— Я могу подумать? — спрашивает робко она.

Никита поджимает губы, но отвечает что-то вроде «хорошо».

Они сидят какое-то время в тишине. Никита ее все-таки привлекает. И она не может убежать от этого чувства. Да, он сам себе на уме, но ведь противоположности притягиваются, не так ли? Может быть, Варя научится у него быть другой. А, может быть, он выведет ее на дурную тропу.

— Эля тебя так и не вспомнила? — спрашивает Никита.

Варя мотает головой, сердце начинает биться сильнее.

— Мне кажется, что этого и не произойдет.

— Что ты чувствуешь?

Варя вздрагивает. Она бы могла спросить, к чему такие вопросы, но он интересуется ее состоянием, спрашивает, как она. Все спрашивают о здоровье Эли, но редко кто спрашивает, как дела именно у Вари. Что у нее на душе. Это чертовски льстит.

— Я потеряла часть себя. Мне кажется, что мир вокруг меня рушится, а я остаюсь в пустоте. Это очень больно.

— Скажи мне: когда ты последний раз нормально спала?

Как удар ножом по живому. Варя действительно плохо спит, ей снятся странные сны, она чаще всего просыпается разбитой. Просто об этом никто не знает.

По ее глазам Никита как будто все понимает и вкрадчиво произносит:

— Не позволь прошлому разрушать тебя.

— Но Эля не мое прошлое, — Варя хмурится.

— И все же она невидимой нитью пытается пробиться в настоящее. И ты впускаешь ее. Мне кажется, что это неправильно.

— Почему?

— Потому что ты теряешь саму себя в первую очередь. Я бы как будущий психолог предположил, что ты несешь в себе какую-то вину, но не могу понять, какую.

Он, кажется, читает ее даже по глазам. Варя всегда знала, что Никита способный, но, чтобы настолько. Она трогает себя за плечо и закрывает глаза, обдумывая его слова. Но Варя не может бросить Элю. Только не сейчас. Только не в самый сложный период ее жизни. Она должна быть рядом и поддерживать подругу, даже если для этого придётся пройти через сотни кругов ада.

— Если хочешь, — он касается рукой ее лица. Нежно, тихо, почти невидимо, — я могу быть рядом. Только попроси.

Ей бы очень этого хотелось. Варя дрожит, глядя на Никиту. Он улыбается. В его глазах она видит желание поддержать, обнять и не отпускать. И Варя, кажется, чувствует то же самое. Как же она давно в этом нуждалась. Варя после произошедшего с Элей чувствует себя одинокой, сломленной. И слова Никиты, его поддержка не остается без внимания. Она хочет теплоты живого человека, а не темные объятия своих мыслей. А, быть может, это жалость?

— Хочу, — шепчет Варя.

И она не знает, кому отвечает: ему, самой себе или пустоте, которую боится.

Никита притягивает ее к себе, она садится на край койки. Он касается ее прядей, закидывая их назад, а затем проводит большим пальцем по скуле. От этого кровь приливает к щекам. А затем целует. Нежно, без напора, но глубоко. И Варя понимает, что она плачет. Слезы медленно текут к губам. Теперь на них ощущается солоноватый привкус.

И почему она не может быть счастливой? Почему не может жить своей жизнью? Это так приятно. Быть нужной и быть принятой.

Лука срочно всех созывает в квартиру Клуба. Кроме Марка. Хотя Варя уже получила сообщение от него и подумала, что он мог прийти.

В воздухе все еще витает неловкость. Варя небрежно поправляет волосы, Влад сует руки в карманы. Никто не решается садиться за стол, где раз за разом обсуждались дела Клуба. Как будто что-то поменялось. Как будто невидимая сила не хочет, чтобы они занимались расследованиями. Но Лука тут же жестом приглашает их присесть. Варя делает это осторожно, не глядя на Луку. Наверное, он и сам пока чувствует себя чужим здесь. Нельзя сказать, что он уже освоился после возвращения. Он постоянно смотрит в пол, хмурится, качает ногой.

Повисает неловкая пауза.

Лука достает брошь и кладет ее на середину стола.

Варя вглядывается: она обрамляется крупными рубинами, которые переливаются при дневном свете, а посредине высечена буква «Б».

— Нашел в антикварном магазине, — бросает Лука. — Сначала ничего не почувствовал, а потом… услышал мольбу, просьбу о помощи. Мужской голос сказал что-то про Эрмитажный театр.

— И больше ничего? — вдруг подает голос Влад.

Лука поджимает губы и мотает головой:

— Думаю, что стоит проверить.

Если бы тут был Марк, то он бы точно посчитал эту затею глупой. Но Варя бы не стала перечить Луке. Даже сейчас. Да и Влад тоже. У Луки всегда была какая-то таинственная чуйка на дела.

— Вы когда-нибудь были в Эрмитажном театре? — спрашивает Лука.

— Как-то раз с родителями, когда они приезжали ко мне в гости, — говорит Варя. — Но туда не так просто попасть. Билеты дорогие.

— Дела-а-а, — протягивает Влад. — Может у кого-то есть знакомые, кто мог бы нам помочь?

У Марка есть много связей. Но ей тяжело просить его об этом.

Варя сглатывает.

Она открывает телефон, видя последнее сообщение от Марка:

Я не знаю, как быть другим. Но хочу попробовать.

Варя отправила то письмо не для того, чтобы Марк вернулся. Она сделала это, потому что думала, что прощается с ним. И единственное, что она могла сделать — написать. Тихо, осторожно, не провоцируя. Хотя, Марк никогда на нее не срывался. Даже если находился в лютом гневе.

Но, кажется, он выбирает двигаться дальше. От этой мысли Варя внутри себя улыбается. Но улыбка эта немного грустная.

Она набирает Марку сообщение и откладывает телефон.

Влад и Лука в это время читают о легендах в интернете, связанные с Эрмитажным театром.

— Единственное, что удалось откопать, — Лука отрывается от компьютера, — так это информацию о призраке декоратора и архитектора Бригонци. Может, это и есть наш «клиент»?

— А что о нем известно? — интересуется Варя, заглядывая в монитор.

— Итальянец по происхождению. Прибыл в Российскую империю во времена правления Елизаветы. Создавал сложные механизмы для сцены.

Влад подхватывает:

— А затем его попросили построить одно общественное здание, но что-то не срослось. От горя он утопился.

Слишком много плохого переживали некоторые известные личности. Особенно в Петербурге. Ей на секунду показалось, что этот город как будто притягивает к себе несчастья. Хотя до этого Варя всегда старалась думать о Петербурге только хорошее. Но что-то не получается.

— Если мы проверим, то ничего не потеряем, — заключает Лука. — Так, а это что…

Он достает мобильник и вглядывается в экран.

— Марк достал нам билеты… — на одном дыхании произносит он.

Сердце замирает. Варе почему-то сразу становится тепло на душе от этой новости. И не потому, что они идут в театр. А потом у что Марк все еще часть Клуба. Или он достал только билеты на троих?

— А Марк… — шепчет Варя.

Но Лука, видимо ее не слышит, потому что в следующее мгновение говорит:

— Нам бы подготовиться.

Он оглядывает себя, а затем переводит взгляд на Влада.

— О, боги! — Влад хватается за голову. — Только не говори мне, что я должен надеть какой-нибудь дурацкий костюм!

— Именно так, — улыбается Лука.

— Издеваешься? — Влад смеется. — Да я костюмы не носил со времен школьного выпускного. У меня даже брюк нет…

— Пора бы приобрести.

Варя смотрит на Влада и Луку, а на душе растекается спокойствие. Может быть, все будет как раньше? Расследование дел, шутки, приключения. Она так по этому скучает.

Попасть в театр удается только через пару недель. У Вари уже начались экзамены, поэтому выкроить время было затруднительно.

Неудивительно, что посмотреть спектакль собирается много людей. Контингент разный: от ухоженных дам до подростков с родителями, которые просто пришли отдохнуть.

Влад постоянно заправляет рубашку в брюки, нервно дергаясь и оглядываясь. Лука каждый раз его тихо дергает. Варя же много раз бывала в театре: и с родителями, и с Элей.

В этот раз ставят «Лебединое озеро». Классический балет с видеоэффектами.