Ее глаза словно стекло. От этого все внутри Влада похолодело.

— Давай выйдем, прогуляемся? — спрашивает он ласково.

— Нет.

— Давай хотя бы еду тебе приготовлю? Ты, наверное, голодная?

— Не хочу.

Сердце сжималось. До невыносимости. До боли в груди. Он никогда не видел ее такой, ему сложно было понять ее состояние. О чем он жалеет и до сих пор. А ведь она давала ему знаки.

Ком подступил к горлу, на глазах навернулись слезы.

— Как ты думаешь, это может быть концом? — спрашивает Катя ровным тоном.

— Концом чего? — Влад напрягся.

Но снова ответа нет.

— Катя, прошу, — он поправил ее волосы и взял в ладони ее лицо. — Катенька…

— Влад, — в ее глазах что-то сверкнуло. — Я люблю тебя…

Влад не отшатнулся, но постарался скрыть удивление. До этого она никогда не признавалась ему в чувствах. Катя всегда была веселой, любящей жизнь. Но что-то в ней сломалось. И видимо это «что-то» очень сильно повлияло на ее состояние.

— Я… я тоже тебя люблю.

Он сглотнул. Похоже, что он тонет рядом с ней и не знает, как выбраться.

Наступил вечер. Влад лег рядом с Катей, обнимая ее сзади. Они так пролежали всю ночь. Катя ни разу не шевельнулась, ни разу потом ничего не сказала. Влад думал о том, как помочь ей, как спасти. О чем думала она?

Он об этом узнал потом. Когда было поздно.

Почему он в тот момент не мог помочь? Если бы он знал, чем это обернется. Если бы он знал, что нужно действовать быстро. Но уже ничего не вернешь. Катя была чем-то ускользающим из его рук. И однажды ее жизнь оборвалась.

Гороховая улица. Влад проходит практически до набережной реки Фонтанки, но, видя пятьдесят седьмой дом, останавливается напротив арки. В Петербурге начались белые ночи, поэтому скрыться от посторонних глаз будет сложновато. Влад оглядывается и проходит внутрь.

Обычный двор с припаркованными машинами и множеством подъездов. Зеленые деревья тихо покачиваются в такт ветру, слышен шелест листвы.

Влад заглядывает в телефон, изучая карту, чтобы определить, в каком месте находится Ротонда. То самое место, фото которого попросил однажды Баженов.

Использование способностей в личных целях допускается только если это не затрагивает чьи-то судьбы.

Влад эту выучил это правило, как мантру. Но что-то гложет внутри.

Подойдя к пятому подъезду, Влад выдыхает. Если сделает это, то пути назад не будет. Но он так хочет выделиться, так хочет быть полезным, что приходиться идти на крайние меры.

К Ротонде сейчас не попасть, путь к ней закрыт. Поэтому придется применить способности. Влад закрывает глаза. Но получается не с первого раза. Он так и стоит во дворе, не переместившись.

«Чертовы способности, — думает Влад. — Чертов Проводник».

После нескольких попыток он все-таки оказывается внутри.

Перед ним предстает она. Та самая Ротонда, о которой он уже тысячу раз прочитал в интернете. Разрисованные голубые колонны, приклеенные маленькие записки в углу от туристов, и, конечно, та самая винтовая чугунная лестница, уходящая, кажется, в беспроглядную ввысь. Здесь проводили обряды, были самые известные музыканты. Ротонда впитала себя большое количество историй.

Влад думает, что если он не смог помочь Кате, то поможет кому-то другому.

Он делает фотографии с разных ракурсов, наслаждаясь видом.

Ступая на лестницу, Влад начинает подниматься. И чем дальше он идет, тем больше ему становится не по себе. Путь как будто не заканчивается, хотя Влад уже выбивается из сил. Он оборачивается и понимает, что все это время был на втором этаже, и даже ни разу не сдвинулся с точки.

А ведь Катя тоже как будто двигалась вверх по ступеням, но одновременно и стояла на месте.

Влад мотает головой и спускается вниз.

Ему на момент кажется, что Ротонда оценивает его. И принимает решение.

Оказываясь на улице, Влад спешит к Баженову.

В магазине он постоянно поглядывает на Аркадия Андреевича, чтобы подловить момент и показать ему фотографии. Но он вечно занят. Влад отворачивается, продолжая расставлять книги и протирать пыль.

Влад всегда думает о том, чтобы было бы, если бы Катя узнала о его способностях. Приняла, отвергла? Ему это было важно. Может быть, она наблюдает откуда-нибудь? Знает о нем все?

И дело Бригонци тоже не дает покоя. У них не так много возможностей отыскать призрака. И не так много информации о нем.

— Влад, — его мысли прерывает Баженов, кладя руку ему на плечо, — как вы тут?

Влад чешет затылок, показывая ему результаты работы. Аркадий Андреевич кивает и говорит, что тот может быть свободен.

— Только у меня есть для вас кое-что… — Влад сует руку в карман и достает оттуда фотографии Ротонды.

Аркадий Андреевич вглядывается в снимки, а затем вскрикивает:

— Боже правый! Так это же… Но как?!

— Знакомые помогли, — врет Влад.

Аркадий Андреевич подпрыгивает и снова продолжает рассматривать фотографии, но в этот раз уже снимая очки и водя ими туда-сюда, как будто цепляется за что-то.

— А эта шикарная лестница, а колонны…

И тут он запинается. Влад спрашивает:

— Что-то не так?

Баженов снова надевает очки и пристально глядит на Влада. Внутри вся стягивается в тугой узел.

— Но… Ротонда сейчас выглядит по-другому.

— Что вы имеете в виду?

— Насколько я знаю, оттуда убрали надписи, убрали эти записки на стене…

Влад что, провалил миссию?

— Откуда вы взяли эти снимки? — интересуется Баженов.

Влад понимает, что сейчас находится в безвыходной ситуации. Он достает телефон, начиная листать фотографии:

— Вот, посмотрите на даты снимков. Они были сделаны сегодня ночью.

Баженов сначала смотрит на экран, а затем переводит взгляд на Влада.

Слышится смех:

— Влад, да на вас лица нет. Что ж вы, в самом-то деле.

Он хлопает его по спине:

— Наверное, снова открыли вход в Ротонду, да?

— Да… — мнется Влад.

— Как прекрасно. Хотел бы я посмотреть на нее воочию. Вот только точно до туда не доеду.

Кажется, что сердце проваливается куда-то в пятки. Его чуть не раскусили.

— Но и ваши снимки — это нечто прекрасное. И очень ценное для меня. Спасибо, Влад.

— Если хотите, я могу еще что-нибудь сфотографировать для вас.

Баженов задумывается, касаясь пальцами подбородка.

— Не хочу тратить ваше время…

— Что вы, совсем не тратите! — Влад размахивает руками. — Мне тоже это интересно. И не сложно.

— Ну, хорошо…

Баженов идет в коморку, возвращаясь с той самой книгой про тайные карты Петербурга.

Он листает ее, пока не доходит до одного места.

— На Большом проспекте есть Двор Духов, — Баженов показывает на карте двор-колодец. — Говорят, если загадать желание, то оно непременно сбудется.

— Я сделаю для вас фотографии, — говорит Влад.

— Только будьте осторожны, — ухмыляется Аркадий Андреевич. — Будьте осторожны…

Лука ходит туда-сюда, закладывая руки за спину. Марк тихо наблюдает за ним исподлобья. Варя смотрит на наручные часы и вздыхает. Лука решает, использовать ли им квинтэссенцию, чтобы поймать призрака, однако после это может ослабить их способности на какой-то момент. Для Луки это практически не будет ничего стоить, а ребята практически лишатся сил. И сколько времени уйдет на восстановление, никто не знает. Каждый раз было по-разному.

— Мы тут уже полчаса стоим. — пожимает плечами Марк. — А других вариантов я не вижу.

Лука бросает взгляд на Марка:

— Я не могу вами рисковать. Вдруг…

— Вдруг что, Лука? — вмешивается Варя. — Это наши способности. Не твои. И мы должны помочь Бригонци.

— Поддерживаю, — говорит Марк.

Варя опускает взгляд.

— И вообще, — Марк делает шаг вперед. — Ты пропал на такое время, а потом возвращаешься и печешься о нас? Скажи спасибо, что мы вообще с тобой общаемся.

Влад смотрит на реакцию Луки. Они с Марком будто устроили мысленную дуэль. Все понимают, ради чего это сделал Лука. Точнее, ради кого. Его тоже можно понять. Но в какой-то степени Марк прав.