Варя супится, но понимает, что она согласилась пойти с ним еще тогда, в кофейне. И пути назад нет. После этого она, наверное, никогда не сможет спокойно смотреть Эле в глаза.

Музей «Мир на ощупь» находится на Лиговском проспекте. Их встречает незрячий гид, который будет проводить им экскурсию.

Оказалось, что их ожидает несколько комнат.

— А тебе точно это интересно? — спрашивает Варя, чуть сгорбившись.

— Конечно… — неловко отвечает Никита.

У нее ненароком мелькнула мысль о том, что он пошел сюда только из-за нее. Но Варя мотает головой, отгоняя от себя эту чепуху.

Гид объясняет, что сначала они зайдут в квартиру, в которой можно трогать и щупать абсолютно все предметы.

Никита пропускает Варю вперед и затем заходит следом.

Все погружается во мрак. Гид попутно начинает что-то рассказывать. Варе с непривычки пытается разглядеть, что же находится в темноте, но ничего не получается, даже когда привыкают глаза. Она начинает размахивать руками, желая зацепиться хоть за что-то.

— Ты там как? — сзади звучит голос Никиты.

— Пока не знаю… — отвечает она.

— Необычно, согласись?

Варя сначала кивает, а потом понимает, что Никита ее ведь не видит, поэтому выдавливает из себя чуть слышное «да».

Первое, что попадается Варе под руку — это настольная лампа. Она ощупывает ножку, сделанную, кажется, из дерева, трогает руками лампочку. Варя пытается мысленно представить, как выглядит вещь, какой у нее цвет, какой свет — теплый или холодный — она может излучать. Это похоже на медитацию, на тренировку воображения, поэтому с каждым разом действительно становилось интересно.

Через несколько залов они оказались в комнате с достопримечательностями. Гид предлагает им угадать по бюсту известных личностей и на ощупь узнать, что изображено на картинках.

— Глаза уже устали, — мычит Никита.

— Да, есть такое… — пожимает плечами Варя.

Она натыкается на первую скульптуру, очерчивая пальцами лицо. Холодный камень, кажется, даже отзывается на прикосновения, внимая теплу руки. Длинные волосы, крючковатый нос. Варя думает, что это Гоголь, а когда узнает ответ, то невольно улыбается.

Шагов Никиты позади себя она больше не слышит. Наверное, ушел к другим экспонатам. И, быть может, оно и к лучшему.

Дальше Варя угадывает бюст Пушкина и Толстого. Оказывается, это было не так уж и сложно. Гид хвалит ее, а Варя уже даже входит во вкус.

Когда все стали проходить в другую комнату, Варя начинает идти следом за всеми. Но тут ее кто-то хватает за руку и разворачивает. Варя чуть заметно вскрикивает от неожиданности. Холодная шершавая рука, на ощупь она кажется огромной по сравнению с ее.

— Варя, это я… — произносит Никита с хрипотцой. Это его голос, но как будто чужой. Он тише, даже немного дрожит.

— Что ты делаешь?.. — Варя успевает задать только этот вопрос, а затем чувствует, как его пальцы нежно прикасаются к ее лицу. И как он только узнал, где она находится?

Кромешная тьма. Варя чувствует, как бешено бьется сердце. Она хочет закричать, наступить Никите на ногу, оттолкнуть его. Но почему она не делает этого? Что ею движет? Наверное, Варе хочется попробовать этот запретный плод. Такой противоречивый, такой неправильный, со сладко-горьковатым привкусом. Варя устала бежать от себя и от всего на свете. Может быть, она ждала этого?

Никита прижимает ее к себе. Она ощущает, как вздымается его грудь, как он смотрит на нее, хотя она даже этого не видит. Он слишком дерзкий, хочет получить желаемое. И Варя дает ему это.

Прикосновение прохладных губ. По телу пробегают мурашки. Никита обнимает Варю за талию, притягивая ее еще ближе. Она чувствует сходящий от него аромат мужского парфюма. Варя не разбирается в одеколонах, но этот запах ей, несомненно, нравится, он одурманивает, затуманивает разум.

Затем поцелуй становится напористей, развязней. Варя отвечает на него, задыхаясь в этой ласке. Она чувствует, как Никита гладит ее волосы спускаясь ниже к плечам. Варя дрожит, не в силах пошевелиться. Она боится спугнуть момент или боится, что делает что-то неправильное?

Эля. Что скажет Эля?..

Варя резко отталкивает его и шепчет:

— Мы не должны, нет…

— Варя? — она слышит вопросительный голос Никиты.

— Я не могу… — прерывисто произносит она.

— Почему?

— Потому что… нельзя…

И Варя знает, почему нельзя. Только она никогда об этом не скажет Никите.

— Я хочу уйти отсюда…

Через некоторое время Варя выбегает на улицу. Никита идет за ней.

— Варя, постой!

Она делает вид, что не слышит, огибая толпы людей. Дыхание спирает, желудок скручивает, по телу пробегает холодный пот. Что она наделала? Позволила этому случиться, позволила Никите поцеловать себя. Губы горят, предательски горят. А внутри стыд. Нет, так нельзя.

— Да постой же ты! — кричит он вслед.

Он догоняет ее и преграждает путь.

— Объясни, что я сделал не так?

— Я не могу, — чуть слышно говорит Варя. — Мне нельзя с тобой…

— Почему? — удивляется Никита. — Мне казалось, что все предельно ясно, а твоя симпатия взаимна.

— Я… — Варя запинается. — Нет! Нет! И нет!

Но Никита не дает ей пройти.

— Прости, но мне нужно побыть одной, — Варя не хочет в чем-то обвинять Никиту, потому что она изначально все понимала. Понимала, какие у него чувства к ней. И его напористость даже иногда восхищала, но не сейчас. Да, она злилась на него, но не время устраивать концерты. В первую очередь стоит винить только себя. За то, что позволила этому случиться.

Никита опускает голову и отходит:

— Я думал, наконец-то хоть что-то в этой жизни понятно. А ты... как будто пытаешься убежать от самой себя, Авдич.

Варю цепляют слова Никиты, но она уходит и скрывается в толпе.

Она дважды предала Элю.

После того, как Варя вместе с Марком и Владом освободили Перовскую, ее больше не преследовало так называемое «проклятие». Сначала Варя думала, что это просто совпадение, но после слов Перовской о предупреждении все встало на свои места.

И вместе с тем Фурманов все-таки оказался жертвой, которую забрала фигура в черном.

И самое главное — Проводник. Так зовут того, кто не дает им покоя уже несколько месяцев. Хранитель города, хранитель душ. И тот, кто не остановится на пути к своей цели. Но только чего он хочет? Варя так до конца и не может понять. Может быть, он просто питается душами, а, может быть, его цель гораздо масштабнее, чем они могли бы предполагать. Проводник многое знает о том, кто незримо стучится к ним дверь, кто тонкой нитью тянет свою судьбу сквозь их жизни. Варе кажется, что она уже близка к разгадке.

Лука.

Она теперь не может забыть это имя, но в то же время не может вспомнить, что оно значит для нее и для всего Клуба. Видимо, этот человек был особенным для них. Но как понять, что он на самом деле существует. И как выйти на него? Вокруг только намеки и минимум подсказок.

— Мам, пап… — Варя натянуто улыбается, смотря на светящийся монитор компьютера, где по видеосвязи ей машут родители. — Ангелина, сестренка.

Варя давно не созванивалась с семьей. Давно не знает, как у них дела. Она жутко по ним соскучилась, но навалившиеся дела диктуют свои правила. Особенно Варя рада видеть свою сестру, с которой они в детстве были не разлей вода. Но в Великий Новгород, где Варя родилась, приезжает все реже и реже.

— Дочка, как дела? — тепло спрашивает мама. У нее на руках сидит их вечно недовольный кот Семен.

Варя старается обтекаемо рассказывать о своей жизни, упоминая лишь университет и какие-то незначительные мелочи. Тем самым, она хочет их защитить. Защитить, наверное, и от самой себя. Но только Варя от этого не перестает их меньше любить. А скорее наоборот.

— А Эля? — исподлобья на нее глядит отец. Он постарался осторожно спросить о состоянии подруги. Варя в день пробуждения Эли родителям послала лишь смс-сообщение.