикова. Вообще-то, об этом знают все в этом городе. А встречал меня помощник, и никто здесь не счёл нужным нормально представиться. Допрос окончен?

Вопрос задан предостерегающе и слишком явно, так что на этот раз я внимаю.

К тому же, в словах убийцы всё понятно и логично. Какое ещё может оставаться «но»? Просто развлёкся ради скуки таким вот образом. У него явно протекция похлеще, чем у Венчикова, может себе позволить. И это-то как раз пугать должно, а не вызывать ненормальное любопытство.

— Простите, — поникнув, прошу. — Просто редкое совпадение.

Убийца ничего не отвечает, уже даже не смотрит на меня. Просто следит, как выполняется его воля. Девушки активно разбирают деньги, часть бывших пленниц уже покидает бордель.

Причём, ни у кого не возникает споров во время делёжки. Свобода манит больше, чем богатства. Да и логично же... Не стоит делать что-либо, что спровоцирует убийцу передумать.

А бывшие помощники безропотно тормошат все кассы и выворачивают карманы, боясь лишний раз посмотреть в сторону того убийцы. По их напряжённым лицам ясно — они хотят только одного. Чтобы поскорее всё это закончилось.

Неужели не обратятся в полицию? Или к тому, кто там крышует Венчикова?

Или тоже чувствуют, что это бесполезно?..

Остыв от переживаний, я уже совсем не понимаю себя. К чему были эти вопросы? Что я ожидала услышать в ответ?..

Некстати вспоминается Денис.

Усмехаюсь собственным мыслям. Какие глупости. Да, он хотел спасти нас, но это было до того, как Венчиков ранил его почти насмерть. Логично, что сейчас Дениса наверняка волнуют только вопросы собственного выживания. Остаётся надеяться, что ему повезло.

И что вообще заставило меня хотя бы допустить глубоко в подсознании мысль, что Исаев стал бы просить отбитого убийцу помочь нам? Да ещё так, чтобы этот явно влиятельный и владеющий кучей навыков тип внял и кинулся исполнять просьбу?.. Просто бред.

— Мы возьмём только на дорогу, да? — обращаюсь к Варе, когда мы подходим к кассе.

Так будет честно — остальные девушки буквально умирали здесь, проходя через унижения и пытки. Конечно, никакие деньги не компенсируют пережитое, но это хотя бы что-то.

Подруга тут же активно кивает — видимо, её посещали те же мысли.

— С учётом остановок и еды в пути, — наконец, впервые за долгое время заговаривает, оглянувшись на убийцу. — А куда едем?

— В Москву, — отвечаю сразу. — У нас нет другого выхода.

Но дело не столько в этом.

Да, сбережений у меня нет. И где вообще наши вещи сейчас непонятно. А забирать больше денег для устройства в другом городе нечестно. И сильно ударит по планам остальных девушек.